Пи*ец, сказал отец
Шрифт:
Своя рубашка ближе к телу
— Я за чужую порнуху отдуваться не собираюсь!
Это случилось, когда мне было четырнадцать. В один прекрасный день после уроков ко мне домой заявился мой друг Аарон. Вбежал, запыхавшись, весь потный. По его лицу я понял: у него какая-то важная новость, важнее не бывает, что-то совершенно неслыханное. Интуиция меня не подвела.
— Слушай, я тут… у мусорки… позади «Севен-Элевен»… нашел… порнофильм.
И Аарон достал из рюкзака видеокассету VHSв картонном
Пятьдесят раз или больше я садился смотреть этот фильм, но сюжета не знаю до сих пор — дальше двадцатой минуты я не выдерживал. Видеомагнитофон у нас дома был один, и стоял он в родительской спальне. Туда я и шел со своей кассетой, чувствуя себя газелью, которая обнаружила, что единственный водопой на тысячу миль — в логове льва. Но мысль, что рисковать не стоит, даже не приходила мне в голову. Я выжидал, пока родители куда-нибудь отлучатся надолго, шел в их спальню и делал свое дело. Даже разработал план на случай, если вдруг услышу скрип входной двери: левой рукой натягиваем трусы (спущенные до самых щиколоток), правой нажимаем на кнопку, одним плавным движением выдергиваем кассету из видака и переключаем его в режим «телевизор». И все: никто не заметит, что видак вообще включали. План был продуман блестяще.
Увы, я все-таки засыпался.
А узнал я об этом, когда однажды утром проснулся от того, что папа стоял надо мной и размахивал «Шлюхами», словно выигрышным лотерейным билетом. Оказалось, я нарушил главный закон порномана: «Посмотрел кино — вынь кассету».
— Послушай, мне насрать, что ты там смотришь. Смотришь порнуху — да хоть обсмотрись, — заявил папа. — Но первое — не занимайся этим в моей спальне. Еще мне не хватало прийти домой с работы и сесть на грязь, которую ты развел. И второе: я не допущу, чтобы мама нашла у нас в спальне кассету с порнухой и подумала, что это моя. Я за чужую порнуху отдуваться не собираюсь.
— Ты скажешь маме? — спросил я, похолодев.
— He-а. Буду молчать, но при одном условии — на моей постели не дрочи.
В его глазах прыгали веселые искорки.
Я самоуверенно протянул руку, полагая: раз мы поговорили как мужчина с мужчиной, он вернет мне кассету.
— Ха! Ишь разбежался, засранец! — засмеялся папа, зажал кассету под мышкой и был таков.
Когда родной отец находит твой тайник с порно, да еще и подсмеивается, любой подросток со стыда провалится сквозь землю. Но на следующее утро я вообще сгорел со стыда: проснулся от того, что надо мной стояла мама с кассетой «Шлюхи новой волны». Папа меня сдал!
Когда мама рассказала мне все, что знает о мерзостях порноиндустрии, и хриплым от ярости голосом втолковала, что секс в порнографии не имеет ничего общего с реальным, я поспешил в гостиную. Такой походкой, словно я пришел за тридевять земель отомстить за погибшего брата.
— Послушай! — заорал я, обращаясь к папе. Тот сидел и, как
всегда, завтракал «Грейп-Натс». Услышав мой голос, он поднял голову. На его лице читалось: «Хорошенько подумай, что ты хочешь мне сказать».— Ты сказал маме про мое… — слово «порно» я произнес одними губами. — А обещал, что не скажешь! — добавил я в полный голос.
Отец отложил газету, уставился на меня и ответил размеренно:
— Понимаешь, я тут кое-что прикинул. Решил ей сказать — не говорить было бы опасно. Зря ты оставил порнуху в нашем видаке. Сын, тебя предал не я, а твой член. Он отключил тебе мозги. И попомни мое слово — еще не раз отключит.
— Никак не пойму, почему, когда у людей не встает, они идут за консультацией ко мне. Умей я это лечить, я бы сейчас ехал на «феррари». Со скоростью двести миль в час. Куда подальше от нашего дома.
— Опять ноешь, что все пойдут, а ты нет? Так сходи на бал вместо того, чтобы страдать дома… Ну так найди кого пригласить… Ну так почаще знакомься с девушками… Черт возьми, сын, я тебя больше расспрашивать не стану — тоска берет! Поступай как хочешь.
— Тренироваться никто не любит, но что труднее — тратить силы на тренировки или облажаться, потому что не тренировался?.. Ну ты даешь! «Тренироваться труднее!» Ни хрена подобного!
— Кой черт тебя понес в такую даль? Ты ж плавать не умеешь… Сын, ты хороший спортсмен, но я видел, что ты называешь плаванием. Мальчик-тормоз стоит на коленях и пытается давить муравьев — вот на что это похоже!
— Ну ты мастак, бля! В третий раз, бля! Знаешь, мне уже начинает казаться, что это соседи виноваты… Нет, я так не думаю. Виноват, конечно, ты, просто я никак не могу поверить, что от моих генов народился такой балбес.
— Ты мне только скажи, сколько денег я должен тебе дать, чтобы не ходить на матч, а лежать себе на диване.
— Не куплю, и не проси… Вот и хорошо, тогда ходи играть к друзьям. И заодно ешь с их стола и сри в их толчок.
— Давай потом договорим, новости начались… Послушай, если у тебя туберкулез, за полчаса он в следующую стадию не перейдет.
— Да, я купил ему подарок. У него вышел почечный камень. Человек, который родил через хер целый булыжник, заслуживает не просто дружеского кивка.
— Начнем с самого начала: у автомобиля пять передач. Это еще что за запах?.. Тогда начнем с начала, которое раньше всех начал: кто пердит в припаркованной машине, тот говнюк.