Планета для робинзонов
Шрифт:
– Наверное, где-нибудь здесь... Видишь, сколько их, мальчишек, шныряет в толпе?
– Без него не вижу...
Из Большого Дома вышел Каури. Его голубой комбинезон и гордая осанка свободного человека сразу выделили его среди толпы. Перед ним расступались. Сквозь толпу продирались Ндоло и Кваме. Подошел Мванза. Подошли и несколько смуглолицых людей в голубых комбинезонах - командиры отрядов.
– А молодец Дюма, что не послал сюда белых членов экипажа, - сказал Мванза.
– Пойди сейчас разберись, где кто...
– Мванза, надо что-то делать, - сказал Джо Куам.
–
– Сейчас, - Мванза помахал Ока-о-Ире, так и стоявшей у слухового окна. Она спустила вниз микрофон на длинном шнуре.
– Каури, - сказал Мванза, подавая ему микрофон, - придется тебе руководить этой толпой. Они тебя уже знают, тебе и бразды правления...
Каури кивнул и взял микрофон.
– Люди!
– разнеслось по поляне. Толпа притихла. Все стали оглядываться, откуда же идет голос? Многие смотрели вверх.
– Люди! Не ищите меня в небе, я стою на террасе Большого Дома. И говорю вот в эту трубочку. Она зовется микрофон.
Толпа стала приближаться к террасе. Каури призывно махал свободной рукой. Наконец, движение в толпе затихло. Все смотрели только на Каури.
– Люди племени каним-ха!
– снова начал Каури.
– Сегодня мы прогнали белых хозяев. И сегодня вы начинаете новую жизнь. Жизнь без хозяев, жизнь свободных людей.
Громкий шум пронесся по толпе. Каури продолжал:
– Теперь вы будете жить так, как живут люди вашего племени на далекой Земле. Я ведь тоже каним-ха. И меня зовут Каури!
– громкие голоса радости, рукоплескания, выкрики были ответом на его слова.
– Я и мои друзья, Каури обвел рукой стоящих около него, - прилетели с далекой Земли, чтобы помочь вам освободиться. Это мы сделали. Больше на этой планете не будет хозяев - ни белых, ни черных. Вы будете жить сами, сами будете обрабатывать свои поля и сады, сами будете пасти свои стада.
– В толпе послышались разочарованные выкрики.
– Но и сами будете потреблять продукты своего труда, - по недоуменному выражению лица стоящих прямо перед террасой он понял, что эта его фраза оказалась непонятной.
– Я говорю: все, что вы соберете со своих полей, вы будете сами и съедать. Раньше большую часть, самое вкусное мясо, самые вкусные плоды пожирали ваши хозяева. Теперь же все это будете есть вы сами. Вы и ваши дети...
Он сделал небольшую паузу, чтобы толпа смогла осмыслить услышанное.
– На этой Земле, - Каури решил, что слово "планета" будет непонятно, кроме вас, живут еще вот эти люди, - жест в сторону смуглолицых в голубых комбинезонах.
– У них много техники. То есть таких машин, которые делают за человека тяжелую работу. Помогают человеку. Я знаю, ваши хозяева стремились обходиться без машин. Даже слово это вам незнакомо. Так?
Гул толпы подтвердил его слова.
– Они нам помогут. Очень скоро наши женщины не будут косить в сад воду ведрами. Вода сама побежит в сад...
– Это грех!
– послышалось откуда-то сзади.
– Бог нам не простит!
– Так учили белые хозяева, - отвечал Каури.
– Пусть вас это не беспокоит. Разговоры с Богом я беру на себя. Скоро и дети ваши будут учиться читать и писать...
– Нашим детям это ни к чему, - снова отозвался тот же голос, -
это все выдумки белых. То, что хорошо для белого, не может быть хорошо для черного!– Давайте отложим все споры, что хорошо, а что плохо, на завтра! А сейчас давайте праздновать ваше освобождение. Пусть женщины накрывают столы.
Каури отложил микрофон и повернулся к товарищам.
– Однако трудно тебе придется!
– сказал Мванза...
– Чувствую, - отвечал Каури.
– Придется выдержать хорошую борьбу с предрассудками. Джо, - он обратился к Джо Куаму, - ты сможешь найти десятка два надежных парней?
Джо утвердительно кивнул головой.
– Немедленно собери их. Предупреди, чтобы много не пили... Надо будет наблюдать за порядком. А то, кто знает, что они могут натворить.
Джо отошел.
– Ваших людей тоже накормим, - обратился Каури к смуглолицым командирам.
– Наверное, лучше не надо, - отвечал один из них.
– Мы не привыкли к такой пище. Наши желудки могут не выдержать...
– Так мы скажем женщинам, чтобы вам подали только то, что вы можете есть. Мэри, проведи их к матери Джо, пусть подберет для них что-нибудь...
Джо-скрипач толкнул Каури:
– Скажи, пусть Томми прибежит.
Каури поднял микрофон:
– Томми, глаза Джо-скрипача. Немедленно подойди к нам.
Толпа, повалившая было к столам, услышав снова голос Каури, остановилась. Томми не появлялся.
– Кто видел Томми?
– Я видела, - к террасе пробиралась молодая девушка.
– Я видела. Он нес воду для бритья Старому Хозяину.
– Я же послал его следить за стариком Пендергастом!
– ударил себя по лбу Мванза.
– А кто видел Старого Хозяина? Здесь? На поляне?
Никто не отозвался. Каури повторил свой вопрос.
– А Старый Хозяин, наверное, и не выходил, - вдруг сказала девушка с наколкой на голове.
– Когда Старая Миссис послала меня сказать, что уже пора выходить, он был в кабинете с массой Ричардом. Он сказал: "Сейчас иду". А я только вышла, тут и колокол ударил!
Не дослушав ее до конца, Мванза сорвался с места и ринулся в Большой Дом. Каури и Ндоло побежали за ним. Девушка с наколкой кинулась показывать им дорогу. Мванза, не знавший переходов Большого Дома, подбежал к двери кабинета, когда Каури и Ндоло беспомощно пытались открыть запертую изнутри дверь. Недолго думая, Мванза двинул ее мощным своим плечом. Засов сломался - дверь открылась.
В кабинете никого не было. Открытый проем в стене явственно указывая, куда делись люди.
– Они увели его с собой!
– закричал Каури. Мванза ринулся в подземный ход.
– Подожди, не торопись, - удержал его Ндоло. От его внимания не укрылась сорванная штора.
– Сначала посмотрим здесь, в кабинете.
Он прошел в дальний угол. Ни за креслами, ни в другом месте Томми не было. Мванза нетерпеливо рванул скатерть со стола. Ока-о-Ира, вбежавшая в комнату, вскрикнула. Мванза нагнулся. Но пролезть под стол ему было трудно. Тогда он поднял тяжелый дубовый стол и откинул его в сторону. Он опустился на колени около мальчика, выдернул штору изо рта, стал рвать веревки, стягивающие его руки и ноги.