Чтение онлайн

Он кивнул и повёл меня через запасной выход, зная каждый угол этой школы как свои пять пальцев. Уже на улице, у стены, он остановился.

— Ну что, победительница, довольна?

— Очень, — выдохнула я. — Спасибо.

— Ещё увидимся. У меня много дел, в которых ты мне теперь… пригодишься.

Он улыбнулся — дерзко, уверенно, с ленцой.

— Готовься, Саша. Ты только что подписалась на самую странную игру в своей жизни.

4

Домой я вернулась в странном, расстроенном состоянии —

как будто меня встряхнули изнутри.

Сердце глухо колотилось, будто я пробежала стометровку. В голове гудело, а перед глазами всё снова и снова всплывало его лицо. Леон.

Потрясающе красивый. Настолько, что рядом с ним Егор Титов, главный красавчик и гордость гимназии, казался… обычным.

Почему, собственно, Егор считался эталоном? Объективно — Леон выглядел куда эффектнее. Захватывающе. Так, что дыхание перехватывало.

Голова была словно в тумане, сердце глухо стучало в груди, и всё тело казалось каким-то чужим — будто я вернулась с экзамена, на котором не поняла ни единого вопроса, но всё равно кое-как его сдала.

Перед глазами — снова и снова — всплывал образ Леона.

Лифт медленно полз вверх, и я, едва сдерживаясь, чтобы не уткнуться в экран телефона, попробовала найти его в соцсетях. Ноль. Ни Instagram, ни TikTok, ни даже намёка на присутствие в сети. Как будто его вообще не существовало.

А ведь он точно был реальный. Я же его видела. Почти чувствовала этот взгляд.

— Какой же ты… — выдохнула я, глядя в пустой поисковик.

Дверь квартиры щёлкнула, и я вошла, зевая и таща рюкзак за собой, как мешок с картошкой.

— Привет, доча! — отозвалась мама из кухни. — Как дела в школе?

— Всё нормально, — отбрехнулась я рассеянно, направляясь в свою комнату. И тут…

ПРОИЗОШЛО НЕОБРАТИМОЕ.

Молния рюкзака была не до конца застёгнута. Стоило мне дёрнуть лямку, как оттуда — в идеальной, как по сценарию, дуге — выпали мужские трусы. Прямо посреди коридора.

Тишина.

Та самая, тяжёлая, как перед землетрясением.

— Э-э-э, это чё? — раздался голосок сбоку.

И тут, как черт из табакерки, из своей комнаты выскочил Тимка — мой восьмилетний брат с лицом охотника за сенсациями.

Он замер, уставившись на добычу, потом на меня. В его глазах родился блеск. Тот самый, от которого ты знаешь — всё пропало.

— Саша, — прошептал он. — Ты украла трусы?!

— Нет! — прошипела я. — Тихо! Это не то, что ты думаешь!

— МАААААМ!! — рявкнул он так, что стёкла дрогнули. — У САШИ МУЖСКИЕ ТРУСЫ! И ОНА ГОВОРИТ ЭТО НЕ ТО, ЧТО Я ДУМАЮ!

Мама вышла из кухни. Медленно. Очень медленно. В одной руке — половник, во второй — стакан воды. Она глянула на пол, потом на меня.

— Ну? — сказала она спокойно, но с той особенной интонацией, которая сигнализирует: твоя жизнь сейчас как на минном поле.

Я сглотнула.

— Это… э-э-э… для проекта! — выдала я. — Да, проекта! По… гендерным ролям! У нас тема недели — «Социальные маски». Вот. Это реквизит. Я… собираю образы.

Мама ничего не сказала. Просто смотрела. И было непонятно — верит она мне или

уже мысленно ищет номер семейного психолога.

Тимка не унимался.

— А я думал, ты просто влюбилась. И решила взять трофей, как в «Игре престолов». Типа знак победы! Или заклинание привязки.

Я схватила трусы и швырнула их обратно в рюкзак, быстро застёгивая молнию.

— Тимка, молчи.

— Ага, конечно. Я просто комикс нарисую. «Моя сестра — охотник за трусами». Хочешь, ты там будешь с мечом? Или с крыльями?

— Если ты это кому-то покажешь — ты труп, — прошипела я.

Мама вздохнула:

— Если это действительно школьный проект, пожалуйста, держи весь… реквизит… при себе. Особенно когда приходишь домой.

Я кивнула, сгорев от стыда. Влетела в свою комнату и захлопнула за собой дверь.

Внутри — тишина.

И только сердце снова глухо билось.

Но уже не от страха.

Я села на кровать и уставилась в потолок.

Леон. Этот чёртов красавчик, из-за которого теперь даже моя семья думает, что я либо ведьма, либо начинающая маньячка.

А ведь это просто было задание.

Или?..

Я снова достала телефон. Всё равно никакой информации о нём.

Ни следа.

Как будто он специально избегает внимания. Как будто он сам тайна.

А я, по глупости, теперь вовлечена в какую-то игру.

И начала с… трусов. Просто идеально.

Я попыталась отвлечься. Переоделась, включила музыку в наушниках, даже открыла учебник — но строчки сливались в кашу.

Сколько бы я ни пыталась заставить себя думать о чём-то другом, всё возвращалось к нему.

К Леону.

Его голосу. Его холодному взгляду. Его полуулыбке.

И к его словам:

«— Теперь ты моя личная помощница.

— Я зову — ты приходишь.

— Как служанка.»

Я вжалась в подушку лицом. Почему я вообще согласилась?!

Сначала спор, потом шкаф, потом трусы… А теперь у него есть мой номер.

МОЙ НОМЕР.

Он может написать. Позвонить.

В ЛЮБОЙ МОМЕНТ.

— Ужас… — выдохнула я, зажмурив глаза.

Это как бомба с таймером. Я не знаю, когда она взорвётся — но точно знаю, что взорвётся.

Что он попросит? Принести кофе? Протереть ботинки? Притвориться его девушкой, когда надо будет кого-то отшить?

Я аж закашлялась от этой мысли и уткнулась в подушку сильнее.И ведь самое страшное — я не была уверена, хочу я, чтобы он написал… или боюсь этого до дрожи.

Его голос до сих пор звучал у меня в голове — глубокий, чуть насмешливый.

Как будто он знал всё.

Видел меня насквозь.

И теперь держал в руках мой маленький позорный секрет.

Мой телефон лежал на тумбочке — мёртвый, молчащий, как судья, перед тем как вынести приговор. Я раз двадцать бросала взгляд на экран, хотя знала — ни уведомлений, ни сообщений.

Тишина.

Но не та, которая успокаивает.

А та, которая напрягает.

Тимка снова забегал по коридору, выкрикивая что-то про «невидимые трусы-невидимки», а я прижалась к стене и прошептала: