По пути Ориона
Шрифт:
Самперилы по-прежнему спускались с неба переливаясь из цвета в цвет, отдавая стоящим на склоне внутреннее тепло и блаженство. Они часто взрывались в небе на множество огоньков, осыпая землю серебряной пылью, которая тут же таяла. В эти моменты и Орион, и Дик, и остальные, почувствовали восторг, всплеск чувств, которые не могли удержать в себе. Они дружно закричали и засмеялись. Вспышка непередаваемого счастья поглотила их всех.
— Орион, подставь ладонь. — Тихо попросил Кларгот и юноша робко вытянул руку вперёд.
Первые самперилы достигли его руки и медленно коснулись её. Огоньки были похожи на капельки
— Орион ты видишь рождение и смерть, ты чувствуешь радость и скорбь и всё это за считанные минуты. Самперилы помогают осознать многое. Они помогают понять, что раньше не поддавалось пониманию.
Орион зачарованно смотрел на спускающиеся самперилы, обнаруживая в себе всё новые и новые чувства. Он не понимал, что с ним происходит, он то смеялся, то плакал, не в состоянии унять свои чувства.
Но всё когда-нибудь заканчивается. Последние самперилы опустились на землю и погасли. Небо потемнело, склон горы снова погрузился во тьму, словно ничего и не происходило. Дикая печаль накрыла каждого из путешественников. Им хотелось вернуть последние минуты назад, повторить всё то, что с ними произошло, но, самперилы погасли, не оставив и следа.
— Когда они появятся вновь? — Спросил Орион стоящего за его спиной Кларгота.
— Не скоро. — С грустью в голосе ответил тот. — Родятся две новые луны, после чего солнце зайдёт за горизонт столько же раз, сколько шагов ты сделаешь до поворота и тогда, они придут снова.
— Всё понятно. — С иронией заметил Сай. Он уже успел подняться с колен и постыдить самого себя за происшедшее. Сайморол не мог понять, что это с ним произошло, почему он не мог совладать с собой, хотя и был абсолютно трезв. Но и он как бы себя не стыдил за слабость, жаждал повторить всё снова. Его мысли, его виденье мира перевернулись с ног на голову. Теперь он не мог точно ответить, что для него важнее: богатства, к которым он так стремился, или те ощущения, та теплота, та нежность, которые он испытал здесь на склоне.
Кларгот словно прочитав его мысли, сказал:
— Я знаю, что каждый из вас сегодня открыл что-то новое для себя. Надеюсь, это достойная награда за пройденный вами путь? Равноценная замена золоту и баллитону, которые вы искали? Если нет, — Кларгот сделал паузу, обведя взглядом собравшихся, будто он мог видеть их лица в этой кромешной темноте ночи, — что ж, ищите их в ваших землях. Капитан Хьюди, я думаю, вам поможет. — После он наклонился к Ориону и шепнул ему на ухо:- Ты же помнишь Каплари?
Орион ничего не ответил. О Каплари и о Хасли он давно не вспоминал и уж точно не жаждал вернуться туда. Его передёрнуло, как только он вспомнил последнюю его встречу с Хасли, его обездвиженное тело на поверхности воды и как он бежал от него.
— Я признателен вам Кларгот, за такой подарок! — Заговорил Дик, припав перед хранителем на колено. — Мы до конца дней своих не забудем эти минуты.
— Встань Грайс- рыцарь Ториона- защитник дома Сараллонов. Твоему мужеству
может позавидовать каждый. Ты не раз смотрел смерти в глаза, спасая жизни, находил выход из безвыходных ситуаций. Ты помогал людям не прося ничего в замен, ведя их к цели. Что ж, теперь Ентри и Мариа закончат свой путь сами, ты же должен гордиться собой, как я горжусь тобой!— Мы им можем как-то помочь? — Орион молящим взглядом смотрел на Кларгота, но это видел только хранитель.
— Им уже не нужна помощь!
Орион хотел уже было спросить, что это значит, как вдруг склон горы осветился бледно-голубым светом и на его краю показались две фигуры. Одна придерживала вторую под руку, чуть подсев под её тяжестью.
— Ентри! Мариа!
Первым на встречу друзьям рванул Орион, за ним Буй и остальные.
Мариа широко улыбаясь, опустила Ентри на землю и тот, не поднимая головы, плюхнулся на колени.
— Я не верю своим глазам, это вы?! — Подбежавший к ним Орион, обнял Мариа и долго не отпускал её. От неё исходило тепло, которое напомнило ему тепло самперилов и снова с ним так не хотелось расставаться.
— Что с Ентри? — Испуганно спросил Дикин, подбежавший к ребятам.
— Он ранен!
Дик приподнял склонившуюся на грудь голову Ентри и испугался увиденному. Он и раньше видел кровь, раны, но тогда это были враги или соперники, а здесь друг, с которым он прошёл ни одну милю и пережил не одно испытание. Его сердце бешено заколотилось, он быстро пощупал пульс юноши и немного успокоился. Кровь пульсировала ровно и чётко.
— Он жив!
Все склонились над Ентри. Он медленно открыл глаза и вяло улыбнулся.
— Вы все здесь. — Прошептал он.
— Ентри, мы здесь. Мы с тобой. — Ответил ему Дик. — Как ты?
— Лучше всех, если не заметил.
— Ну, чувство юмора точно не пострадало! — Констатировал Дик.
— Мы бились с НИМ. — Сказала Мариа. Молчание тут же накрыло собравшихся. Все ждали продолжения. — Я не знаю, что произошло. Я потеряла сознание, а когда очнулась, он уже был такой, а этого не было.
— Ты ничего не помнишь?
— Отрывки какие-то. Помню, боролось сама с собой, помню рыцаря в доспехах, помню тепло от падающих с неба звёзд, которое согревало меня.
Ентри обессилено лежал на руках Сараллон, тяжело дышал и осматривал всех окруживших его. В ушах свистело и слова Мариа до него долетали отрывками. Боль пронзала всё тело и терпеть её становилось всё трудней и трудней. Выдыхал он с хрипом, который иногда сменялся кашлем и тогда, терпеть боль было не возможно. Ентри крича от боли, выгибал спину и забрасывал назад израненную голову. Его руки тряслись, ноги не чувствовали силы.
— Мариа, вспомни, что произошло с Ентри!? — Чуть ли не приказал Дик, но девушка замотала головой:
— Я ничего не помню. — Ей вдруг захотелось плакать, от того, что она ничем не может помочь Ентри, которому становилось всё хуже и хуже.
— Его надо спасать! Элифер, у тебя остались какие-нибудь лекарства? — По Дику было видно, что он в растерянности. Он и сам не знал, как помочь Ентри.
— Откуда? Всё в проливе осталось! — Обречённо ответила Элифер.
— Он не может умереть! — Закричал Орион, скорее от отчаянья, но вдруг вдалеке заметил тусклый силуэт Кларгота, наблюдавшего за ними. — Кларгот, вы же можете помочь! Вы же знаете, как ему помочь!