Подмененная невеста
Шрифт:
— А что похож? — меленько затрясся Тхараг от хихиканья. — родом клянусь, что нет. Умение разговаривать не являетcя признаком человека.
— А почему ты тёплый? Змеи же холодные, — девушка с удивлением заметила, что ползучее существо начинает щуриться от удовольствия, закрывая глаза, как только её пальцы начали почёсывать длинную шею. Или туловище… в общем, не важно.
— Я Тхараг, в ваших краях практически не встречаюсь, всё больше по южным странам обитаю. По другим краям только наездами, то есть наползами…
Змей прерывисто выдохнул, широко зевнул и окончательно закрыл глаза. Всё бы ничего, но дерево на улице продолжало немилосердно скрипеть и качаться.
— бесзобрас-сие, —
Чешуйки тихо шелестнули по подоконнику, потом зашуршали листьями. Потом снизу донёсся чей — то вопль и звук падающего тела. Вот только не хватало, чтобы всяческие сердобольные слуги метнулись проверять — не пострадала ли миледи.
Адриана спешно скинула халат, прикрыла створки окна, погасила лампу и забралась под покрывало. Сон в голову не шёл, да и днём она от безделья уже успела вздремнуть. думы были только об одном — о сестре, которая искренне расстроилась, что брак состоится с кем — то другим, а вовсе не с тем, о ком она мечтала с таким восторгом.
— Ладно, хоть я ни в кого не успела влюбиться, — пробормотала княжна, — а то тоже бы так страдала. Остаётся один вопрос: и когда это моя сестрица успела разглядеть в красавчике Норэте подходящие качества для мужа? Наблюдали, вроде бы, одновременно. Красивый, да, но не более, с ним даже разговаривать не о чем — сразу же рот затыкает, мол, с вашим куриным умишком до наших мужских интересов… Неужели только из-за внешности?
Перебрав в уме всех известных молодых людей, которые так или иначе проявляли свой интерес всяческими танцевальными приглашениями или давно известными комплиментами, Адри пришла к выводу, что поговорить и выяснить, чего там у кавалеров на уме, вообще не представлялось возможным. так: банальности, светские сплетни, обсуждение охоты, выездов и… куртизанок. А также родителей, малое денежное содержание, неудобную моду… да мало ли. Ничего такого, что могло бы хоть как-то указать на истинные мысли и отношения. А может матушка права, и замужество всего лишь определённый этап в жизни? Некий переход из-под опёки отца под опёку супруга? тогда получалось, что все эти любовные романы не имеют ничего похожего на обычную жизнь и их пишут, что бы утолить эмоциональный голод знатных дам.
Через два дня целительница, лукаво улыбаясь, разрешила ей не только выйти к завтраку, но и гулять. Гости уже разъехались по домам и поместьям. Всё это время Адриана напряжённо размышляла и о собственной судьбе и о замужестве сестры. Горничные доносили, что Лера не выходит из своей комнаты, отказывается есть, принесённые успокаивающие настои выплёскивает за окно и уже дважды попадала по садовнику. Обслуга жалела её мало, ни для кого не являлось секретом, что браки господ, в первую очередь, преследуют семейные или государственные цели. А как только прошёл слух, что вместо мелкопоместного барона старшей княжне настоятельно рекомендовали в супруги настоящего принца, так и вообще временами заходились от зависти и тихонько обсуждали: возьмёт кого-нибудь с собой из горничных миледи или нет. Попасть в услужение в настоящий королевский дворец хотелось всем, без исключения.
Адри послушно кивала на советы тётушки Сины, одним глазом посматривая в сторону замершей матери. Княгиня за время её «болезни» появлялась в спальне младшей дочери редко, у неё хватало головной боли от истерики Калерии.
Горничная помогла застегнуть домашнее платье, закрутила в мягкий узел густые волнистые волосы и закрепила их вместо шпилек
гребнями. Незаметно сунув в руку целительницы несколько монет за то, что она скрыла её истинное состояние, княжна повернулась к леди Ивонне, которая этим утром решила лично проконтролировать выздоровление:— Матушка, вы позволите мне навестить сестру после завтрака? Может мне удастся её уговорить?
Княгина согласно наклонила голову, изучая худенькую фигурку младшей дочери. Адриана забеспокоилась: пристроив Калерию, родители вполне могли взяться и за неё. Привычно присев в поклоне, она замерла, ожидая любого вердикта. Не дождалась — матушка пробурчала, что ей нужно лучше кушать и немного пополнеть, а еще заняться танцами и вышиванием.
Завтрак в родительском обществе прошёл в полном молчании. Князь попутно изучал почту, княгиня о чём — то напряжённо размышляла, но своими думами делиться пока не собиралась. На вопрос — можно ли взять с собой в комнату несколько пирожков, ответила утвердительным кивком и не более.
Около двери слуг не оказалось, и, попрощавшаяся было, Адри замерла, надеясь, что удастся хоть что-нибудь подслушать. Не удалось, в столовой по — прежнему стояла тишина, изредка нарушаемая звяканьем вилок о тарелки.
Пирожки она прихватила, что бы угостить озёрного змея, которого не видела уже несколько дней и начала по нему скучать. Но прежде, чем выбираться на прогулку следовало навестить сестру.
дверь в спальню Калерии оказалась не заперта, родители не стали наказывать старшую дочь за неподобающее поведение. Убежать она не могла — до ближайшего города далеко, а укрыться в соседних поместьях ей тоже бы не удалось, приказ короля зачитал вслух всем гостям лично принц Маэрвин.
Отослав служанок, Адри вздохнула и вошла в комнату. Старшая княжна заплаканная и бледная сидела на стуле около окна. растрёпанные волосы, мятое праздничное платье — она так и не удосужилась переодеться и привести себя в порядок.
— Лера, так нельзя, — девушка бросилась к ней. — Нужно немедленно успокоиться и поменять одежду. Умыться тебе тоже не помешает.
— Оставь меня, — Калерия отвернулась к окну. — Сказала же — не буду есть, пить и умываться, пока мне не сообщат, что с баронами Феррскими заключён договор о браке и назначена дата свадьбы.
— А желание самих баронов тебя не волнует? — как можно мягче спросила Адриана. — Они уже выбрали невесту своему сыну. Норэт сговорен с другой миледи, и дата помолвки уже оглашена. если бы ты не капризничала и вышла в последний день к ужину, то сама услышала об этом событии.
— Не может быть! — воскликнула старшая княжна. — Он не мог со мной так поступить. И вообще, он не виноват, это родители заставили. Они совершенно не желают прислушиваться к голосу сердца у своих детей!
— разве он тебе что-то обещал? — Адри медленно и неторопливо распутывала волосы сестры.
— Нет, но это не имеет значения. А теперь, из-за его величества мне придётся уехать из родного дома, покинуть родителей. Ничего, мы сбежим вместе и обвенчаемся в придорожном храме, и тогда все поймут, что зря упорствовали в своих заблуждениях.
Не то запал уже иссяк, не то слёзы кончились, но глаза Калерии остались сухими. Лишь только усилилась нервная дрожь в руках.
— Значит, ты хочешь, что бы наш отец попал в немилость к монарху? Чтобы нас лишили поместий, титула, и всё это только из-за твоих капризов? — Адриана взялась за гребень. — Или ты хочешь, что бы нaшу семью выслали из страны? И только из-за того, что тебе предложили принца, настоящего, а ты положила глаз на недоделка Норэта?