Под провокатором
Шрифт:
— Прекрасно, только мы будем отбирать исключительно качественный генофонд! И ещё одно условие…, — Ингар перевел взгляд на меня, и этот взгляд не предвещал ничего хорошего. — Патрик, а вот восьмерых моих дочерей, я бы хотел всех свести с твоим пасынком, он как раз прекрасно подойдёт для этих целей.
Маркус посмотрел на мое окаменевшее лицо, захохотал в голос и пропел:
— Если б я был Султан и имел трёх жён, неземной красотой был бы ок… — Патрик ткнул его в бок. — Ой простите, я будто в старинное кино попал, — он опять заржал, вытирая подступившие от смеха слёзы.
Ингар, явно возмущенный его реакцией, оглядел Маркуса с пренебрежением, и продолжил перейдя на надменный тон:
— У меня самого девять жён. У нашего народа —
Теперь уже я смеялся в голос. Явление это было настолько мне не свойственным, что Патрик с Маркусом переглянулись.
— Признаюсь, я прямо ждал, когда вы это скажете, почтенный марл Ингар, — сказал я. — Это же изначально была идея вашей дочери? — я посмотрел на четырнадцатую, которая покраснела до кончиков волос, явно не ожидая что я догадаюсь обо всём. — Асдис, милая, а что ты сразу, при нашей первой встрече не попросила заделать тебе маленькую искорку. Постеснялась? Я же сразу всё понял.
Её глаза, как и глаза марла Ингара заблестели.
— Так ты согласен? Это же прекрасно!
Понятно, с сарказмом она не дружит.
Я встал, полез в карман за пачкой сигарет и принял серьезный вид.
— Шутки в сторону, вы оба, явно меня не поняли. Судя по всему, природа искр вам, действительно, малознакома. Развею надежды вашей дочери и ваши, уважаемый марл Ингар. Я — не могу иметь детей.
Асдис раскрыла от неожиданности рот.
— Он говорит правду, — сказал Великий марл. — Теоретически, он мог бы, но для этого у обоих партнёров должны быть исключительные гены. «Прекрасный генофонд», как вы выразились.
— Оба партнёра должны быть искрами… — ахнула Асдис, и расстроенно поджала губы.
— Умница, пять баллов — сказал я, ткнув в её сторону сигаретой, потом отошёл к окну и зажёг её. — Но, идея завести себе личный клан искр, признаюсь, была весьма неплохой. Меня даже позабавило. Не удивительно, что ваш полис такой процветающий, вам в голову приходят потрясающие решения для выживания вида.
Маркус держался за нос, чтобы вновь не рассмеяться вслух. Как бы нелепо не казалось их предложение, даже он понимал, что мы можем оскорбить чувства Нордов своим невежеством. Норд-альпийцы — крайне специфичный народ, со своими уникальными традициями, законами и порядками. Я уверен, Ингар не видел ничего странного и смешного в своём предложении. Фактически, они рассуждают грамотно и не надо быть генетиком, чтобы понять это. Дети смешанных рас — всегда более талантливые, более здоровые, чем представители одной этнической группы. Чем сильнее гены родителей отличаются друг от друга — тем выше шанс получить более крепкое потомство. Такое часто применялась в эпоху второй эры, для корректировки генофонда. То, что Асдис изначально положила глаз на мой «генофонд» — я понял сразу, когда она завела меня в отделение репродуктологии, в своём научном центре, где у меня взяли кучу образцов тканей. Расспрашивала об искрах без конца и края. Я ожидал от неё чего угодно — что она попросит собрать в баночку материалы для оплодотворения, предложит заняться сексом в научных интересах…, она помешанный фанатик, и не остановится ни перед чем, — но жениться, причём сразу на восьмерых — забавно. Видимо, она решила не церемониться и сразу действовать радикально, при этом пользуясь нашим плачевным положением в своих интересах. Представляю, как она сейчас расстроена. Наверное, уже напредставляла себе целую армию маленьких деток и племянничков искр.
— Да кстати, вот прекрасный кандидат, — я указал на Маркуса, который моментально подавился слюной и, откашливаясь, жалобно посмотрел на меня. — Мой брат с радостью займётся обогащением вашего генофонда.
— Вы кровные? — радостно спросил Ингар.
— Нет.
Плечи марла опустились, и он обречённо пожал плечами.
– Жаль, очень-очень жаль.
— Судя по всему, вопрос касаемо меня исчерпан?
— Видимо…
так…, - голос Асдис сквозил нескрываемой печалью.— Тогда, извольте простить, вынужден удалиться, у меня дела.
Я еще не успел выйти, как Патрик стал ещё что-то обсуждать с Ингаром. Я мельком глянул в бесконечную даль города. Где-то там за горизонтом находится моя девочка. Где же ты? Я обязательно заберу тебя, хочешь ты того, или нет.
Поджав губы я направился к выходу.
Глава 29. Прятки
МЕЛАНИЯ РОШ
— Ох, как хорошо, я уже считаю часы до твоего дня рождения, неужели «завтра», наконец, наступит, я уже думала, не дождусь, — сказала Фрида, чавкая своим жирным бифштексом и запивая всё это дело газировкой.
Я поморщила в отвращении нос и без особого желания откусила кусок огурца. У Фриды в последние дни открылся неимоверный аппетит, хотя, насколько я успела узнать за пару недель в заточении её особняка, у неё повышенный холестерин, и есть то, что она лопает в последнее время с утра до ночи — ей нельзя. Сейчас она объедалась так, будто это последний день в её жизни.
Напротив неё сидели внучки. Цофия, пылая глазами, смотрела на Фриду, просто источая флюиды ненависти. Я с жалостью посмотрела на обритую девочку, волосы у неё немножко отросли, и теперь на месте зияющей лысины был короткий ёжик темных волос.
— Надо было с самого начала побрить тебя на лысо, — старуха замельтешила перед лицом девочки куском мяса, наткнутого на вилку, а затем благополучно отправила его следом за предыдущей порцией, в рот, который даже при процессе жевания оставался открытым. Громко чавкая, она вновь заговорила, — Теперь я хоть могу отличить этого противного крысеныша. Поганая девка.
Мне кажется, я услышала, как скрипнули зубы в плотно стиснутой челюсти Цофии. Взгляд ее пылал убийственным огнем, ноздри были раздуты…. Это не ускользнуло и от взгляда Фриды, на что она довольно улыбнулась и, промокнув блестящий от масла рот салфеткой, встала со стола.
— Заканчивайте ужинать и бегом в комнаты! Если узнаю, что вы легли спать не вовремя, побрею на лысо всех!! А ты, Мелания, перед днём рождения — должна хорошо выспаться, давай душка, иди к себе, — наконец она, отодвинув стул, встала, оправляя свой несуразный белый халат, в котором была похожа на дирижабль, и невыносимо медлительной походкой двинулась к выходу. Когда дверь за ее спиной закрылась, Цофия с грохотом вскочила со своего места.
– Мерзкая-примерзкая старая карга, — прошипела Цофия, в сердцах швырнула приборы, которые со звоном ударились о фарфоровую тарелку. — Ненавижу её. Ненавижу! Всё никак не помрёт. Да кому ты такая нужна!
— Тихо Цофия, — прошипела Ревекка. — вдруг она услышит…
— Мне всё равно! — она стояла, сжимая и разжимая кулаки, сверля взглядом закрытое дверное полотно, за которым скрылась Фрида.
— Прости Цофия, это всё я виновата, — сказала Наоми. — Я не хотела, чтобы с тобой это случилось. Если бы я только могла сказать ей, что это сделала я…
Цофия обернулась на сестру, и сказала:
— Дура что ли, хорошо, что ты не выдала себя. Если бы не… — затем она закрыла рот и, бегло посмотрев в мою сторону, просто отрицательно покачала головой.
Я прищурилась.
— У тебя какие-то проблемы, Цофия? — в моем тоне не было и намека на вежливость.
— Что ты, Мелани. Какие у меня могут быть проблемы, — голос Цофии был фальшиво-приторным. — Подумаешь, ведь я всего лишь похожа на сиротского мальчишку.
— Зато теперь будешь знать, что некоторые действия могут нести за собой неприятные последствия.
— Это все из-за тебя! — прошипела девочка.
Такой наглости я, признаюсь, не ожидала. Но если раньше, мне и было интересно, что за заговоры творятся в этом доме, касаемо бабушки её внучек, и видимо, ещё и меня, то сейчас было просто плевать. Промокнув рот салфеткой, я встала, пожала плечами и направилась в свою комнату