Чтение онлайн

— Недаром собака снилась. Вот друг и приехал, — ухмыльнулся Аристарх, открывая ему дверь. — Это ты хитро придумал: у меня спрятаться.

— Откуда ты знаешь, что я прячусь? — спросил Роман лишь бы что-то сказать, в проницательности своего нового друга он не сомневался.

— Высшая математика, — сказал Аристарх с сарказмом в голосе. — Ты в пять утра явился просто поболтать.

Хозяин был в толстом халате и домашних тапочках. Роману стало неудобно, что он вытащил пожилого (если ему верить девятисот с чем-то лет) человека из кровати, чтобы повесить на него свои проблемы.

— Не тушуйся, — успокоил его Аристарх, —

у меня вся жизнь такая весёлая. Жена уже привыкла.

Он провёл гостя в кабинет и оставил одного. Роман огляделся. Все стены двадцатиметровой комнаты с четырёхметровыми потолками были закрыты до самого верха полками с книгами на всевозможных языках. Отдельно по обе стороны от двери стояли два потемневших от времени шкафа с наглухо закрытыми дверцами. У левой стены врезался в полки обитый коричневым дерматином диван. Такую мебель Роман видел только на фотографиях тридцатых-сороковых годов. Под окном напротив входа имелись признаки современности: там стоял письменный стол с компьютером.

Вернулся хозяин с табуреткой в одной руке и кружевной салфеткой в другой. Он поставил табурет, постелил салфетку и снова вышел. На этот раз Аристарх принёс запотевший кувшин и две керамические кружки.

— Сейчас попробуешь настоящий квас, — довольным голосом заявил хозяин.

Квас был не хлебный, как ожидал Роман, а из каких-то лесных ягод. Если учесть терзавшую его после трёхчасового побега жажду, то вкусней напитка он в жизни не пил. Когда Роман без церемоний налил себе ещё кружку, Аристарх лишь одобрительно кивнул головой.

— Уже лет двадцать собираюсь купить столик на колёсиках, да всё никак не соберусь, — Аристарх поставил на табурет пустую кружку и рукавом халата вытер рот. — Давай рассказывай, что привело тебя в мой дом.

Роман начал рассказывать, как увидел предупреждение о посланном за ним отряде, но Аристарх остановил его.

— Что контора тебя сейчас заполучить хочет, я и так знаю. Не понимаю, как они тебя вообще отпустили. Видно разные там мнения на твой счёт. Куда важнее определить, на что ты нацелен. Нужны все подробности, может и проклюнется, кто тебя в этот омут окунул.

Пришлось Роману вспоминать все детали сегодняшней ночи. Он не скрыл даже посещение Ольгиной спальни и присутствия там рыжего конкурента.

— Ох уж эти бабы, — крякнул Аристарх с долей сочувствия. — Однако гляжу тебя это не очень и задело?

— Чтоб совсем нет — не могу сказать, — подумав, ответил Роман. — Но я ожидал большего. То ли бесчувственный стал, то ли в чём-то ошибался.

— Затаскали слово любовь по книжкам и фильмам, замусолили. Бабу незнакомую в постель затянут и говорят, что любовью занимаются, — Аристарх покачал головой. — Конечно, за этим чертополохом цветка не разглядишь.

— А ты прям святой, — буркнул Роман, как все люди, недовольный правдой.

— Нет, конечно, но с женой своей теперешней, Машей почти семьдесят годков вместе живу.

— Сколько ж ей лет? — оторопел Роман.

— За девяносто, — просто, как о чём-то очевидном, сказал Аристарх. — Перед войной в Польше жил. Ну а как Гитлер заварушку начал, в Россию подался, в Сибирь. Призыву уже не подлежал, как по виду, так и по документам, но на всякий случай новые себе выправил, чтоб в кутузку не загреметь. Вот с тех пор Аристархом и зовусь. Там и Машу нашёл.

Хозяин замолчал и налил ещё по кружечке.

— Так ты колдун что ли? — нарушил

молчание Роман.

— Вроде того. Что-то я болтливым последнее время стал, — сказал он, выпив квасу. — И то — обычно поговорить не с кем. Давай Рома дальше свою историю.

Напряжение погони и феерических приключений не давало времени задуматься о том, что происходит. Но вот эта раскованная болтовня, в которую превратился серьёзный поначалу разговор, заставила Романа остановиться и посмотреть на происходящее глазами прагматика. Простых объяснений соответствующих принципу бритвы Оккама было только два, и они не давали повода для радости. Оба объяснения основывались на травме головы, полученной при обвале: первое — бред сумасшедшего, привязанного где-то к койке кожаными ремнями; второе — он сейчас в коме и видит сны.

— Чего пригорюнился? — спросил Аристарх, заметив растерянность Романа.

Тот изложил, что только что пришло ему в голову.

— Хитро, — усмехнулся колдун. — Всё объяснить легко. Кстати, и делать ничего не надо. Вот только возьмёт тебя за задницу Савельев, тогда точно не разберёшь, где бред, а где реальность. И, вполне возможно, кончишь привязанный ремнями. Давай рассказывай, что дальше было.

— Что за дело тебе предстоит? Хотел бы я знать, — Аристарх откинулся на диване и почесал кадык. — Тому, что у тебя сходу получается, я учился много лет. Очень много лет. Ты не подумай, я не завидую: кому много дано, с того много и спросится. Только не обольщайся, это вроде, как талант. Потенциал есть, но ещё работать и работать.

— А когда всё кончится, эти новые таланты у меня останутся?

— Представь, солдата в бой посылают. Перед этим дают ему оружие, учат с ним обращаться. Ну, и зачем отбирать его потом? Чтобы снова учить и посылать в атаку необстрелянного новобранца.

— Значит я вроде, как призван, — заключил Роман. — И даже не знаю, на чьей стороне.

— Узнаешь, какие твои годы, — успокоил его колдун.

— А если служба мне не понравится?

— Не так много знаю законов, единых во всех мирах, — Аристарх говорил тихо, но слова звучали чётко и понятно, — но один из них — свобода выбора.

— В каких ещё мирах? — у Романа снова закралось подозрение о бреде, только на этот раз насчёт хозяина.

— Всё узнаешь, придёт время, — Аристарх поднялся с дивана и потянулся. — Сейчас спи. Брату не звонить будешь, а пойдёшь сам к нему на свидание. Бесполезно тебе прятаться, так ты ничего не узнаешь. Как услышать, если не слушать, как увидеть, если не смотреть.

— Меня же ищут? — в сердцах воскликнул Роман, не очень поняв последнюю фразу колдуна.

— Тебя уже два дня ищут и ловят, а ты всё бегаешь. Спи спокойно, разбужу ко времени, — нагнав ещё туману, Аристарх вышел из кабинета и плотно закрыл за собой дверь.

Роман вытянулся на освободившемся диване, собираясь ещё раз всё обдумать, но неожиданно для себя уснул, крепко и без сновидений.

— Подъём, вставай, — голос был ласковый, но настойчивый и очень напоминал мамин интонациями.

— Который час? — Роман с трудом продрал глаза и увидел улыбающуюся жену Аристарха Машу.

— Полвосьмого уже. Арий велел тебя в семь разбудить, да больно ты спал хорошо. Душ тут рядом, полотенце и всё чистое я там повесила, а мы тебя внизу ждать будем.