Чтение онлайн

Правда, один из пришедших на могилу Дон все-таки привлек их внимание. Этот человек оказался торговцем с берегов Темзы: чтобы убить лишние полчаса, он решил пройтись по церковному двору. У могилы Дон он остановился по чистой случайности, и тут на него набросились полицейские.

Его тут же допросили и отпустили, но на всякий случай связались с отделением полиции по месту жительства подозрительного субъекта и попросили навести о нем справки. К несчастью для него, в том отделении тоже занимались расследованием убийства одной школьницы, поэтому парню пришлось пережить достаточно неприятных минут, прежде чем полиция убедилась в его невиновности. Бедняга поклялся, что, пока жив, ноги его на кладбище не будет.

Местные блюстители порядка

сказали, что ему еще повезло: «вампиры» из Лестершира не взяли у него кровь.

Почти год назад, когда со дня убийства Дон Эшуорт прошло всего девять дней, полицейские допросили одного из пациентов больницы «Карлтон-Хейес». Он был лет на двадцать пять старше всех, кто числился в списках подозреваемых, и имел судимость за разные непристойности. Еще в 1983 году у него взяли кровь: белковая фракция оказалась 1+, как у преступника.

Алиби на час убийства девушки у него не было, но спустя несколько часов после допроса мужчина умер. Его поставили во главу списка и в течение нескольких месяцев добивались судебного разрешения на эксгумацию тела. Никто не чувствовал себя в безопасности от лестерширских «вампиров»: ни живые, ни мертвые.

Летом 1987 года семья Эшуорт решила навестить сестру Робина, которая семь лет назад эмигрировала в Австралию вместе с сыном. Робин и Барбара вылетали в четверг, 30 июля, а прилетали в Сидней утром 1 августа. Они сделали так, чтобы благодаря пересечению часовых поясов день страшной годовщины смерти их дочери — 31 июля — не настал.

К концу лета 1987 года специальные автобусы следственной группы разъезжали по жилым районам и фабрикам с одной целью — найти доноров и взять кровь на анализ. Выезжая в густонаселенные районы, полицейские обязательно брали с собой врача. Получалась настоящая мобильная команда по сбору крови. Но силы были на исходе.

Они выбрали новую тактику. Устроили облаву на передвижной ярмарке в Блейби и обыскали вагончики работников. Задержали одного эксгибициониста, как оказалось, профессионального теннисиста, состоявшего на учете в психиатрической больнице «Карлтон-Хейес». Но кроме плоских шуток о теннисных мячах и показе половых органов от него ничего не добились. Разумеется, у парня тут же взяли кровь.

Следователям Пирсу и Томасу часто приходилось выезжать за кровью. Это были бесконечные ночи. Врачи угощали полицейских ужином и всячески поддерживали их, потому что те всем своим видом должны были внушать доверие взволнованным донорам и поднимать настроение уставшим сотрудникам. Однажды устроили лотерею. Каждый желающий должен был поставить на кон пятьдесят пенсов и назвать число доноров, которые придут до конца рабочего дня. Многие доноры, которые никогда раньше не сталкивались с полицией, держались настороженно, но тоже хотели принять участие в игре.

Один из них с явным сомнением поинтересовался:

— А если я выиграю, то как узнаю об этом?

— Мы опустим деньги в ваш почтовый ящик, — пообещал Пирс, — Если вы не доверяете нам, полицейским, кому тогда доверять?

— О'кей! — согласился донор.

Была и такая шутка. Один из местных полицейских, которому тоже предстояло сдать кровь на анализ, выдавая себя за постороннего человека, являлся в пункт и выражал возмущение по поводу массового выкачивания крови. В этот момент несколько полицейских

набрасывались на него, надевали наручники и тащили к самому напуганному на вид врачу. Но суперинтендент Тони Пейнтер каким-то образом узнал обо всем и запретил делать что-либо подобное.

Полицейским очень хотелось пустить кровь одному строителю из Ноттингемшира, но из-за участия в ограблении тот находился в бегах. После многочисленных безрезультатных попыток было решено оставить ему записку с просьбой позвонить оперативному дежурному. Рабочий позвонил и сказал, что будет говорить только со старшим офицером. Пирс долго беседовал с ним, и не зря: беглец согласился сдать кровь, если Пирс пообещает не арестовывать его за прежние грешки.

Строитель явился не один, а с другим рабочим, которого, кстати, тоже разыскивала полиция. У обоих взяли кровь. Когда все было кончено и беглецы направились к выходу, неожиданно выскочил Пирс и закричал:

— Ни с места!

Двое напряглись, приготовившись бежать или драться, — они ведь не знали, что инспектор был большим шутником.

Пирс засмеялся и спросил:

— Как насчет кружки пива или двух?

Втроем они отправились в паб — Пирс угощал. А когда выяснилось, что у бедолаг нет ни гроша даже на автобус, Пирс дал им пять фунтов на дорогу до дома.

Примерно так и работали: пытались заинтересовать человека, развлечь его. Уверенность Пирса в успехе дела получила неожиданную поддержку накануне отъезда супругов Эшуорт в Австралию. Инспектор зашел на церковное кладбище с банкой содовой для Фила Бикена и встретил Барбару Эшуорт — она приводила в порядок могилу дочери. Пирс прежде видел ее только один раз, но в этот день проговорил с ней в церковном дворе минут тридцать.

— Об усопших всегда говорят только хорошее, но Линда и Дон действительно были славными, жизнерадостными, приятными и отзывчивыми девочками, которых все любили, — говорил Пирс сотрудникам.

К тому времени следственная группа сильно поредела. Охота за убийцей находилась под угрозой срыва. Полицейские начинали побаиваться, что группу расформируют.

На собрании группы было решено обратиться к главному суперинтенденту Дейвиду Бейкеру или еще выше и напомнить начальству, что дело «Дон Эшуорт II» велось с ограниченным бюджетом, поскольку значительную часть выделенных средств потратили в ходе первого расследования убийства. Члены группы настаивали на том, чтобы дело «Дон Эшуорт II» рассматривалось как самостоятельное, с новым бюджетом.

Приняли решение быть более избирательными в отношении доноров, хотя в долгосрочной перспективе сбор крови обходился дешевле, чем трудоемкая и длительная процедура проверки алиби подозреваемых. В конце концов, они не виноваты в том, что лаборатория не справляется с большим объемом работы; они передали образцы крови несколько месяцев назад, и там вполне могла оказаться кровь убийцы.

К этому времени им начали частично оплачивать сверхурочную работу и выдавать по пять фунтов и пятьдесят четыре пенса на питание. На собрании решили отказаться от этих доплат, лишь бы расследование продолжалось.

На основе компьютерных данных составили список всех лиц, попавших в тюрьму в период между убийствами Линды Манн и Дон Эшуорт. Казалось, что это был большой промежуток времени, и оба убийства вряд ли совершил один и тот же сексуальный извращенец, если подходить к делу с точки зрения психиатрии.

Оставались в силе предположения о том, что подсобный рабочий в какой-то степени причастен к убийству Дон Эшуорт. Некоторые полицейские продолжали верить, что именно его мотоцикл был замечен под мостом. Девушка оказалась изнасилована не только во влагалище, где, по заключению патологоанатома, имелись остатки спермы, но и в анус, где следов спермы обнаружено не было. Таким образом, Дон могли изнасиловать двое мужчин; не исключено также, что какой-то извращенец надругался уже над трупом, когда первый насильник ушел — были и такие зловещие предположения: поработав в полиции, додумаешься до чего угодно.