Чтение онлайн

— Скоро я обязан перестать водку пить. Стану уже серьезным человеком, — объявил он. — Вот я, черный-полосатый, тебя спрашиваю. Крутимся мы, крутимся, а зачем? Куда идем, чего бежим?

Туман сделался темно-голубым, один за другим в нем возникали огни.

20

Страницы дневника Александра Л., написанные им в поселке Старый Куртамыш под картиной “Устье реки Нейвы. Краски осени”.

Прошла неделя после моей встречи с Мороховым, и вот мне позвонили:

— …Это Александр? Здравствуйте, с вами говорят из юридической компании ***. Мы обращаемся к вам по просьбе Мстислава Романовича. Он

настоятельно просил передать, что очень благодарен вам. Также мы сообщаем, что вам выписана премия от фирмы, где вы работаете. Вознаграждение носит целевой характер и будет потрачено на приобретение квартиры, где вы в последнее время проживаете. После подписания документов эта жилплощадь сразу же перейдет в вашу собственность. Что касается процедуры оформления, господин Морохов сказал, что все затраты на нем. Вам надо будет только несколько раз приехать к нам в офис.

Так я получил воздаяние, на которое очень мало рассчитывал.

Оформляя бумаги, я поинтересовался, как дела у господина Морохова, но, естественно, не получил никакого ответа. Точнее, узнал, что у Мстислава Романовича все превосходно.

А вот теперь надо было не спеша подумать, что делать дальше. Но неожиданно все решилось само собой. Несколько недель спустя вдруг возник Кирилл Гальцев, предложивший вместе пообедать. Я ожидал, что он начнет разворачивать идеи очередной грандиозной тусовки. Но когда мы встретились, в голосе его звучала некая лаконичная торжественность.

— Саша, — начал он. — Тебе ведь известно имя ***?

— Кажется, кто-то статусный. Честно говоря, не помню.

— Ну вот, — огорчился он. — Надо все-таки мониторить элиту. Это — мой шеф. Смотри, у нас сейчас началась активная экспансия в регионы. Нужен человек на одну довольно серьезную должность. Мы просканировали все живое, никого не нашли, и тут меня просто осенило, я вспомнил, что ты сейчас вроде бы ничем не занят… Приготовься к тому, что тебе предложат очень хорошие деньги, ну и бонус по выработке. Ты понимаешь, что временно тебе придется переехать в страшную дыру. Но лично у меня простое отношение к жизни. Россия — это такая территория беды, где в текущий исторический момент можно срубить бабки. Я бы, например, не отказывался, — добавил Гальцев уже в конце нашего довольно долгого разговора.

Через четыре дня я был приглашен в некую приемную. Секретарша, отвечая на чей-то звонок, сказала: "Василий Георгиевич только что выехал от министра". Положив трубку, она провела меня в следующую, пустую комнату с еще одной дверью в противоположной стене. Предложила кофе и усадила в кресло.

Плазменный телевизор. Журналы по металлургии. Ваза с орхидеями. На стене — огромнейший, затейливый, какими-то деловыми партнерами преподнесенный рыцарский герб, глядя на который я не мог не вспомнить доспехи для мэра Вернечальска.

Я все еще улыбался, вспоминая эту историю, как вдруг напротив меня тихо отворилась дверь. Вошел мужик лет пятидесяти, одетый в джинсы и черную водолазку. Я удивился, что в таком виде он общается с министрами, но потом понял: рядом с кабинетом у него гардеробная и он, вернувшись, переоделся.

— Александр? — сказал он мне с заведомо подчеркнутой сдержанной доброжелательностью. — Рад познакомиться, наслышан, наслышан. Что ж, не будем здесь сидеть, пройдемте ко мне… Итак, мои помощники проинформировали меня, что вы — человек редких способностей, — начал он разговор, когда мы уже сидели в его кабинете. — Я решил более пристально изучить вашу биографию и скажу откровенно: несмотря на достаточно юный возраст, вы успели многое.

Как говорят, вам удалось, не привлекая к себе особого внимания, реализовать довольно смелые бизнес-идеи в областях, связанных с биологией. Кроме того, мне известно,

что вы были одним из создателей так называемого Клуба традиционных ценностей. Я поднял информацию об этом проекте. Буду откровенен, он не привел меня в восторг. Но там имелась, как я понимаю, единственная цель — попилить деньги инвестора. По моим сведениям, вы себя не обидели. Что ж, дело святое, осуждать не могу.

У вас много друзей, вы умеете общаться. Кстати, на Кирилла большое впечатление произвела ваша квартира. По его словам, это — настоящий антикварный магазин. Должен сказать, что я с большим интересом приглядываюсь к таким, как вы, представителям современной молодежи, которые умеют не только зарабатывать деньги, но и со вкусом их тратить. Но я хотел бы понять, к чему вы склонны стремиться. Вас полностью удовлетворяет ваше нынешнее положение или же вы рассчитываете на какой-то рост?

— В принципе, мне далеко до возраста подведения итогов, — начал я осторожно. — Иногда мне кажется, что моя жизнь сейчас как-то слишком стабильна…

— Да, и у нас тоже создалось впечатление, что вы немного застоялись. Сейчас вы в связке с Эдуардом Цыганом. Эдуард отличный парень, он далеко пойдет. Но полагаю, он меня простит, если я предложу вам немного поработать со мной. Недавно наша группа приобрела горно-обогатительный комбинат. — Он прикоснулся указкой к середине карты. — Представителя нашей команды мы поставили генеральным директором, ну а вам хотели бы предложить должность его заместителя. Я понимаю, что вы не являетесь специалистом в области металлургии, но в данном случае это не так важно. Видите ли, нам нужен человек, который станет своего рода посредником между предприятием и местной властью. Первоочередная его задача — познакомиться с будущим кандидатом в мэры, потому что весной там выборы.

— Смотрите, — продолжил он увлеченно. — Вам надо будет войти в губернаторский совет по предпринимательству, установить контакты с руководством местных банков. Оптимальный вариант — отправиться вам туда года на два. Ясно, что мы вас срываем с места. Поэтому речь пойдет о деньгах, которые, как я полагаю, даже вам покажутся довольно серьезными…

Мы общались с ним еще минут сорок. Звонили телефоны, но он просил не соединять. В конце разговора достал визитку, на которой были обозначены только имя, отчество, фамилия и номер мобильника. Ни названия компании, ни должности.

— Я даю это только очень узкому кругу людей, — объяснил он. — Если возникнут какие-то серьезные проблемы, обращайтесь ко мне напрямую. Могу вам сказать, что это не просто карточка. Это доказательство того, что в нашей компании у вас хорошие перспективы…

Когда мы расстались, я подумал: какой неожиданный, но логичный поворот в моей жизни! В общем-то мне давно следовало убрать себя из Москвы. Мое существование здесь, слишком пустое и легкое, исчерпало себя. Я уже размышлял последнее время — не сдать ли квартиру, а на вырученные деньги отправиться пожить в какое-нибудь приятное место в Европе.

Но что мне там делать? Нет, я родился в этой стране, воспитан ею и развращен. Лучше действительно поехать на год или два в какую-нибудь страшную глушь, чтобы там работать. Потом посмотрим, что из этого выйдет.

В тот же вечер в маленькой пиццерии у меня была встреча с Натальей. Я сел за столик на тротуаре. Во дворах, в переулках, под деревьями уже завелась непроницаемая тьма и фонари горели вдоль улиц, но небо все еще было синим и очень светлым. Женщина у обочины торговала яркими гладиолусами в хрустящих прозрачных кульках. Бомж терся у ларька. Повсюду лежали кленовые листья, тонкие, как золотая фольга. Где-то неподалеку находился автовокзал, и возвращавшиеся с дач горожане несли тяжелые корзины с грибами и осенними яблоками