Подарок судьбы 2
Шрифт:
Ворвался, проникнув в нежнейшее трепещущее лаской узкое лоно. Пульсация слилась с ее внутренним трепетом. Нет меня больше, есть только это движение, смятая простыня, горячий поцелуй на ключице. Сгораю от наслаждения, тону в мягком теле своей госпожи, изнемогаю от жажды. С каждым ударом бедер по покрывалу приближаясь к какой-то неизвестной вершине. Женские пальцы ласкают поясницу, Бэй зачем-то упёрся рукой мне в грудь.
– Подожди, не так быстро.
Как замедлиться, когда все это мое, путь только на миг. Растворился, исчез в жарком дыхании, отстранился сам, испугавшись того, что сотворил. Летти уже развернулась, припала к губам друга, выставив
– Или сюда, я хочу тебя трогать.
Пара касаний мягкой ладошки, и бездна снова зовёт меня в свой ослепительный плен. Мы втроём сплелись воедино, наслаждаемся телами друг друга и невозможно разделить нас, дарующих терпкое блаженство касаний. Перезвон браслетов и запутавшиеся в моей цепочке разноцветные прядки, жаркие поцелуи, танцующие касания пальцев и языка.
– Идёмте в мои пещеры.
Отлепиться от Летти невыносимо, следовать в укрытие дракона немного страшно.
Холодные плиты пола чуть отрезвляют, но думать, осознавать себя, видя впереди гарцующую девицу, средоточие страсти, просто не получается. Плавно она погрузилась в бассейн первой пещеры.
– Идите сюда.
Я чуть замер, вспомнил, как тонул в этих пещерах недавно. Бэй сжал мою руку.
– Идём.
И танец наших тел продолжился до исступления уже в воде. Всюду над головами летают ослепительные синие яркие шары ее магии, вспышки и искры. Врезаются в воду и в нас, не причиняя ни малейшего неудобства.
Летти
Дракон сыт и доволен, мурлычет безликим свою колыбель на самой границе неумолимо наступающего рассвета. Оба заснули прямо в пещере. Прекрасные, уязвимые, кроткие с виду, когда спят так расслабленно на гладких камнях исчерченного красивым узором пола.
Тело мое блаженствует, ни разу я не испытывала ничего даже подобного. Чуткий, страстный, огненный Бэй. Он играл в мое наслаждение, с каждым разом всё лучше овладевая тайной любовных услад. Дербеш прямолинейный, сильный, но такой невообразимо нежный. Как огромный котенок. И между собой они легко смогли договориться. Не мешали ни мне, ни себе выпить эту ночь до последней капли телесного наслаждения. Идеально подходящие оба и напором, и всем остальным. Такие разные, а оба - самые лучшие любовники, какие только могли бы быть у меня.
А вот души, не открыли они мне свои души. И сердца запечатаны, нет глубоких искренних чувств. Есть неоспоримый восторг от моего тела, которым так жадно напился дракон. А доверия, понимания меня, как человека, нет. Может, все дело в том, что мы слишком разные и принадлежим разным не только странам, но даже мирам. Тогда почему кухарка так быстро прониклась истинным чувством к Ибрагиму? И он ведь тоже охотно смог ей ответить. Они даже не понимают, о чем говорят. Он - о реальном живущим бок о бок с ними драконе, а она - о легендах и мифах древней Греции и Рима. Но души у них сплелись.
А тут сплелись в крепкую дружбу, в глубинное понимание только души зайцев между собой. А моя душа так и осталась пока в стороне. Тянется, а дотянуться не может. Жаль. Буду думать и ждать. Счастье уже в том, что ко мне вернулись мои собственные мысли и чувства, а дракон спит
в неистовом изнеможении, нахлебавшись эйфорией первой близости словно дурмана. Спи, зверь. А я оставлю записку любимцам и пойду, прогуляюсь. Пусть смело поднимутся в свои комнаты, а то будут ещё, чего доброго, ждать пока я спущусь обратно.Глава 27
Дербеш
Очнулся на каменном полу драконьей пещеры. Тело ужасно ломит как после долгой работы, одежды и вовсе нет. Невдалеке без сознания, раскинув руки и ноги в разные стороны, лежит Бэй. Грудь парня, вся раскрашенная алыми полосами, вздымается с каждым спокойным вдохом. Света в пещере нет, а я вижу все точно так же как днём. От этого становится особенно жутко. Похоже, дракон сполна взяла свою дань и при этом отблагодарила новым умением, интересно, зачем нам оно? Надеюсь, ни одному из нас не придется бродить по этим ходам в одиночестве. Ещё слишком свежи в памяти события той самой первой ужасающей ночи, когда я сполна нахлебался солёной воды в узких лазах подземелья двуликой.
– Бэй! Очнись!
– трясу я за плечо друга. Он открыл глаза, взмахнул несколько раз ресницами. Я поглядел в его черные глаза, и передо мной шаг за шагом начали вставать в памяти события прошлой ночи. Будто я потянул за неведомую нить, вытаскивая одно за другим из памяти. Бэй тоже вспомнил, похоже, и отшатнулся, насколько это возможно было сделать, лежа на полу. Как с этим жить? Вот со всем тем, что мы сотворили. Делили между собой одну женщину целую ночь. Упивались недоступной порочной страстью на глазах друг у друга. Хрипели, делили ласки, передавая дракона друг другу, словно делились живительным глотками воды в долгом походе.
Своими ладонями он гладил мне спину, а я отводил его гриву волос. От стыда хочется умереть, провалиться сквозь эти камни.
– Это нам снилось?
– спокойно поднял на меня глаза друг.
– Похоже, что нет.
– У тебя ссадина на плече.
– Это, должно быть, укус.
– Вот какую жажду утоляет дракон.
– После такого ...
– Надо жить дальше и наслаждаться тем, что имеем.
– Наслаждаться? Это же...слишком. Так нельзя.
– Судя по всему, мы не первые безликие, кто будет хранить эту тайну. Дракона необходимо сдержать. Помнишь, что сказали любимцы золотого дракона? Только мы двое отделяем двуликую от торжества власти зверя.
– Помню. Но я не думал, что это происходит вот так!
Я не смог больше смотреть в глаза друга. Сел у стены, подтянул колени к лицу, спрятал в них свои пылающие от всеобъемлющего стыда щеки.
– Эй!
– мне на плечо опустилась ледышка узкой ладони, - днём мы постараемся об этом не помнить. А ночью все будет именно так, как она захочет. И ничего страшного в этом нет. Ночь принадлежит зверю. А то, что творимо в этом каменном лазе, снаружи никто не узнает. Тебе же понравилось? Вспомни, как мы ласкали друг дружку.
– Понравилось, но...
– Нам нечего стыдиться. Все идёт, как идёт, и изменить что-либо не в нашей власти. Остаётся сполна наслаждаться тем, что имеем.
– Я постараюсь.
– Помни, так или иначе, но мы отвечаем за благополучие наших стран, целого мира. Вставай, Дербеш, надо ополоснуться и думать, что делать дальше.
– Смотри, там вроде бы записка под камнем. У самой купальни.
– Летти благодарит за подаренную ей нами обоими ночь. Подарки и новая одежда ждут нас в спальне. Чувствую себя гурией из шалмана. Ничего, с этим надо стерпеться иначе сойдём с ума. Слышишь меня?