По ту сторону
Шрифт:
Форк старший рассмеялся и решил удобно устроиться на диване напротив них.
«Когда твой отец был в том же возрасте, что и ты, мой цыпленок, его дедушка Гутор Форк рассказал ему одну интересную историю, приключившуюся с ним в детстве»
– Гутор Форк III, – Финн перебил маму и гордо добавил, – герой Срединной войны, у него было много медалей за отвагу и доблесть. Папу назвали в честь него.
–Верно, сынок! – отец улыбнулся.
– Ох, мужчины, – притворно всплеснула руками мама, – только и разговоров о медалях да подвигах. Попрошу не перебивать меня.
Итак, однажды маленький Гутор, твой прадедушка, отправился гулять
Но тогда это было священное место, которое местные жители обходили стороной, так как считали, что там живут баньши. Много веков сиды избегали встречи с баньши, верили, что те приносят несчастье и забирают с собой в другой мир лучших из лучших».
– В какой другой мир? – голос малыша задрожал от предвкушения.
– Мир боли и слез. Страшный мир!
– Элиаф! – вскричал Гутор Форк.
–Что, разве ты не веришь, что существует мир, где все страдают?
–Не важно, во что я верю. Ребенку об этом мире знать зачем?
–Дорогой, – примирительно сказала она, – моя мама мне рассказывала такие истории, когда я была младше нашего сына. Я хочу, чтобы и Финн знал, что мир сидов не единственный. Богиня Дану родила и других детей.
– Даже если и так, – терпеливо начал Гутор, – и Великая Богиня дала начало не одному народу, ты никогда не задумывалась о том, почему наши миры не сообщаются. И почему большинство сидов не верят в существование иных? Возможно, таким образом, нас уберегают. Все новое и непознанное таит в себе опасность.
– Я начинаю думать, уж не ты ли отец трусишки О’Кроли… – раздраженно вспыхнула Элиаф. – Пусть наш сын сам выбирает, во что ему верить. Позволь мне рассказать ему то, что знаю я.
– Я не хочу спорить из-за пустяка. Но тебе не кажется странным, что историю моей семьи рассказываешь ты? Все-все, умолкаю, – сказал Гутор, заметив гневный взгляд жены. – Рассказывай свою волшебно-страшную историю, я тебе больше не помешаю.
– Хорошо, спасибо. Так, на чем я остановилась?
– На мире боли и слез, – хором ответили ей отец и сын.
– Да, именно! Считалось, что баньши знают проход в этот мир. Поэтому встреча с ними грозила опасностью оказаться там навсегда. А никто из жизнелюбивых и радостных сидов не желал попасть в мир страданий. Поэтому места рядом с Серым Озером избегали.
Твой прадед был не из робкого десятка. Он поспорил со сверстниками, что искупается в том озере и вернется домой целым и невредимым. Он не верил в россказни стариков о баньши и тайнах, спрятанных на дне Серого Озера. И он отправился туда совершенно один.
Сняв ботинки и одежду, Гутор нырнул в озеро с головой, проплыл несколько метров и повернул обратно к берегу. Вода была очень холодной, и он постепенно начал замерзать. И вдруг он почувствовал, как что-то невидимое стало сковывать его ноги. В какой-то момент он не смог больше плыть, его тело онемело от холода и ужаса. Он стал тонуть и попытался позвать кого-нибудь на помощь, но горло было словно схвачено чьей-то неумолимой хваткой. Погрузившись под воду, он не переставал бороться. Мысленно он взывал к Великой Богине и просил послать ему помощь. Его вера была так сильна, что вскоре он почувствовал, как кто-то схватил его за руки и потянул наверх. В себя он пришел уже
на берегу. От холода он не чувствовал ни рук, ни ног. Его зубы стучали не переставая. А рядом с ним….»Мама сделала паузу и обвела слушателей таинственным взглядом. Финн замер в кресле рядом с ней, с широко раскрытыми глазами, в которых смешалось и страх, и любопытство, и детский восторг. Старший Форк сидел на диване, закинув ногу на ногу и понимающе ей улыбался. Удовлетворенная произведенным эффектом, Элиаф продолжила:
– А рядом с ним сидела девочка. Такая хрупкая, с прозрачной нежной кожей, отливавшей слабым зеленым светом. Ее волосы струились по плечам, словно покрывало сотканное из ниток солнечного света. А глаза… Ее глаза были не похожи на глаза сидов, они переливались ярким зеленым цветом, а зрачок был узким, как у змеи.
– Ох, – послышался восхищенный вздох из глубины кресла.
– Да, мой цыпленок, она была необыкновенной. Твой прадед был заворожен и не мог поверить своим глазам. «Кто ты?», – спросил он у невиданного существа. «Та, что спасла тебя», – был ему ответ. И голос ее был подобен легкому ветерку, который даже рябь на воде не создаст, настолько он был тих и нежен.
– Ты баньши? – Гутор побаивался ее, но виду старался не показывать.
– Да. А ты джентри и зовут тебя Гутор.
– Откуда ты знаешь? – Его тело стало согреваться, но вот перестать стучать зубами он никак не мог.
– Я все о тебе знаю, – скромно сказала баньши и положила руку на его грудь. Он почувствовал как жар, который исходил из ее ладони, стал заполнять его изнутри, обволакивая теплом каждый мускул, каждую клеточку тела. Зубы перестали стучать, и Гутор почувствовал расслабление во всем теле и легкую усталость. Но вопросы не давали ему покоя.
– Но откуда ты все обо мне знаешь? – спросил он.
– Я прочитала твои мысли. Когда ты тонул, ты обо всем успел подумать. Например, ты не любишь тетушкины пироги, скучаешь по отцу, больше никогда не заключишь ни одного спора и что ты находишь меня красивой, но при этом очень боишься.
– Не боюсь, – меньше всего он хотел выглядеть трусом в глазах своей спасительницы. – И я очень благодарен тебе за спасение. Правда! Просто я немного сбит с толку. Все считают, что баньши не спасают, а наоборот …
– Губят? Похищают? – ее голос по-прежнему был тих, а лицо оставалось непроницаемым.
– Перестань, пожалуйста, читать мои мысли, – ответил Гутор. – Я могу сам ответить на все твои вопросы.
– Хорошо, тогда скажи, кто так считает?
– Сиды.
– Ты тоже так считаешь? – грустно спросила она. Ее кожа перестала светиться, волосы чуть потускнели, а зрачки приняли обычную для сидов форму. На глазах у изумленного Гутора она превратилась в обыкновенную девочку-сида.
– Нет… Теперь нет. Ты же спасла меня. Мне жаль, что я расстроил тебя.
– Я не расстроена из-за того, что ты сказал. Ведь это правда. Иногда мы вынуждены, – она запнулась, – делать то, что все о нас говорят. Такова наша природа.
– Тогда… тогда из-за чего? – осторожно спросил он, стараясь не подавать виду, что ее слова насторожили его.
– Баньши – сиды. Мы такие же, как вы, как гномы, эльфы, джентри и прочие. Но живем уединенно, так как другие нас бояться и не принимают. Мама говорит, что это даже хорошо. Так мы можем продолжать творить свою магию и выполнять предназначение. – Она задумчиво чертила пальчиком по земле, но вдруг спохватилась.