Чтение онлайн

Гулкое многоголосье прокатилось по пещере, сплетая предсказание.

– Дева, рожденная от дриады и дракона, возродит магию матери. Мужчина – плоть и кровь богини и могущественного огненного существа – принесет на землю магию обоих родителей – ему будут подвластны огонь и исцеление. Дитя вынужден будет уничтожать, чтобы возродить то, что умерло. Его магия спасет погибшие души, отправляя их по ту сторону Забвения. Чтобы заключить сделку, которая спасет полубогов, отцу надо даровать магию, чтобы дева стала сосудом, впитавшим в себя пламя и землю.

– Но… если моя суженая дриада, – Астрон мотнул головой, пытаясь сложить мозаику воедино, – то не уничтожит ли моя магия ее сущность? Огонь и земля не могут слиться воедино.

Атропос вскинула на путника глаза, прикрытые седыми волосами, и шикнула, словно змея.

– Ваши дети

связаны по судьбе. Тебе, бог огня, нужно отдать часть своих сил нерожденной дочери, которая сама найдет сына твоей сестры. Родные по магии, отличные по крови. Через наши старческие руки проходят все нити судьбы, но такой яркой связи еще не было. Ваши дети возродят драконов, которых сейчас используют в войне как мясо.

Мериса сжала руку брата в знак поддержки. Астрон и без слов мойр знал, что его народ истребляют, используют для борьбы на Олимпе. Каждый бог желает иметь такого могущественного союзника. На земле драконов уничтожали, считая отступниками, – усыпляли, отравляли, вырывали сердца, делая эликсиры молодости. Из шкур шили кольчуги и обтягивали ими щиты, поскольку магия ящеров не истощалась даже после смерти. Драконов осталось около дюжины, и, пока Астрон стоял с сестрой в пещере, где обитали мойры, их могло стать еще меньше.

– Что нам надо сделать, чтобы остановить войну?

Одна из мойр хмыкнула.

– Глупцы… вы не в силах остановить войну, но в ваших силах возродить тех, кто положит начало концу. Их история станет точкой отчета в становлении равновесия на земле, небесах и водах. Священный огонь, Жизнь и Смерть – истинные правители всего живого и мертвого. Их сила будет способна уничтожить проклятые души и возродить спокойствие, которого так желал Интстрох. Сила богов не нуждается в проведении ритуала, вам стоит лишь скрепить вашу сделку кровью и произнести слова, что запустят колесо жизни для нерожденных детей.

– Мы сделаем это, – некогда тихий и робкий голос Мерисы обрел уверенность и сталь. Астрон улыбнулся, увидев решительность во взгляде сестры, которая не меньше брата хотела спокойствия. Или, возможно, она смирилась с тем, что боги и драконы теряют свою власть и убить их теперь намного легче – стоит лишь принять облик человека, когда магия наиболее уязвима.

Мойры поманили к себе богов, отложив слабо светящуюся нить. Лахесис что-то тихо зашептала и начала вырисовывать в воздухе два круга, откуда медленно, почти тягуче, начали опадать две нити судьбы. Одна – ярко-оранжевая, от жара которой жгло кожу. Вторая – лазурная, извивалась подобно лозе, но небольшие искры золотистого цвета окропляли ее. Магия дракона и дриады.

Нити судьбы детей богов.

Атропос и Лахесис, взяв обеими руками концы нитей судьбы, натянули их, сделав похожими на тетиву лука. Клото, встав с холодных отсыревших камней, обхватила их и сжала так крепко, что с ее ладони начала стекать кровь. Мериса и Астрон переглянулись. Оба чувствовали, как волнение и страх перед неизвестностью пожирают их, лишая остатков здравого смысла. Иначе как объяснить, почему они проделали долгий путь с Олимпа до пещеры мойр, скрытой от глаз глубоко под землей?

Клото призвала Мерису и Астрона к себе и кивком указала, чтобы те повторили жест. Брат и сестра схватились за нити судьбы и почувствовали жжение магии огня: для мужчины это было приятное ощущение, для девушки – болезненное. Казалось, будто все трое держали острую леску, которая постепенно распарыва-ла нежную кожу на ладони, окрашивая кровью пол пещеры.

– Когда кровь богов окропит нити судеб их детей, тогда и магия, таящаяся в их телах, найдет выход, соединяясь. Огонь подчинит землю, земля станет пристанищем для огня. Две стихии соединятся воедино, подпитывая друг друга собственной магией, над которой не будет властен ни один олимпиец. Полубоги, родившиеся на земле, обретут покой в объятиях друг друга и будут править, покуда Смерть и Жизнь не потребуют вернуть то, что по праву принадлежит им.

Внезапная вспышка ослепила путников. Мериса попыталась убрать руку от нити судьбы, но та, казалось, будто намертво соединилась с кожей богини. Девушка пыталась перехватить взгляд Астрона, но брат, не моргая, смотрел на Клото, которая умело переплетала яркие тонкие ленты. Антропос и Лахесис подавали концы сестре, с улыбкой на устах наблюдая за происходящим.

Больше уж нет на Олимпе покоя:Распри

богов разгораются сильно.Брат против брата идет без разбора,То, что грядет, от богов будет скрыто.Вот уж и Клото на Землю сошла.Спят люди все, деревья и птицы.Тихо две тени крадутся в ночи,Астрон с Мерисой, скрыв свои лица,В темной пещере плетут свои нити.Сестры, три мойры, судьбы решая.Все им подвластны – и боги, и люди,Нити отрежут, смерть предрешая.Клото, прядущая, нить расправляет,Лахесис долю твою уже знает,Атропос жизнь твою отнимает,Смерти час тебе назначая.Астрон с Мерисой, войдя, поклонились.Мойры, увидев их, преобразились.– Предназначенье свое знать вы хотите? —Нить натянув, они усмехнулись.– Что ж, расскажу, что судьба вам готовит. —Клото златую нить натянула.Атропос сжала камень точильный,Ножницы острые в дракона направив.– Дочь ты родишь, Природы дитя,Участью красного змея та станет.Силу свою отдашь, без сомненья,Или огонь во всем мире угаснет.– Мериса, света и тьмы матерью станешь,Кровь дракона сыну поможетЛюбовь обрести, и от демона злогоЗемли свои спасти он ведь сможет.Но есть цена у детей ваших счастья:Жизни свои на алтарь положите.Так лишь от смерти и вечных страданийКровь свою вы освободите.Хором пророчество мойры пропели,Странников боле не замечая.Вышли боги из пещеры,Вместе рассвет алый встречая.

Когда не было ничего, кроме кромешной темноты, появился он – Интстрох – первый и самый могущественный дух бога. Никто не знал историю его возрождения. Со временем стали слагаться легенды, что Интстроха воссоздала Тьма, которая хотела найти себе верного друга и возлюбленного. Но лишь сам бог знал истинную историю собственного появления. Сотканный из пыли и мрака, чтобы вершить судьбы и управлять отступниками, Интстрох был одинок: ни детей, ни возлюбленной, с которыми он мог бы поделиться горем и радостью. И воссоздал бог из своей плоти – костей и ребер – потомков, наделив каждого силой и магией.

Зевс – бог неба, грома и молний, ведающий всем миром.

Аид – бог подземного царства, повелевающий мраком.

Посейдон – бог морей и океанов.

Чтобы порадовать детей своих, даровал им Интстрох Олимп, где правил Зевс, водные просторы, на территории которых повелевал Посейдон, подземное царство в недрах глубоких, в коих властвовал Аид. Мир, некогда сотканный из мрака и темноты, начал обретать материю и цвет.

Интстрох радовался успехам своих сыновей, что расширяли и облагораживали свои владения, но видел печаль в их глазах, поэтому создал он для них возлюбленных, прекрасных и могущественных.

Для Зевса – Геру, богиню брака и семьи.

Для Посейдона – Диопатру, офрийскую нимфу.

Аид же отказался от суженой, не объясняя причин. Интстрох наблюдал, выжидал, зная, что скоро возродится из Утробы богиня, что сделает сына счастливым.

Аид тем временем потакал желаниям Зевса и сам воссоздавал ему любовниц, которые так отчаянно удовлетворяли его, из собственной плоти, рождая на свет сыновей и дочерей. Гере ничего не оставалось, как принимать их, но со временем ее сердце огрубело, а сама она озлобилась настолько, что начала выслеживать любовниц мужа и убивать его детей. Но титанов становилось все больше.