Пёс, балбес и Я
Шрифт:
Так было, да.
А теперь ему просто не было никакой нужды разбираться в том, как и почему Катерина появилась в его жизни. Все было намного прозаичнее: проснувшись сегодня рано утром, обнимая девушку, доверчиво сопящую ему в плечо, он просто окончательно понял, что это – она.
И никого другого он видеть не хочет, ни в своей постели, ни в своей жизни.
Ее открытые эмоции, натуральность и беззащитность подкупали, вызывая то самое первобытное желание опекать, защищать и заботится. Это не могло исчезнуть, это не могло надоесть, чтобы она там о нем не думала.
В век продвинутых, самостоятельных
Поймав себя на этой мысли, Морозов хмыкнул, переключая рычаг коробки передач и отъезжая от универа.
Он не витал в облаках, да и вообще не был склонен к излишнему романтизму. И прекрасно понимал, что если надо будет, Катя развернется и уйдет, и сама с колен поднимется, и ребенка на ноги поставит.
Уж кому, а ей в самостоятельности не откажешь. Барсу просто повезло оказаться в нужное время и в нужном месте. В конце концов, даже на самого сильного человека всегда найдется кто-то посильнее, и он стал им. Делать из Рябининой железную леди стало бы просто преступлением.
Хватит уже быть сильной. Пора и ей отдохнуть.
А ему – решить некоторые проблемы.
И первым пунктом становится нелегкий разговор с девушкой, точнее уже бывшей. Играть на два фронта Артур не собирался, это было ниже его достоинства. Да и лишний повод рушить и так хрупкое доверие Катерины точно был ни к чему.
Уже поднимаясь по знакомой лестнице, Барс неожиданно почувствовал, что разговор пройдет намного легче, чем он планировал. Так и оказалось: как всегда бодрая переводчица уже порхала по квартире, при полном параде и макияже.
И, кроме как приветственно клюнув его в щеку, больше ничем весомым не одарила. Даже лишних вопросов не задавала. Когда-то за это он ее и ценил… Пока не понял, что столь удобное поведение очень здорово смахивает на признак равнодушия. Или является отчетливым показателем далеко идущих планов.
И то, и другое его не устраивало от слова нахрен.
– Завтракать будешь? – крикнула Таня из ванной, где доводила до ума и без того идеальный макияж.
– Нет, - мужчина озадаченно провел по щеке, стирая помаду. В мысли сразу лезли воспоминания о пухлых, натуральных губах Рябининой… и удовольствие, что они приносили.
Морозову показалось, что его слегка клинит.
Усмехнувшись, Артур достал чемодан и молча принялся собирать по квартире свои вещи, коих за длительный срок накопилось не мало. Ни тени жалости, сожаления и раскаянья он не испытывал. Их с Таней отношения давно изжили себя, и вместе они находились потому, что так было удобно. Проверенный человек, постоянный секс, умеренное общение и отсутствие каких-либо обязательств – вот и весь залог долгих отношений.
Но только сейчас Артур понял, что напрасно терял свое время. Почему он не обратил внимания на соседку гораздо раньше? Вряд ли пару лет назад ее отношения с мужем были идеальными. Но в тот момент, возможно, она еще не была такая… сомневающаяся.
Он осознавал, что первое время Катерине будет непросто. Но а кому сейчас в принципе легко?
– Ты уходишь? – не скоро Таня заметила, чем он занимается. Артур к тому времени собрал уже половину вещей.
– Верно, - кивнул он, закидывая очередную футболку в чемодан. Усевшись на табуретку, он провел рукой по волосам, успокаиваясь. И спокойно произнес, сцепив пальцы
в замок под подбородком. – Ты же понимаешь, что все давно к этому шло. Я, надеюсь, обойдемся без скандала.– Да вроде взрослые люди, - девушка несколько растеряно пожала плечами, переминаясь с ноги на ногу. И только заметила, чуть грустно. – Ты уже точно все решил, да?
– Да, - подойдя ближе, Барс обнял девушку. – Извини. Я – мудак.
– Да ладно, - фыркнула та, шутливо пихнув его в бок локтем. – У всех бывает. Умолять, плакать, кричать и останавливать тебя не буду, учти!
– А так хотелось, - ухмыльнулся он, доставая из кармана брюк небольшую бархатную коробочку. – Может, удастся компенсировать?
– Подвеска от Тиффани? – переводчица аж подпрыгнула. И тут же с поцелуями повисла у него на шее. – Артур, ты прелесть!
И тут же унеслась в ванную комнату – мерить новое украшение, которое она так долго просила. Якобы мерить.
Мужчина был далеко не дурак, и прекрасно видел, как стоя у зеркала, девушка пытается сдержать слезы, глядя на долгожданную мятную коробочку.
Но и успокаивать ее он не собирался. Зачем? Он не сторонник, как в той притче, рубить хвост по частям из жалости. Проще для них обоих будет поставить точку в их отношениях раз и навсегда.
– Я опаздываю на работу, - Таня появилась в коридоре пару минут спустя, с тщательно напудренными щеками и тут же принялась торопливо натягивать пальто. Барс понял, что она пытается просто сбежать, чтобы не показать своих настоящих эмоций. – Закроешь дверь, когда закончишь, ладно?
– А ключи?
– Оставь соседке, - беззаботно махнула рукой та. – Катька мне потом передаст.
Левая бровь Артура медленно взметнулась вверх. И он, не сдержавшись, закинул удочку:
– Я слышал, что она ушла от мужа.
– Вот как? – на секунду задумалась девушка. – Интересно, интересно. Впрочем, он никогда мне не нравился. Если кто и настоящий мудак, то точно он, а не ты. Катя заслуживает лучшего.
– Как я, например? – усмехнулся Барс. Однако ответ его неприятно удивил:
– Ты? – Таня смеялась. – Не смеши, родной. Катька прелесть, но для тебя она слишком простая. Дешевая. Все, дорогой, я побежала. И помни, пожалуйста, если тебе понадобиться внимание, совет, помощь… хоть что-нибудь! Я всегда буду рада тебя видеть. Всё, люблю!
И банально сбежала, напоследок поцеловав его в щеку.
Морозов, молча усмехнувшись, пошел смывать очередной след от слишком яркой помады.
Простая? Дешевка? Ну-ну.
Почему все девушки свято уверены в его остром желании иметь статусную жену?
Какой толк от тощей воблы в брюликах, если с ней поговорить не о чем, и заняться, кроме секса, не чем? Да и учитывая, сколько нужно бабок втюхивать в эту самую жену, намного проще, как и говорил небезызвестный Павел Воля, тупо трахнуть бабки. Результат и удовольствие одинаковы.
Хрен там. Морозову было намного приятнее возвращаться домой, зная, что там его будет ждать женщина, которая его не придаст, не променяет на того, кто богаче, и которая пройдет с ним и огонь, и воду, и медные трубы. В конце концов, много ли на свете представительниц прекрасного пола, которые и красотой могут блеснуть, и хорошо сохранившейся после родов фигурой, и, в случае чего, из затхлого колодца смогут вытащить?