Чтение онлайн

Игнар засмеялся и положил огрызок яблока на стол. Затем играя наконечником лезвия, он продолжил:

– Ты сейчас продолжаешь делать то же, что и ранее. Пресмыкаешься, перед теми, у кого есть власть, чтобы получить ее часть, словно крыса, ползающая на коленях ради выживания среди сильных сего мира. А затем этой частью, этой крупицей ты уже распоряжаешься с острым умом, который у тебя все же присутствует. Но есть одно 'но' ... Власть - это могучий инструмент, который способен склонять к себе многих и многих. Одновременно с этим - это обоюдоострый меч, который может ранить и своего хозяина. В твоем случае рана смертельная. Кто высоко летит - тот падает с большой высоты,

чародей.

Все, что успел заметить Эсберн, это лишь молниеносный блеск стали, игра лезвия и тусклого освещения, которое издавали свечи. Чародей хрипло задышал, дергаясь в стороны и пытаясь высвободиться. Жадно глотая воздух, он пытался продлить жизнь, но все тщетно. Нож играючи перерезал горло. Кровь полилась темно-алой струей, обагряя богатую синюю мантию советника короля. Жизнь уходила из последнего могучего чародея в Аэдоре.

– Ты уволен, у короля теперь новый советник, - хищно улыбнувшись, съязвил Игнар.

Это было последнее, что услышал некогда могучий чародей - архимаг Эсберн.

***

Грудь Эйдена тяжело вздымалась. Сон мог оказаться правдой, потому что он был слишком близок к реальности. А если это так, то Игнар придет. Рано или поздно... И тогда даже здесь, на другом краю континента прошлое настигнет его. В голове роились мысли, нужно было думать, как ответить ударом на удар. Месть за семью грела душу, но нынешнее положение вряд ли можно было оценить положительно.

Смотритель сидел и наблюдал за рабом, заметно оживившись, когда тот проснулся.

– Я думал, что смерть взяла тебя в свои объятья. Я рад, что ошибся, раб, - промолвил тот.

Эйден не ответил. Ему похорошело, и это настораживало.

– Что входит в состав того лекарства?
– задал разумный вопрос принц.

Ситуация поднимала из его памяти воспоминания об эльфе и Сребролесье. Пожалуй, это было лучшее время за последнее время...

– Ха-ха! Твой вопрос весьма кстати, раб, - ответил смотритель.
– Нафриб скажет тебе, не утаивая правды. В наших краях есть весьма замечательный вид ящеров... Саламандра - огненный змей. Эта тварь может изрыгать потоки уничтожающего огня, превращая врагов в пепел и прах. Но в то же время тварь обладает сильной регенерацией, которую предоставляет ее кровь. Кровь является ядом и лекарством в одном флаконе. Поэтому этот яд обладает чудесными лечебными свойствами. Но вместе с этим, яд остается ядом. Шанс смерти невероятно высок, но наградой является небывалое исцеление. Добыть его невероятно сложно, поэтому твое лечение и твоя покупка - дорогое вложение. Если ты его не оправдаешь, Нафриб прикажет Монтегу убить тебя.

Принц нарисовал в своей голове лицо Монтега. Безмолвный телохранитель, который был на рынке рабов. Вероятно, встреча с ним при определенных обстоятельствах всегда означала смерть.

– У тебя есть немного времени, чтобы отдохнуть, раб. Затем, я займусь твоим обучением. Ты обязан будешь вспомнить факты и знания, необходимые тебе в работе, - уже на тисмирском добавил смотритель Нафриб, выходя из комнаты.

Сразу после него двое рабов зашли в комнату и поставили на маленький столик у кровати еду и питье. Эйден посмотрел в дверной проем. У входа стоял тот самый негр - Монтег. Прислуга покинула комнату, а принц не стал терять времени и принялся за трапезу, обдумывая последние события.

***

– Его собственной персоной, Джаруб Аль Хаммурапи!

Все новоприбывшие рабы упали в ноги, боясь вновь прогневить охрану их

хозяина. А особенно темнокожего громилу Монтега. Этот более жесток, нежели другие... Среди тех рабов, гнущих спину под лучами жгущего солнца, был и принц Эйден. Вот только от принца мало что осталось. Он был беженцем, пленником, а теперь он - безвольный раб.

Спину искажал огромный шрам, правая рука в районе ладони неприятно ныла. Боль продолжала импульсивно исходить из этого увечья, клейма раба... Древний знак на языке чародеев обозначал презренное слово - раб. И сейчас этот знак был заклеймен на тыльной стороне ладони. Обучение пронеслось перед глазами... В этот момент его мысли не могли собраться. Эйден был на грани до состояния полного морального и физического истощения, одной ногой в могиле. Скудная еда превратили его в ходячего мертвеца, скелета.

Но его излечила эта дрянь, яд саламандры - опасного существа пустынного края Юга. Невероятным образом семь дней, которые прошли слишком быстро, поставили его на ноги. Уход и сытная пища вместе со свежей водой довершили действие лекарства. А затем его учили, как следует себя вести при хозяине. Как говорить, куда смотреть, что делать... Вместе с этим проверяли на наличие знаний.

Впервые за столько месяцев он вспоминал факты, которые были давно выученные им в его башне, когда он сидел за древними книгами и черпал знания из старых свитков. История, география, математика и медицина. Все это он возобновлял в своей памяти, чтобы показать то, в чем Эйден действительно силен. Пока они не начали повторять тисмирский язык, проверяющий одобрительно смотрел на свою находку на рынке рабов.

Но потом принц начал вспоминать чуждый ему язык, выученный когда-то давно. Говорил Эйден на тисмирском с ужасным акцентом, к тому же некоторых слов он просто не знал. Но теперь практики у него будет предостаточно, потому что шансы на побег отсутствовали и это только удручало.

Синие знамена, на которых изображен тигр, выровнялись под порывом ветра, затрепетав. Двенадцать массивных носильщиков аккуратно поставили закрытую тканями повозку без колес. Они и не нужны были, ровно, как и лошади, потому что эту роль с легкостью выполняли рабы. Такой тип передвижения был признаком богатства и власти.

Чем больше было носильщиков, тем богаче человек. У обычного знатного лорда или же, по-местному, халифа, было четверо носильщиков, по двое на каждую сторону. У Хаммурапи их было двенадцать. Все постоянно твердили о его несметном богатстве и безграничной власти и Эйдена не могла не пугать встреча с тем, кто вряд ли был человечным и честным, как Аренор. И вот он вышел с этой странной 'повозки'. Эйден искоса поглядел на своего хозяина, почти не поднимая глаз. 'Раб не должен смотреть в глаза господину, иначе раб будет высечен при всех', - твердило одно из тринадцати негласных правил поведения раба.

Джаруб Аль Хаммурапи оказался невероятно толстым. Также он был лысым, чернокожим и бородатым. Массивный нос и грубые черты лица, низкий лоб и узкая полоса рта говорила о его родстве с другой нацией, но точно не с тисмирцами. Среди его народа, на удивление, было много рабов, которые выполняли тяжелый физический труд. Здесь их называли неграми и это только удивляло принца, как он добился такого положения в сообществе.

Хаммурапи жадно осмотрел свою покупку. Его глаза заблестели алчностью, а рот искривился в усмешке. По обоим бокам красного ковра находились рабы, изогнувшиеся в поклоне. Их хозяин горделиво прошел среди них, пристально поглядывая на каждого. Его взгляд бегло проглянул Эйдена, но внимания на того он особого не обратил.