Подаренная лесом
Шрифт:
Снова закрыл глаза, намереваясь досмотреть прерванный сон, как услышал стук закрывшейся дверь, заставивший меня подорваться на месте. Боги, она в самом деле именно сейчас отправилась на улицу?! Чертыхаясь быстро оделся, путаясь в штанинах, и поспешил следом за ней.
На пороге замер, выдохнув облачко пара, залюбовавшись открывшимся зрелищем. Куда ни посмотри – всюду белым-бело, лес превратился в нечто величественное, сказочно прекрасное. А по центру моего двора радостно кружилась Аврора, пытаясь поймать снежинки губами, источая безграничное счастье.
Ее спутанные рыжие волосы были припорошены
– Сумасшедшая! Заболеешь же, - воскликнул я, бросаясь к ней, не думая, что сам второпях ничего не накинул поверх свитера.
Аврора замерла, услышав мой голос, а в следующий миг, радостно взвизгнув, повисла на моей шее.
– Снег! Дэни, посмотри только! Везде снег! Он лежит, а еще падает, и его много! Здорово, правда? – выдохнула она, сверкая возбужденно горящими глазами.
– Что особенного в снеге? – я на миг даже растерялся от такого напора, хоть и собирался просто молча схватить ее в охапку и затащить в дом.
– Лес зимой спит и не видит всей этой красоты, только весной слабые отголоски, когда все уже тает, уходит до следующего года, понимаешь? – в ее глазах отразилось острое желание, чтобы я на самом деле понял всю важность этого заявления, но…
– В этом и прелесть быть человеком – зимой мы не впадаем в спячку. Хотя, честно признаюсь, иногда очень хочется уснуть осенью и проспать до весны, - пошутил я, поймав в ее изумрудных глазах легкий налет разочарования.
– Ты удивительный, с тобой так легко забыть… - выдала Аврора совсем уж странную фразу, рассеянно улыбнувшись. И тут же нежно поцеловала, обдав морозной свежестью, словно и сама являлась частью этой зимней сказки.
– Ты совсем продрог, - она удивленно распахнула глаза шире и прижалась ко мне плотнее, пытаясь поделиться своим теплом, раскрыв полы куртки.
– Странно, что тебе не холодно, - с трудом выдавил я, пытаясь стучать зубами не так активно. – Пошли в дом. Метель утихнет, мы тепло оденемся и пойдем играть в снежки, рисовать на снегу, делать снежных ангелов и лепить снеговиков. Но потом, хорошо? А сейчас – греться!
К счастью, Аврора не стала спорить, и мы сразу же вернулись в дом. Я лишь закатил глаза, обнаружив, что она влезла в валенки, даже не натянув на ноги носки. Под моим осуждающим взглядом застенчиво переступила с ножки на ножку и смущенно улыбнулась, пообещав тут же исправиться.
– А я хотела еще попытаться приготовить сегодня завтрак сама, можно? Давай ты просто будешь сидеть и смотреть, ага? Только скажешь, если сделаю что-то неправильно, - заявила она, натягивая толстые вязанные носки с пумпонами по бокам.
Наверное, именно эти пумпоны и заставили ее смириться с необходимостью носить носки – бабушка Аглая как знала, передав этот подарок.
Смирившись, кивнул и пододвинулся ближе к очагу, подбрасывая в него заранее приготовленные поленья. Надо бы сходить в сарай за новой партией – то, что есть, к вечеру уже закончится. За окном завывал ветер, с едва слышным звоном бросая горсти снега, напоминая о холоде снаружи. Похоже, метель только усиливалась.
– Сегодня же к тебе должны прийти деревенские? –
напомнила Аврора, замешивая тесто для оладий.Для удобства, я назначил три дня в неделю как «приемные», чтобы точно быть в это время дома, и селяне знали об этом. Но, конечно же, если что-то срочное, то принимал в любое время. Аврора за те несколько месяцев, что живет со мной, успела выучить и мое расписание, и даже, кто из селян за чем приходил ко мне чаще всего.
– Да, но они не придут. Метель разбушевалась не на шутку и, кажется, в ближайшее время стихать не собирается. Наверняка все дороги замело. Похоже, завтра уже, - отозвался я, оглушительно чихнув и хлюпнув носом.
О как. Похоже, мой выход на улицу без куртки не прошел бесследно. Об этом же свидетельствовала словно чугунная голова и поднимавшийся неприятный озноб, пробиравший до самых костей.
Аврора тем временем о чем-то продолжала щебетать, умело справляясь с жаркой оладий, запах которых тут же заполонил кухню и гостиную.
Я перебрался поближе к девушке, предложив помощь, но на меня только возмущенно замахали руками и велели накормить бабочку. Покачав головой, выполнил просьбу, чувствуя, как холод пронизывает все сильнее, а в горле мерзко скребется простуда.
Не желая тревожить Аврору лишний раз, принялся смешивать подходящую случаю микстуру, попутно вяло пытаясь поддерживать разговор.
– Что это? – удивилась она, заметив стеклянный пузырек с лекарством у меня в руке.
И почесала нос, оставив на нем белый след от муки. Улыбнувшись, шагнул к ней и осторожно вытер порошок, нежно поцеловав в самый кончик. И едва успел прикрыть руками лицо, снова оглушительно чихнув.
– Для укрепления организма. Ты хорошо себя чувствуешь? Горло не болит, голова не кружится, жар или холод не беспокоит? – спохватился, вспомнив, что она на улице была дольше меня, еще и снега успела нахвататься.
Но Аврора заверила, что все в порядке, заставив облегченно выдохнуть. После микстуры мне стало немного получше, хотя к насморку прибавился еще и кашель. По-хорошему надо бы побыстрее приготовить необходимые снадобья, которыми мне предстояло лечиться следующие пару дней. А заодно и для Авроры для профилактики, чтобы не заразилась от меня. Но решив, что пока все не так критично и на первое время хватит выпитой микстуры, даже насладился завтраком, по достоинству оценив значительно возросшие кулинарные способности Рори.
Метель не утихла и после обеда, поэтому мы просто устроились на теплой шкуре у камина, где мое рыжее чудо читало вслух сборник старых детских сказок, фантазируя, как бы это все могло существовать на самом деле. Под ее веселый щебет не заметил, как уснул. И вот тогда моя болезнь пробудилась в полной мере, ударив сразу по всем фронтам. Пробралась в организм и просто так уходить после первой битвы не собиралась.
Снилось что-то муторное, непонятное, отчего никак не мог избавиться. Изводила духота и слабость, казалось, даже не мог сделать лишний вдох. Вяло ворочались мысли, что и в каком порядке следует приготовить и пить, чтобы поскорее стать на ноги. Только никак не мог вырваться из объятий тяжелого сна. Вместе с тем возрастало беспокойство за Рори, но не помогало вернуться в реальность.