Чтение онлайн

Речь шла о Драконах, Зерне Любви, и нарождения нового Пожирателя Хаоса или Порядка, в зависимости от того, кто будет Жезлом в лоне Любви.

Потом шли целые строчки загадочных символов, которых так и не удалось расшифровать. А в конце, так сказать для придания пущей «ясности» были написана дата. И до этой даты оставалось всего ничего — пять песков из Хрустальной Склянки Времени.

Он не показал тогда пергамент Создателю. А после частичной расшифровки и подавно. Слишком опасным это могло быть. Возможно этот пергамент, вернее книга, из которой был вырван и сохранен этот документ и сгубила его брата.

Потому что, он его нашел в еще дымящихся

руинах Замка Эль Кана Нокарда. Замок представлявший собой некогда прекраснейшее произведение зодчества, был разрушен в угоду воле Создателя.

А ведь именно тогда, впервые Создатель сказал о Книге. Он не назвал ее никак. Просто книга. Вернее Книга. С большой буквы. Его Безликие обыскали все. Протрясли каждую пылинку, но ничего не нашли.

А он нашел. Вернее не он, а его. Он ничего не искал. Просто бездумно бродил по развалинам некогда любимого места, где они с семьей проводили много времени. И это место, всегда ассоциировалось с радостью. А теперь здесь поселилась смерть!

Он бродил, пытаясь, уже в который раз оправдать свое ужасное деяние — братоубийство! Но не мог. И он все бродил, как заведенный, ища и одновременно страшась найти останки любимого брата. И тут его взору, под неведомо как сохранившийся каменной кладки, предстал пергамент.

Потом, под пытливым взором Создателя, он судорожно пытался забыть про этот листок. У него получилось. Создатель ему поверил.

Нокард III спрятал его так хитро, как только смог. И забыл про него на долгие годы. До того мгновения, как в очередной раз не сходил с ума в зале Зеркал. Он тогда опять в приступе яростного гнева крушил все кругом, уничтожая двойников своей любимой и враз остыл, когда его могучий хвост разбил стену и разворотил тайник. И оттуда, легким пером, плавно и завораживающие, опустился черный пергамент.

И он спас его от безумия. Загадочные надписи, манили, волновали и требовали себя прочесть. Жажда узнать что же там написано и почему Создатель так хотел получить эту Книгу, не давала ему вновь упасть в пучины зазеркальной жизни.

Он аккуратно положил пергамент обратно, мимоходом взглянув на дату в конце. Прошло уже три песка из Хрустальной Склянки времени. Осталось два.

— Не спиться? — в палатку к Роланду тенью скользнул Хант.

Роланд в это время сидел в позе лотоса и тщетно пытался войти в Астрал. Впрочем, это ему всегда с трудом удавалось. Но Ректор говорил, что это жизненно необходимое умение. И ему, Жнецу Душ, ЛОХу седьмого эскалона, заслуженному оперу Ректората, старому соратнику и прочая, прочая, прочая, стыдно не уметь делать это. Причем вход в Астрал, дисциплина, которая преподавалось на втором курсе Института. И последний троечник, худо-бедно это делал.

А вот у него ничего не выходило. Что он только не делал. И медитировал, и грибы жрал. Но не пускало его что-то, хоть тресни. Конечно, пару тройку раз, ему удавалось подняться к небесным вратам. И то по большой пьяни. А так чтобы на щелчок пальцев — не фига.

Роланд не хотел никого видеть.

— Я в Астрале, — одними губами не открывая глаз прошипел Роланд, — не мешай!

Хант скептически хмыкнул.

— Сейчас посмотрим, — произнес он, — на мгновение сомкнув глаза. — Помочь? — опять спросил он.

Роланд, крякнул от досады и открыл глаза.

— Спасибо, не надо!

— Ну смотри, — проговорил Хант, удобно усаживаясь на кровать. — Ты мне ничего не хочешь рассказать?

— В смысле? — Роланд, кряхтя встал. От долгого

сидения в неудобной позе затекли ноги. — И вообще-то это моя кровать!

— Про парнишку, — Хант даже не думал подвинуться.

Роланд пару мгновений возмущенно сверлил взглядом гостя, потом вздохнул и сел на табурет.

— Я не понимаю вопроса.

— Если ты не понимаешь вопроса, попробую объяснить получше. Ты в курсе, что он тебя чуть не сожрал?

Роланд поперхнулся.

— В смысле?

— В прямом, — Хант неуловимо рубанул рукой. — Я видел его в этот момент. Он был готов высосать твою искру. Причем я первый раз видел в своей жизни, чтобы переход был настолько моментален. На это не способны даже Высшие вампиры. А я тебе доложу, что эти ребятки закусили бы Ректором и не поперхнулись. Хотя, нет поперхнулись бы точно. Но я не про это. Я тебя еще раз спрашиваю кто это?

— Иван Синицын, — произнес Роланд, открывая флягу, — будешь?

Хант пригубил и закашлялся.

— Ничего себе.

— Бабкин рецепт, — не без гордости сказал Роланд, — вода жизни.

— Пойми, Роланд, ты же знаешь кто я такой и под что заточен. И вот эта штуковина, на нимбе, — он ткнул пальцем себе в голову, — не дает мне покоя. Я вижу зло. Любое. А это, над злом! Или под! Неважно. Я когда увидел во что может превратиться наш малыш, клянусь, памперсы поменял. И это я — Хант! Ты знаешь, я это почувствовал, он и ко мне присматривался, но не смог разглядеть искру. Наши отцы постарались. Меня просто так не сожрешь. Но могу забиться на что хочешь, что этот Синицын, если захочет и меня под орех разделает и даже не вспотеет. И я хочу знать, кто или что это и что делать?!!

— Ты меня еще спроси кто виноват, вообще картина маслом получиться! — грустно сказал Роланд, отпивая еще глоток. — Точно никто не знает, кто это. Я забрал его. Парнишка выдал девятый эскалон при переходе. Потом ничего сверхъестественного. Но с его приходом все зашевелись. Вот и все дела. Теперь он под колпаком Ректората. Вот и все, Хант!

Хант молча сверлил Роланда взглядом.

— Это действительно все!

Хант тяжело вздохнул.

— И чего делать будем?

— Ничего. Все по плану. Выводим его на Реформатора и смотрим что будет. Далее по обстоятельствам.

— Крутой план, — саркастически хмыкнул Хант. — Можно даже сказать идеальный.

— Если у тебя есть другой — предложи.

Хант глотнул из фляжки.

— Можно мочнуть по тихому.

Ты уверен?

— Не совсем, — задумчиво протянул Хант. — Скажу больше, совсем не уверен.

— То-то же! Так что давай не гнать лошадей на засеку и будем придерживаться нашего плана. Олег Палыч, не дурак. Раз сказал так делать, надо делать.

— Согласен, — проговорил вставая Хант. — Ты не возражаешь, если я у тебя останусь? Вдвоем шансов побольше.

— Ага, оставайся. Шансы были ноль целых, а сейчас ноль целых две тысячные. Все же лучше чем ничего.

Хант шутки не принял, но согласно кивнул головой.

За ночь ничего сверхъестественного не случилось. Никто никого не сожрал. Но облегчения это приносило мало.

Под утро, когда еще Хант спал, Роланд связался с Ректором и рассказал ему про подозрения Ханта и про свои. Как он и предполагал, Олег Павлович приказал держаться намеченного плана. Еще он скорректировал передвижение группы. По данным разведки, Реформатор почему то резко изменил направление. Раньше он уходил в глубь клоаки, а теперь сделав непонятный крюк устремился навстречу группе. Как будто почувствовал погоню и решил разобраться с ней.