Пламя у границ империи
Шрифт:
— Если кто не в курсе, — продолжил Трубецкой, — герцог специализируется на военной промышленности, а именно — на выпуске штурмовых механикусов. Смена власти в Халифате нанесла удар по его предприятиям. Мы любезно согласились предоставить Роду Вагау защиту и покровительство, так что герцог переносит все производства в подконтрольные нам губернии. Присяга уже принесена, прошу любить и жаловать нового промышленника Дома Эфы.
Богратион не выдержал и наградил лидера медленными, уважительными хлопками.
Распорядитель вновь ударил жезлом:
— Соломон Абрамович Каменка! Финансист, виконт по пожалованию, банкир и ведущий инвестор юга России!
Вот про этого типа
В зал вошёл усатый мужик в костюме-тройке. Мужик мне чем-то напоминал Горького в молодые годы, но еврейские корни явно прослеживались.
Поприветствовав коллег, финансист занял место за столом.
— Штаб-квартира АДБ переносится в Фазис, — сообщил князь Трубецкой. — У Соломона Абрамовича возникли кое-какие… недопонимания с Волконскими. После этого — с Чингисами. И тогда я предложил его Роду вступить в Дом Эфы на выгодных условиях. Произойдут кое-какие поглощения и объединения, так что мы усилим АДБ и выведем эту сеть в число самых влиятельных банков страны. Не только нашего региона, Приазовья или европейской части России. Кстати, от сотрудничества с Домом Волка Соломон Абрамович отказался.
Я уж было решил, что козыри в рукавах Трубецкого закончились, но тут жезл в очередной раз ударил в пол.
— Великий князь Абдул ибн Асад, эмир Самарканда, глава ферганской ветви Рода Саманидов!
По спине пробежал неприятный холодок.
Не так давно я был в Самарканде по распоряжению Администратора — подсаживал АРМ в колонию Мароан. Проблема в том, что данная колония Предтеч принадлежала Саманидам и контролировалась инквизиторами. Мы чудом ушли оттуда, выполнив свою миссию, но Абдул ибн Асад, вне всяких сомнений, был наслышан об инциденте.
Стереотипы — неискоренимое зло.
Я ожидал увидеть какого-нибудь исламского деятеля в чалме и роскошном белом халате, но порог переступил молодой человек лет тридцати. Подтянутый, без капли лишнего жира, в белых брюках и длинной голубой рубахе, застёгивающейся на манер ифу. У рубахи был строгий воротник — кажется, такие называют «мандаринами». На поясе Асад носил кривой меч в ножнах, инкрустированных драгоценными камнями. В глаза бросался и массивный родовой перстень с шипом.
При виде одного из самых могущественных аристо Средней Азии, измельчавшее правящее ядро Эфы оживилось. Брем перекинулся парой слов с герцогиней, Богратион не скрывал своего восхищения. У всех на глазах творились невероятные, исторические вещи. Князь Трубецкой вытаскивал распадающийся клан из болота.
Распорядитель, поклонившись, удалился.
Двери с глухим стуком захлопнулись.
Когда Асад занял отведённое место по левую руку от Николая Филипповича, лидер Эфы заговорил:
— Как вам известно, Халифат угрожает одной из ветвей Саманидов на территории Северного Хорасана. Есть сведения о том, что особый интерес Шахин проявляет к военным предприятиям, изготавливающим запчасти для механикусов, а также к передовым артефактным и каббалистическим разработкам. В частности,
им нужны схемы подземных лодок и оборудование для их производства.— Вряд ли они справятся со столь продвинутыми разработками, — покачал головой Богратион. — В отличие от британцев или их кураторов из Наска.
— Согласен, — кивнул Трубецкой. — Но проблема глубже. Если Персия будет оккупирована, следующий удар может быть нанесён по Эриванской и Туркестанской губерниям. Первая контролируется Домом Эфы, вторая — Саманидами. Поэтому мы считаем наперёд и уже сейчас объединяемся в единую структуру.
— У меня вопрос к эмиру, — вмешался Богратион. — В прошлом столетии Туркестан назывался Узбекским ханством, а ваши предки носили титул ханов. Что, по сути, не отличается от титула короля или императора, хотя ваши земли и находились в составе России на правах автономии. И вы при такой родовитости намерены присягнуть князю Трубецкому, лидеру нашего клана?
Асад не отвёл глаза.
Хотя я видел, что вопрос неприятный.
— Я уже это сделал, господин Богратион.
Все догадывались, что нечто подобное произошло. Бывший хан, а ныне эмир и великий князь формально находился на ступеньку выше Трубецкого, вот только реальная власть в стране принадлежала Великим Домам. Та самая власть, которая позволяла участвовать в Турнире, завоёвывать лидерство в границах всех страны и принимать серьёзные внешнеполитические решения. Даже ослабленный междоусобицами Дом Эфы был наголову сильнее Саманидов. Хотя силу эмира можно было сравнить с силой отдельных Родов из неофициального Дома Тигра. Я говорю о Старках и Чингисах. Так что альянс был выгоден всем и укреплял позиции князей, его заключивших.
— Поясню всем нашу позицию, господа, — улыбнулся эмир. — Могущество и влияние Саманидов во все времена основывалось на торговле. Мы контролировали часть Шёлкового пути, имели обширные связи в Небесном Краю и Средиземноморье. Наступают тяжёлые времена. Если мы не дадим отпор общему врагу, цепочки поставок рухнут, да и земель мы можем лишиться. Сейчас не лучшие дни, чтобы меряться своей родословной. Поэтому — да. Я присягнул на верность князю Трубецкому и теперь вхожу в правящее ядро вашего клана. Надеюсь, сработаемся.
Трубецкой не позволил скатиться дальнейшему обсуждению в хаос.
— Господа! — Николай Филиппович повысил голос. — Вы видите, что новые союзы позволяют нам существенно улучшить своё экономическое положение, обзавестись новыми производствами и технологиями, получить крепкую базу для производства механикусов, оружия и доспехов, если конфликт перерастёт в горячую фазу. И мы, безусловно, сейчас опережаем наших исконных конкурентов — Дом Волка. Получив сильные переговорные позиции, мы планируем заручиться поддержкой Медведей и всех остальных для защиты наших южных рубежей.
— Значит ли это, — уточнил практичный Соломон Абрамович, — что мы готовы ввести свои войска в Персию в случае острой необходимости?
Повисла пауза.
— Это произойдёт лишь в одном случае, — уверенно заявил Трубецкой. — Если мы достигнем консенсуса на Совете Безопасности. Против Халифата, укреплённого британцами, клан не выстоит.
— Логично, — поддержала Воронова.
И тут я поймал на себе взгляд Николая Филипповича.
— Барон Иванов. Я помню о наших договорённостях. И сейчас я предлагаю вам следующий сценарий. Ваше присутствие на Совете Безопасности в качестве… консультанта… будет вознаграждено ценными облигациями Дома Эфы, по которым вы будете получать ежемесячный доход в процентах. Это стабильный актив, он гораздо лучше акций, золота или недвижимости, поскольку не привязан к биржевым котировкам.