Пилот Дома Арнгейм
Шрифт:
— Кстати… — произнес полковник, идущий рядом с лейтенантом — А почему вы встречаете нас в одиночку, даже после посадки мы не видели ни одного техника, просто наши корабли заперты и нам не кому было передать ключи… Связь с вами, с помехами…
— Я не думаю, господин полковник. — помолчав ответил тот. — Что вы захотели передавать им, что бы то ни было, когда б увидели….
— Ваша база нетипична не только по расположению частей. — полковник озадаченный ответом, попробовал с другой стороны. — Были причины?
— В начале нет, теперь да… — лейтенант остановился и посмотрел на остальных — Знаете, безопасность, всё–таки.
Они подошли к воротам внутреннего периметра. Около них, сидя прямо на земле, скорчился одетый в форму сержанта
— Местный псих. — бросил лейтенант проходя в раскрывающиеся ворота. — Пойдемте…
Он остановился, пропуская гостей на залитую светом площадь, и когда они прошли и створки вновь стали смыкаться, отрезая их от темной степи, незаметно бросил наружу небольшой цилиндрик. Последовавший за этим тихий свист, закончившийся мокрым шлепком, не был услышан никем. Только часовой на стальной вышке у ворот увидел, как мгновенное увеличение силы тяжести размазало идиота по стене, и отвернулся….
Вместо встречи с дежурным замом, их провожатый долго вел группу по коридорам основного корпуса. Спускаясь всё ниже, они прошли через множество отделов, малочисленные работники которых, завидя «новеньких» часто бросались навстречу и, заглядывая в лица, жали руку, страх плавал на дне их глаз…. Заворачивали от генераторной, странно темной с высоченными потолками, на которых висели, растопырившись, какие–то местные мхи, до офицерской столовой, где запахи пищи делали атмосферу вовсе невыносимой, и кого–то тошнило в углу…. Пока они не оказались у лифта ведущего в бункер. Решив, что экскурсия продолжается разведчики молчали, вне своих «штурмовиков» они чувствовали себя всё менее уверенно, особенно при взгляде на полковника периодически, не таясь, проверяющего «унисканером» пространство. Кобура его была не застегнута.
Но поездка на лифте, метров на тридцать вниз, оказалась последней, пройдя после выхода через бронированные двери, они оказались в небольшом командном пункте, совмещающего похоже и функции жилого помещения. Навстречу вошедшим обернулся, стоящий у «живых» экранов внешнего и радарного и прочих обзоров, среднего роста чернявый и вислоусый мужчина, в полковничьей форме.
— Что же… — приветствовал он гостей. — Я рад что вы прибыли, хотя вы столько висели на орбите, мне показалось — улетите…. Полковник Томаев. Только не рассказывайте, что прибыли для прохождения службы и так далее… — он останавливающе поднял руку- После доклада, о нашей обстановке, сюда могли прислать только спецгруппу, хотя опоздали…
— Мы можем здесь говорить? — спросил полковник.
— Мы как раз таки только здесь и можем говорить — тот ухмыльнулся- Вы разве не замечаете отличий? У нас здесь такая защита… поля, плюс собственные запасы кислорода и пищи. Там наверху. — он поднял подбородок — Дышать нечем.
— Почему, вы говорите, мы опоздали?
— Вам там наверху ничего не заметили? Вот то–то, нам уже не разведка нужна, а спасатели с рейнджерами…
— А вы, почему же здесь, когда остальные там? — разведчик решил отставить «политес».
— Вы думаете я здесь отсиживаюсь? — начальник базы опять ухмыльнулся — Здесь места могло всем хватить, там… — он протянул куда–то руку — Места …, но не хотят, боятся. У большинства клаустрофобия, командир наших рейнджеров свихнулся…, сюда мало, кто хочет спускаться. Пойдемте, перекусим чего–нибудь за встречу, и поговорим….
За трапезой состоящей из обычных армейских пайков, начальник поведал им следующее.
Сам он начальником базы является только шесть недель, до этого был другой который и послал, ввиду творившихся странностей доклад наверх, с просьбой прислать поддержку для «выяснения»… После исчезновения его, он сам пытался попросить поддержки, правда иного рода, ситуация стала серьезней, «вплоть до…
ну не важно», но после этих событий связь и вовсе исчезла…. Да, сам он раньше был замом «по контролю над испытаниями».«— Какими?..» А всякими».
— Здесь, у нас находиться один из новых научно–исследовательских центров — говорил он нерешительно доставая из под стола пластиковую бутыль виски — Имени Д. Белаху… И исследования проводятся в самых разных областях, но в основном это «звуки» вселенной. В смысле? Здесь же край нашей Галактики, «низ», так сказать, «чечевицы». Как и зачем сюда вообще забрались непонятно….
— Здесь без помех ловится широчайший спектр различных сигналов и излучений, от реликтового, до вполне возможно, иных цивилизаций, и галактик. У нас, в смысле в городе, где лаборатории центра, стоят громадные радиотелескопы, излучатели и прочая…. Кстати, свободное поселение и жилые районы комплекса давно срослись воедино, больше четырёх тысяч человек. Так вот, приоритетным направлением, как мои информаторы доложили, было воздействие определенных типов сигналов, тех, в которых предполагается наличие закодированной информации, на живые организмы. Соображения на этот счет могут быть разные, но факт остается…. Моя задача, да и моего начальника, была вовремя останавливать подобные эксперименты, если они заходят чересчур далеко. У нас тут был представитель особого «отдела по науке» СБ, тоже куда–то делся….
— Ваш воздух это следствие чего? — перебил его полковник разведки.
— Я до этого дойду — тот подумал и разлили по стаканам спиртное — А воздух….. избыток положительных ионов…, хотя не только — и убедившись что все выпили, продолжил.
— Вы когда–нибудь слышали о Потерянном Флоте? Или Мёртвом Флоте? Нет? Ещё бы…. Информация секретная, но в теперешнем бардаке её и так все знают…, а наше руководство, чёрт его дери, всё секретничало…, корабли сюда не пускало…, боятся, чтобы никто не добрался…. Удивлены? А чего таить от вас, если даже сумасшедшие мои подчиненные об этом бормочут.
— Слушайте. — начальник базы налил по второй — Они, ученые поймали как–то сигнал, лет пять назад, расшифровка которого показала, что это просьба не то чтобы о помощи, но похоже…. Стали искать ну так не напрягаясь, не спасатели же, где этот корабль или корабли…. А когда нашли- забегали. Сигнал этот шел как раз из пустоты между нами, нашей Галактикой и «сестричкой» «М-33». Короче наши корабли там отродясь не летали, да послан он был, как подсчитали тогда лет эдак пару миллионов назад. Но, когда в качестве эксперимента на этот сигнал ответили и ответ получили всего через полгода. Это, уже по слухам, был запрос на его координаты, в том смысле, что эти корабли не знали, где находятся. Но самое главное! Мы друг друга почти поняли.
— Это то, что знают все. Триумф дальней связи. Нашли братьев по разуму. Один из ученых был информатором СБ и меня, соответственно, от него я получил полный пакет данных. Детали я разумеется не имею права вам рассказывать, да и зачем вам точная цифровая информация….
— Ученые кинулись искать координаты сигнала, и даже, говорят, нашли, но передать не успели. Пришел еще один сигнал, подробности не расскажу, не имею права, и руководства ученых приняло решение пока не отвечать….
— Какое это имеет отношение к вашим бедам? — не выдержал полковник — И почему была срочность такая, что послали нас? Мы ведь, всё–таки пилоты.
— Не знаю — Томаев пожал плечами — Я к сожалению не был посвящен в подробности посланного доклада, но послан он был два месяца назад, за две недели до, скажем так «аварии», и я не знаю почему «наверху» так долго раскачивались. Сейчас в вас уже надобности, по большому счёту и нет. Хотя сверху летать безопаснее, наверное… Слушайте дальше…. Произошла поломка на основной башне, ответить не могли больше в принципе, но приняли еще кучу какой–то информации. После чего они соорудили какое–то устройство, это всё уже в моё отсутствие и с рассказов других, запустили его…, дальше началось непонятное.