Подчиняя вселенные
Шрифт:
Крылья и куски турбин разлетались в стороны, отбиваясь от защитных экранов уцелевших звездолетов. Во многих незащищенных хранилищах детонировали боеприпасы, поднимая в пространство громадные огненные пузыри. Один из них окутал выживший крейсер, и его щиты не выдержали, плавясь вместе со стабилизаторами. Погибшая махина покачнулась и развернулась вокруг своей оси, от высочайшей температуры детонировали и взорвались ее реакторы. Пламя резко вырвалось, угасая в безвоздушном пространстве, со страшной силой бросая корабль вперед на своих собратьев. Внутри строя все хаотически перемешалось, начался беспредел, изрядно
Неповоротливые туши сталкивались между собой, теряя необходимые для защитных пологов антенны и предохранительные банки. Один из неудачно ударившихся крейсеров крылом завалился на командирский авианосец, прогибая его броню и волоча немного вниз.
Он был расстрелян из всех орудий своего командира — не погибать же Главному Инквизитору из-за дурацкого лейтинантишки!
Командующий стоял, скукожившись и широко, чтобы не упасть в качке, расставив ноги, слушал бушевавшего Турреца.
— Эффективное построение, говоришь! — бесновался старик. — Восьмая часть флота улетела в Тартары из-за твоего построения! Бездарь, сволочь!
— Но я, — командующий открыл, было, рот, но только для того, чтобы, забулькав горлом и выдавив порцию крови из горла и глаза, сползти на палубу.
— Перестроиться! — рыкнул Аквинский, вытаскивая из горла пробивший офицеру, через череп, вырывая правый глаз, силовой меч. — Атаковать!
Команда молчаливо и, совершенно не сожалея за погибшим, исполнила этот приказ.
— Честно говоря, — едва, но удовлетворенно выдохнул Антон, наблюдая суматоху в копошащихся рядах противника, — не ожидал, что щедрый подарок от монашеских истребителей нам так поможет!
— Да что ты говоришь, кэп, — щелкнул д‘жабс, — да мы все тут офигели!
— Ох, и смотри у меня, — помахал на скучающего, как бы ни при чем, боцмана. — Будешь короля галактики по искусному мату и дальше ругательствам военным учить, пущу тебя по доске из шлюза пешком гулять. В открытый космос!
После запирания в шлюзовой камере и медленной откачки воздуха из нее, прогулка по доске была самым страшным наказанием на флоте. Никто бы не посмел пойти на такую кару, остановившись лучше на перерезанных венах в теплой ванне.
Ува клятвенно пообещал, что будет послушным мальчиком и даже готов к приказу о разжаловании его до юнги. Клипард хмыкнул и поверил.
И тут случилось что-то совсем из вон выходящее — прямо из раскрывшегося в пространстве портала в субпространство, сначала потемнев, а потом, ярко вспыхнув, в космос буквально вывалился очень знакомый кораблик. Не более, чем несколько недель назад экипаж стремительно имел с его пассажирами не знающую границ попойку.
Всматриваясь в черно-белый силуэт, летящий так, словно за ним гонится тысяча чертей, скорпион восторженно скрипнул, подпрыгивая на разогнувшихся конечностях.
— Это Карлик, каррамбой напалмовой клянусь, каррамбой!
И вправду, прямо перед построившимися в ромб кораблями Клипардов, красовался малый разведывательный шлюп грозы всех кубов вселенной.
— Ну, здравствуй, Серый Карлик, — радушно поздоровался капитан.
— Что? Кт… — верзила посмотрел на монитор, и его обезображенное шрамами эбонитового цвета лицо растянулось в подобии, напоминавшей скорее пиранию, улыбки. — О! — несметно обрадовался он. —
Какими судьбами?— Воюем мы тут, — сухо пояснил Стигней, одним взглядом наблюдая за тактическим радаром.
— Мать, — не сдержался флибустьер. Он зыркнул сквозь толстое бронированное стекло на армаду Инквизиторов. — Из огня, да и в полымя, бля!
— Кажется, — Антон оглядел его с головы до, насколько позволяли камеры, пояса, обернутого несколько раз металлическим поясом для оружия, — вы от кого-то убегали.
— А! — Серый внезапно поежился, бросив короткий испуганный взгляд на Затворника, и отмахнулся. — Не на тех напали! Покруче вас будут!
— Подробнее нельзя? — поинтересовался монах, напрягаясь.
— Нет! — отрезал корсар межзвездных течений космического мусора. — Нельзя! Да и времени нету совсем!
Он развернулся лицом к своей команде и его затылок напрягся. На лысой, покрытой татуировками и боевыми отметинами голове, выступили жилы.
— Хлопцы! — обратился Карлик в сторону целого сборища воинственных разношерстных изгоев-инопланетян и оборванцев. — Видно, смерть сегодня преследует нас. Не успей мы уйти от одних непобедимых врагов, как сразу же нарвались на других. И этих, что еще хуже, побольше будет, при том они не знают, что такое пощада, вешая всех без разбору на высоких белых крестах под названием «Раскаяние злодея»! И нас повесят, — он легонько запнулся, — хоть мы и не злодеи, а токмо обиженные государствами жестоких миров сирые бедняки, которым каждый грош как драгоценный слиток платины…
Бандиты внимали, глубоко дыша и готовясь к схватке.
— И если мы сбежали от одного неравного боя, — разогревал свое мужество флибустьер, — то идем же и погибнем, или, что вряд ли, это каждый понимает, захватим богатые трофеи. Идем в бой? — он осекся на миг, оценивая обстановку, — или бежим, что нереально!
— В бой! — рыкнуло множество разношерстых глоток и закованных в металлические жвала ртов. Выбора-то не было!
— А шо делать? — философски подытожил их главарь.
— Держитесь в центре ромба, — посоветовал ему Антон.
И немного увеличившаяся группка атаковала армаду Инквизиции.
— Видите! — бесновался демон. — К ним все прибывают подкрепления! Надо отойти и перегруппироваться!
— Если ты считаешь жалкую пиратскую лохань подкреплением, — задумчиво и настороженно сказал Туррец, — я начинаю сомневаться в твоем всемогуществе!
— Убью! — мимо стариковского уха пролетела длинная ледяная стрела и ударилась в переборку.
— А потом, — улыбнулся священник, — то же самое с тобою сделает твой Повелитель Легионов! — он посмотрел в холодные испещренные трещинками, как у треснутого стекла, глазищи. — Не так ли?
— Ты пожалеешь, — громко зашипел Ханмун, — что ослушался моего приказа.
— Рекомендации, — спокойно заметил Инквизитор, — именно рекомендации, а даже не легкого пожелания! Атаковать! — приказал он своим людям, насмешливо подрагивая тощими плечами, — приказа я, ишь, ослушался! Внимание всем кораблям! Атаковать!
Инквизиторы повиновались.
Глава 18
«Что такое зрелище? Это что-то жалкое и очень печальное!»