Чтение онлайн

"Жи-ива?"

Почему вы смеетесь?

"Посмотри на себя в зеркало..."

Меня трясло. Впрочем, ничего нового, просто я немного подзабыла, как нужно правильно погружаться. Черт, ну и ощущение! Врагу не пожелаешь! Я стала медленно подниматься на ноги. Они у меня подкашивались. Самец, увидев, что мне трудно подняться, бросился мне на помощь. Детский сад какой-то! Надо спросить, сколько раз он в своей жизни был с самкой. Похоже, что мало, иначе бы так не поступил. Только из пеленок вышел, а уже бросился

помогать!

– Не подходи к пентаграмме, - предупредила я.

Если запахнет жжеными перьями, то будем знать, что кое-то не слушается разумных советов.

– Айви, все в порядке?
– спросил он.

Разумеется, в порядке, просто после Погружения у меня плохое самочувствие. От этого никуда не денешься. Побывать в чужой шкуре, да еще шкуре мертвяка... короче, ничего хорошего. Ладно, хоть мы народ привычный...

Я шагнула из пентаграммы. Та сразу потухла, как будто выключили свет. Эта штука никогда не перестанет меня удивлять. Подобрала одежду. Все равно она сейчас на меня не налезет, а менять ипостась я не в состоянии еще около часа. Так что, если кому-то жутко смотреть на мой облик, то отворачивайтесь. Я не виновата, что такой родилась. Все претензии - к моей мамочке.

– Вы узнали, кто украл мою дочь?
– сразу спросил Миюки.

Я посмотрела на него. Эх, жаль мне его. Дочка его ушла навсегда, да только если я скажу, что она не-умершая, то он решит, что не все еще потеряно. А мертвецам нет места среди живых.

– Давайте поговорим об этом позже, хорошо?

Он закивал. Я понимала его нетерпение, но сейчас у меня просто не было сил объяснять ему простые вещи. Он - человек, потому видит то, что хочет видеть, а не то, что на самом деле.

Солнце поднималось над горизонтом. Я вышла на обширную террасу и, расправив крылья, созерцала восход солнца, а самец - меня. Может, ему слюнявчик купить? Потому что он точно не в моем вкусе, да и по возрасту младенец.

– Вы просили, госпожа...

Монах протянул мне телефон. Замечательно. То, что я увидела во время Погружения, мне очень не понравилось, поэтому придется принимать меры. Я набрала номер.

– Слушаю, - послышалось с того конца провода.

– Доброе утро, Катарина.

Молчание, а потом:

– Айви? Сколько лет, сколько зим...

– Не притворяйся, старая лиса. Мы не виделись всего пару лет. Я к тебе по делу.

– Разумеется. Почему ты никогда не звонишь просто так? Поинтересоваться, как у меня жизнь?

Жизнь у Катарины очень даже интересная и насыщенная. Все мы о ней знаем. Первое тысячелетие знакомы, что ли? Я ответила:

– Потому что твоя физиономия мне уже изрядно поднадоела за три с половиной тысячи лет.

Катарина рассмеялась.

– Ты, как всегда, в своем репертуаре.

– Старую собаку не выучишь новым фокусам.

– Сомневаюсь, если речь идет о тебе. Ладно, что ты хотела?

– Сущий пустяк, просто хочу сообщить, что у нас под носом появилась целая стая не-умерших.

Катарина некоторое время молчала, а потом произнесла:

– Ты уверена?

– Разумеется, я уверена. Я только что из Погружения.

– Ты не погружаешься.

Я вздохнула. Это начинало надоедать. Объяснять всем и вся, чего это мне так припекло вдруг погрузиться.

– Давай не будем об этом. Пришлось. И не зря.

–

Надо сказать, что ты меня удивила, - произнесла Катарина, после некоторой паузы, - если у нас бродят не-умершие, то ни к чему хорошему это не приведет.

Я посмотрела на восходящее солнце и прищурилась. Люблю встречать рассвет с голым задом. Но только чтобы на этот зад никто не пялился!

– И это ты говоришь мне! Так что будем делать?

– Выкуривать, конечно.

Что у меня, что у Катарины логика всегда была железная. А когда мы разговаривали, то окружающие не могли понять, то ли мы слишком умные, то ли наоборот, мозгов у нас, как у синички в коленке. Люди долго не живут. Они не знают, что это такое. За три с половиной тысячи лет узнаешь друг друга, как самих себя. Потому в большинстве случаев разговоры с Катариной - это все равно, что мысли вслух.

– Логично. Когда?

– Давай ближе к обеду. Ты знаешь, где их лежбище?

Я ответила:

– Примерно представляю.

– Будем действовать по обстоятельствам. Встречаемся у тебя на квартире.

Господи, бедные соседи и моя маленькая квартирка! Я ведь там только-только ремонт сделала, и мебель новую купила. М-да...

– Никаких самцов, которые грызут обои!
– строго сказала я.

Катарина рассмеялась.

– У тебя никакого чувства юмора.

– Зато у тебя его хоть отбавляй. Ладно, до встречи. И не бейте у меня посуду, я, может, задержусь. Хочу съездить в страховую компанию. Мою машину сегодня взорвали.

– У тебя все, как обычно. Жизнь бьет ключом! И в какую историю ты влипла на этот раз?

Сказать, что не знаю, - не поверит. Поэтому ничего не буду говорить.

– Да ладно тебе болтать. Иди, собирайся, - сказала я.

Катарина снова звонко рассмеялась и повесила трубку. Я скривилась. Она никогда не меняется... Пройдет хоть год, хоть тысяча лет. "Каки-и-им ты бы-ы-ыл! Та-аким ты и оста-ался!..." Это отходняк после Погружения. Не смотрите на меня косо, у меня с головой все нормально! Ну, почти...

Я отдала трубку монаху. Он поклонился и ушел. Что-то не хотелось менять ипостась. Может в страховую компанию заявиться в таком виде? Я думаю, они будут в восторге...

Черт, я совсем забыла про Миюки! Надо ему сказать, что случилось с его дочерью.

Звонок. В сумочке бардак, как обычно. И когда я перестану коллекционировать обертки от шоколадок? Наверное, тогда, когда через каждые пять шагов будет стоять урна. А так... Я рылась в скоплении фантиков, но никак не могла найти свой телефон. Помада... Блин, я ее искала целых три дня. Вот, где она прячется! Чертов телефон. А, вот он! Посмотрела на дисплей. Катарина. Ну кто же еще?

– Слушаю, - ответила я.

– Айви, почему ты не сказала, что у тебя нет свежего мяса в доме?
– возмущенный голос.

Ну вот, все, как обычно. Мы что, первый день знакомы? Могла бы вспомнить, что у меня кроме курицы ничего нет. Мои соседи, кстати, не знают, кто я такая. И надо, сказать, мне не очень хотелось им об этом сообщать. Начнут же от меня шарахаться, как от прокаженной. Эх, люди, люди...

– Конечно, нет, - ответила я, - можно подумать, что ты забыла.

– Так я намекнула тебе.