Подмена невесты
Шрифт:
Девушка его сбросила и стала щекотать пузо.
Ей внезапно взгрустнулось.
– А вот если бы я куда-нибудь поехала с Димой сегодня, ты остался бы один ночью! – сказала она коту, –Но я… была бы счастлива. Так счастлива!
Тем временем, Дмитрий после работы курил и болел с непривычки от этой вредной привычки. Так ему было нехорошо, что, вспомнив уже перед входной дверью о Марке, решил убрать ключ в карман, выйти из подъезда и навестить родителей.
– Всего–то шиисят километров туда и шиисят потом на работу с утра. – проговорил он сам себе, – Им точно нужно сказать,
Объяснять ничего не пришлось. Как только увидели, что женского существа рядом нет, сразу в дом затащили, ботинки чуть ли не сняли.
Тапочки заставили одеть.
Отец сочувственно щурился и хмыкал. Мать вздыхала и постанывала. Ждали что скажу.
– Это, батя.… Рановато мне… жениться.
Батя громче хмыкнул и надел очки.
Наверное, чтобы лучше видеть мое постаревшее лицо. – решил Дима и еще больше поник.
– Это что же это… Димусик, я же Валентине уже сказала, и Марье, и Наташке–сплетнице… Это что ж … так и будешь в девках сидеть? То есть по девкам гулять?
– Так и буду. Найти хочу хорошую девицу, поря–я–я–дочную.
– Где ж ты их найдешь, порядочных? У нас во дворе две сопли только в десятый класс пошли и уже… непорядочные. Одна с Тимкой, с армии который вернулся, вторая с Гешей, который… с мест не столь отдаленных вернулся. А были такие деточки, такие сладкие. У нас–то внуки будут? Или еще одну собаку завести?
– А где два ваших гадких мопса?
– Они гадят только при тебе!!! Ты их пугаешь!!! Дима не ходи, они в спальне!
Дмитрий в принципе любил Петрова и Васечкина, мопсы были прикольные, смешные. Но да, писались от его смеха.
Петик и Васёк лежали на подушках и пристально смотрели на дверной проем, в глаза Диме не заглядывали, боялись.
– Отдыхайте, отдыхайте. Не буду вам мешать. – Дмитрий развернулся и возмущенно промолвил – Мать, ты вообще что ли? Они на подушках спят, белоснежных. В моей спальне, между прочим.
– Ну ты же там не спишь!
– А сегодня буду.
– Что, там осталась она???
– Нет, там у меня соседи ремонт делают, по ночам. Не могу выспаться. Я сегодня с вами, дома. Рубашка моя есть какая–нибудь? Завтра на работу отсюда поеду.
– Моя есть.
– Бать, у тебя все полосатые, я такие не ношу.
– А что тебе не нравится?
– Полоски. Пойду куплю мужскую сорочку … и что еще взять?
– Конья… чную колбасу! – Отец увидел взгляд мамы и вовремя исправился.
– А может водоч… ный компресс тебе сделать?
– Так, хватит. Ему завтра на работу! Не думайте даже! В пять утра выезжать! Иди давай за своей рубашкой… или… хочешь я с тобой пойду? Померяем вместе? Я посмотрю.
– Мама мне уже давно за тридцать!
– Недавно тебе за тридцать. Ладно, я просто предложила. Иди, время не теряй.
Утром Дмитрий проснулся под звуки падающей ложки, шуршания оладушков, и яростного полушепота отца: «Тише ты, греметь! Ребенка разбудишь!»
Поднялся, похромал в ванную и увидел там две морды.
«Ладно, смотрите, разрешаю. Где еще вам кино взрослое покажут!»
Мопсы пялились на все процессы молча. Васёк
даже заглянул за прозрачную занавеску душевой. Наверное, мутно видно было.Настроение у Дмитрия было неплохое. Ждали блинчики и долгая дорога на работу в пробках. Мать еще и с собой завернула.
Он весь пропах оладьями и машина тоже.
Глава 7.
Вероника утром вспомнила, как получила жуткий нагоняй от Тонечки и Алевтины, что она такая красавица, а очки просто кошмар. Она с утра опять затянула волосы и заколола шпильки с камушком.
Очки были еще одни, в тонкой золотой оправе. Но они, как подружки с института говорили, «пошленькие». И очень хрупкие. Только по праздникам одевать. Поэтому Ника, не долго думая, поцеловала Майкла в нос, нацепила свои нормальные очки и потопала к остановке.
Алевтина Сергеевна, «зам глав бух» встретила подарочком:
– Вот тебе, контактные линзы! И жидкость. И внутри там контейнер. Давай надевай. Могу помочь.
– Ты что, они дорогие, сколько стоят?
– Они минус четыре с половиной и стоят шестьсот рублей. Но это подарок. Пирог мне испеки, который ты на восьмое марта приносила, и будем в расчете. С персиками и сметанкой. Алевтина облизнулась…. Завтра… если можно….
– Понравился?
– Очень, только мне почти не досталось. Пошли в туалет, еще десять минут есть, наденешь линзы и пойдешь к планерке распечатывать.
Ника старательно вставила пленку в глаза, похлопала мокрыми ресницами и поняла, что похожа на тюленя. Слишком зализала волосы. Она сняла все шпильки заплела два жгутика и просто подколола волосы по бокам.
– Ну вот, теперь другое дело!!! – Алевтина одобрительно еще раз облизнулась. Потом подкрасила губы и … еще раз облизнулась.
– Слушай, такая помада вкусная…. Как жвачка с дыней. Хочешь?
– Нет, только помаду пробовать мне не хватало.
– Накрась!
– Нет, меня примут за…
– Давай, крась говорю! Димку надо на место поставить!!!
– Как это?
– Ну, ты ж его вчера единственная отшила! Сказала, что у тебя парень есть, а парня то никакого и нету! Значит, не понравился тебе поцелуй! И Димку ты умыла! Молодец!!! Теперь продолжай его на прочность проверять.
– На какую прочность, ты что? Алевтина Сергеевна. Я не могу проверять Дмитрия Алексеевича…
– Распутина надо расколоть! Он тут женится, ходит как евнух, ни на кого глаз не ложит…. А теперь вот положил, и тут раз – облом. Он не сдастся! Будет тебя дальше преследовать. А ты ему раз – и опять хвостом по морде.
– Каким хвостом?!!! – воскликнула Ника в ужасе.
– Каким? Заячьим. Смотрела «Бриджит Джонс» первую часть? Вот таким и крути. Да по морде его!!! Будет знать, как жениться!
Ника побежала готовить документ на первую планерку и увидела у себя шесть!!! шоколадок и розу.
Выглянула сверху, оглядела офис. Димочка опаздывал, остальные … зааплодировали.
Ника спряталась, задумалась и вслух проговорила:
– Так вот какие слухи ходят, что я его отшила, и он меня будет добиваться… В каком-то фильме я недавно это видела…