Плетущий
Шрифт:
– Ну как? – слышу я рядом его довольный голос.
– Что это? – отвечаю не в состоянии осознать, где оказался.
– Это моя фантазия, – слышится гордый ответ.
Ничего больше не говорю, потому что всецело поглощен созерцанием удивительного места. Первое ощущение, которое у меня возникает, – будто я попал в мультфильм, такие яркие, четкие и бескомпромиссные цвета царят в этом мире. Трава на поляне, куда выходит дверь из класса, как и листва деревьев поодаль, ярко зеленеет. Древесные стволы видятся в ровном коричневом цвете. Единственное, что кажется обычным, – небо и солнце на нем. Еще меня поражают
– Кто уже понял, в чем дело? – спрашивает Марина Яковлевна, усаживаясь на стул.
– Нет живности, – сразу отвечает Соня.
– Правильно, – кивает Учительница, – а еще?
В самом деле, вокруг царит полная тишина. Особенно теперь, когда мы напряженно всматриваемся и вслушиваемся в окружающее пространство в поисках того, о чем спрашивает Марина Яковлевна.
– Все яркое какое-то, – негромко роняет Клаус.
– Верно, а почему? – снова спрашивает Учительница.
– Ветер есть, – говорю я, – но вокруг тихо. Не слышно, как листья шумят.
– Уже лучше, – подбадривает она.
В воздухе витают знакомые ароматы, на которые я не сразу обращаю внимание, а потом понимаю, что пахнет выпечкой. Шумно втягиваю носом воздух, пытаясь определить направление, откуда так аппетитно пахнет, и шагаю с пятачка голой земли у двери. Я останавливаюсь, сделав несколько шагов, и в недоумении смотрю на траву – что-то хрустнуло у меня под ногами. Делаю шаг в сторону. Снова хрустит. Спешно и удивленно оборачиваюсь, не в силах понять, что может издавать такие звуки – в траве нет ничего, что могло бы так хрустеть.
– Что это? – удивляется Соня, делая ко мне шаг и провоцируя появление такого же хруста.
– Трава, – догадываюсь я и обращаюсь к Рыжему, который с нескрываемым удовольствием наблюдает за нами: – Что с ней?
В ответ он лишь невозмутимо пожимает плечами, будто предлагая мне самому выяснить, что не так с травой. Я сажусь на корточки и провожу рукой по зеленой растительности.
– Она твердая, – в некотором замешательстве говорю я и ломаю несколько узких ярко-зеленых листьев. Они с хрустом крошатся. Уже догадываясь, в чем дело, подношу к лицу эти крошки и осторожно внюхиваюсь. Соня приседает и ломает несколько зеленых листьев. Кончиком языка пробую на вкус сорванную зелень и поднимаю лицо к Семену.
– Что это? – спрашиваю его, чувствуя во рту сладость.
– Глазурь, – он еле сдерживается, чтобы не засмеяться.
– Что? – почти одновременно вопрошают остальные ребята, внимательно следящие за мной. Спустя секунду они уже сами ломают траву и пробуют ее на вкус. Ясно теперь, почему под ногами так хрустело.
– И что, здесь все из глазури? – спрашивает Соня.
– Нет, – ухмыляется Рыжий.
– А из чего еще?
– Сами пробуйте, – коротко смеется он, шагает по траве, наклоняется, срывает какой-то синий цветок и начинает его жевать. Под нашими удивленными взглядами он веселится еще больше и с насмешкой следит, как мы повторяем его действия, срывая ближайшие цветы. Смотрю, как Соня нюхает желтый цветок, довольно улыбается и откусывает от него кусочек.
– Лимонная тянучка, – говорит она.
– У меня – вишневая! – восклицает Катя.
– А у меня – клубничная, – моргает Клаус.
Сергей
не говорит ничего, а лишь увлеченно жует синие лепестки.– А ты чего? Попробуй! – обращается ко мне Семен.
– Угу, – роняю я и иду к ближайшим деревьям.
За мной увязывается Соня. Она продолжает жевать и прихватывает с собой несколько цветов. Вижу, как Учительница с серьезным видом вдруг наклоняется вбок на стуле и срывает оранжевый цветок. Наверное, у него вкус апельсина или мандарина.
Вблизи деревья кажутся еще более странными из-за отсутствия оттенков. Их кора выглядит самой обычной с многочисленными складками, а в стволе ближайшего дерева, как раз на уровне глаз, виднеется небольшое темное дупло. Знакомый запах щекочет ноздри, и я, не поворачивая головы, произношу:
– Шоколад.
В ту же секунду Соня, позабыв о цветах в руках, бросается к дереву и пытается отломать кусочек от ствола.
– Ой! – она поворачивается и показывает испачканные ладони.
Я поднимаюсь на цыпочки и отламываю кончик ветки с несколькими листьями. И правда – шоколад, но не черный, а молочный. А листья…
– Листья из чего? – поворачиваюсь к Семену.
– Бизе, – говорит он с набитым ртом, отчего получается что-то вроде «Бивэ!»
– Бизе? – не перестает удивляться Соня, отламывая листок.
– Ага, – кивает он. – Оно легкое, поэтому нагрузка на ствол и ветки небольшая.
– Да? – тянет девочка сладость и даже не жует ее.
– Не стойте под ветвями! – громко предупреждает Учительница.
– Почему? – спрашивает Рыжий.
Марина Яковлевна показывает рукой вверх.
– Солнце, – коротко звучит ее пояснение.
Семен сразу сникает и бормочет едва слышно:
– Нужно было про температуру не забыть.
Действительно, если еще минуту назад кора имела матовый оттенок, то сейчас там, где на нее попадают солнечные лучи, она блестит.
– Ух ты! – восклицает Катя и наклоняется к земле. Через секунду она распрямляется, сжимая что-то в пальцах.
– Жук? – удивляется Клаус, заглядывая ей через плечо.
– Нет, – она подносит «что-то» к самым глазам, а через секунду закидывает в рот. – Мармеладка!
Еще какое-то время мы носимся по поляне, ломаем хрупкую траву и срываем яркие цветы. Кто-то находит мармеладных насекомых, а Сергей, скрывшись за деревьями, появляется через несколько минут и несет что-то на вытянутых руках. Когда он подходит ближе, мы ясно видим, что это обычный торт. Девочки с веселыми криками подбегают к нему и пальцами снимают слой крема.
– Вкуснятина!
– Класс!
– Там еще грибы есть, – говорит Сергей, пытаясь спасти торт от чужих посягательств.
– Какие грибы? – переспрашивает Клаус.
– Обычные, – следует односложный ответ.
Веселые игры продолжаются, и совсем скоро мы обнаруживаем, что кусты на другом краю поляны сделаны из сладкой ваты, щедро обсыпанной легкими сахарными чипсами.
Скоро появляется Клаус. Он несет целую охапку грибов, которые выглядят именно так, как их изображают в мультфильмах: с толстыми белыми ножками и темно-коричневыми круглыми шляпками. Все, кроме Семена, тут же окружают его, и каждый забирает себе по грибу. Они оказываются из мягкого вкусного и аппетитно пахнущего бисквита с прослойкой малинового варенья внутри шляпок.