По зову сердца
Шрифт:
Нина смотрела на стены, на них полосами рос светящийся слабым светом мох. Селвин сразу же пояснил.
– Мы собираем цебулярию и подкармливаем ею птиц, оставляя полоски, чтобы не было слишком темно здесь.
– А если дома в стеклянную вазочку эту цебулярию положить или посадить, она будет светиться?
– Как только мы её срываем, так свечение пропадает, а высаживать дома... не знаю, я не пробовал, но вряд ли она приживётся, слишком специфические условия для роста у неё.
Круль вёл гостью всё дальше и дальше. Оглядываясь назад Нина уже не видела входа и казалось, что она переместилась на диковинную планету.
Вскоре стали попадаться другие ледяные. Некоторые из них спокойно работали, аккуратно счищая широким совочком грибы со стенок и укладывая их в короба. Другие проявлялись то тут, то там, и было понятно, что они задействуют свою феноменальную скорость для работы.
– Мы сейчас проходим мимо оборудованной комнаты, где сборщики могут передохнуть, перекусить и набраться сил. Стены здесь отделаны адамасом, - пояснил круль и замер, о чём-то задумавшись.
– Сел, что-то случилось?
– тронула его за рукав Нина.
– Знаете, я всё не отпускаю мысль из головы, что неплохо бы нам иметь своих ропаков на территории королевства. Смотрю на эту комнату и думаю, что можно же обязать каждого путешественника оставлять кусок адамаса в общем доме и тогда со временем можно было бы оборудовать такую же комнату.
– Замечательная идея, - похвалила девушка, - жаль, что у вас этого камня мало, то есть много, но в то же время в дефиците...
– Знаете, у вас на перешейке есть этот камень, - неожиданно поделился круль.
– На перешейке? Но почему же вы его не попросили добывать?
– Разве вы согласились бы? Да и какую цену назначили бы?
– Но..., пожалуй, вы правы, хотя знаете, Керидский не стал бы вредничать, он своеобразный, но с ним можно договориться, а вот король... он блюститель своей, общегосударственной политики. Зачем ему ваше усиление? Но, - лукаво улыбнулась леди, - иногда, чтобы решить небольшие проблемы совсем ни к чему привлекать сильных мира сего! На перешейке полно повсюду бегающих детей, подростков, и если бы ваши путешественники платили по несколько монеток за тачку вашего камня, а потом бы ваши путешественники везли его в столицу, то это назвали бы странностью, но не более.
Селвин посмотрел на Нину, а она смутившись, продолжила.
– Конечно, это возможно, если камень выходит на поверхность или близко от неё.
– Я не знаю, выходит ли он на поверхность, но это выяснить несложно. Думаете получится договориться с местными? Но что они подумают?
– Ваши объяснят, что берут его для отделки дома в столице, что он напоминает им о родных местах, но не тащить же его через стену с ваших земель, ведь лишний вес, это деньги!
– А на границе перешейка и королевства подъёмников нет и платы уже не требуется!
– с удовольствием и предвкушением закончил круль.
– Ну вот, видите, начало одному маленькому, но очень полезному делу положено, - с улыбкой завершила тему девушка и побежала под уклон.
– Нина, осторожнее!
– опомнился круль и когда уже леди слишком разогналась, то обогнал её и поймал, - осторожнее, - повторил он любуясь выражением восторга на лице леди.
– Здесь необыкновенно. Это даже не красота, а нечто нереальное, фантастическое. Кажется, что я сплю и окружающее, моя выдумка, выверт моей фантазии. Эти плоские шляпки грибов, создают впечатление мозаичности и иногда даже складываются в рисунок.
Вон, смотрите, похоже на склонившегося человека. Видите, под тем выступом голова, дальше тело и вытянутые руки!– Действительно похоже, - улыбнулся Селвин и сопровождавшие их охотники заинтересованно посмотрели в указанную сторону, а один воскликнул.
– А вот там как будто птицы летят!
– показал он рукой вправо.
Компания ещё немного прошлась вперёд, подземная пещера чуть поворачивала, местами сужалась, но оставалась очень объёмной. Где-то добавлялись причудливые впадины с мерцающим внутри мхом, выступы-тропинки, позволяющие передвигаться вдоль по стенам.
Землянку поражало всё: объёмы, чуть грибной воздух, меняющий оттенок подсветки мох, фантазии рабочих оставляющих его расти по краям тропок или полосками, или красивыми загогульками. Плотно растущие грибы добавляли пещере цвета и гладкости, да и сама полость удивляла торчащими из земли глыбами, природными арками или небольшими озёрцами.
– Нам пора возвращаться, - чуть приобняв Нину, произнёс круль, - давайте я вас возьму на руки, чтобы вам не утруждаться с подъёмом.
Нина оглянулась назад, получалось, что они в процессе прогулки прилично спустились вниз и малодушно кивнула. В горку, хоть и пологую, подниматься было лень.
Мужчина аккуратно поднял девушку, дождался, чтобы она удобно его обхватила, а дальше вжик.
Нина даже раскашлялась, так как успела раскрытым ртом схватить много воздуха, когда круль рванул наверх. Он поставил её перед выходом, оправил на ней сбившуюся шубку, помог застегнуться и только тогда, они вышли.
– Смотрите-ка, луты не ушли, рядом гуляли!
– с радостью крикнул погонщик, - ну сейчас мы быстро до города доберёмся.
Леди тоже обрадовалась. Быстро или нет, но час они сюда ехали, минут двадцать подманивали до этого лутов, ещё полчаса пробирались по дорогам города, а здесь бродили часа полтора. Хотелось уже перекусить, попить горяченького.
– Ой, у меня же с собой чай!
– девушка подбежала к саням и достала термос с печеньем.
Она деловито открутила крышку и из колбы повалил пар. Нина с превосходством кинула взгляд на раскрывших рты ледяных и налила в крышку-чашку чая.
– А вот печеньице подмёрзло, но вроде съедобно, - посетовала она.
– Ох, как хорошо бежит жар по внутренностям, - воскликнул сопровождающий, сделав большой глоток. Из широкой чашки они все отхлёбывали поочереди.
Нескольких минут хватило, чтобы выпить весь чай из небольшого термоса. Остатки печенья у Нины выманили луты, причём старший всё так же делал вид, что не распробовал и нагло выпрашивал ещё и ещё. Но он и молодняк свой не обижал, они робко тянулись рядом, он отступал, давая им получить свой кусочек.
Вернулись в город без происшествий, Нина прошла к себе в домик, чтобы переодеться, узнать, как провели время Дар с Мируной, а круль не откладывая сверлившую его всю дорогу идею, позвал к себе Вилхелма. Очень ему хотелось узнать, не осталось ли у него случайно детей в королевстве.
До обеда ещё оставалось время и леди Нарибус найдя воспитанника в его покоях вместе с ещё одним мальчиком, осталась пообщаться с ними. Юный лорд как положено представил Нине своего друга.
– Это Стефан Селвин, Нина, он младший сын круля, - развёл руками, показывая своим выражением лица, что вот как бывает.