Первая жена
Шрифт:
Это было бы слишком просто — он успел бы подготовиться, напридумывать оправданий. А мне не нужны ничьи оправдания, ни его, ни Майи.
Все равно не поверю.
Я вообще никому в этой жизни не верю.
Мне нужны только факты.
На поездку домой уходит целая вечность, точнее ночь. Сначала в аэропорт, потом на самолете из Москвы в Краснодар, затем забрать собственную машину, и уже на ней, родимой, я прикатываю к дому Макса Орлова.
Весеннее солнечное утро ни хрена не радует.
Подхожу к внушительного вида воротам, за которыми скрывается двухэтажный
Слышится звук отпираемого замка.
Макс на удивление быстро мне открывает, как будто поджидал во дворе.
Он лыбится во все зубы, разводит руки в стороны, приглашая меня войти.
— Артем, привет. Ты как здесь очутился? Я думал, ты в Москве.
Делаю шаг за калитку, прохожу во двор. И, не говоря ни слова, впечатываю кулак в его челюсть.
Макс не успевает понять, в чем дело. Он даже не успевает отскочить.
Шмяк — и бывший друг валится на дорожку, выложенную серым камнем.
Он гораздо меньше меня в объемах, к тому же ниже, поэтому даже не рыпается, не пытается ввязаться в драку. Лишь болезненно стонет, закрыв лицо рукой:
— Ты охренел?
— Это ты охренел! — Я впечатываю в него злой взгляд.
В этот момент до Орлова доходит все.
— Она сказала тебе, да?
Он даже не отрицает. Он, сука, даже не отрицает!
— Тварь! — шиплю на него. — Ты ублюдочная тварь, и я закатаю тебя в асфальт…
Во мне бурлит столько ярости, что еле сдерживаю себя.
Потому что не должно такое в мире случаться. Чтобы близкий друг и самая близкая на свете женщина вместе в одной постели… Я не знаю, в постели ли у них это было. Но по дороге сюда я успел представить себе всякое.
Макс, видно, читает по моему лицу, что я не в адеквате, и стонет жалобно:
— Артем, не надо! Анька дома…
— С хера ли меня должна волновать твоя жена? — рявкаю на него. — Или хочешь, давай ее позовем, расскажем, как ты трахал мою жену…
— Что? — стонет он. — Не было такого, я просто потрогал ее немного… Был неправ, признаю, но я только потрогал!
— Что ж ты тогда так бздишь, раз не спал с ней? Меня от вашего вранья уже воротит.
— Прижал ее разок, все, — пытается оправдаться Макс. — Что она тебе сказала? Все, что она говорит, — брехня! Я с ней не был!
— Ага, а Польку Майе ветром надуло, так? — развожу руками. — Сделал моей жене ребенка, и в кусты, мразь… Все эти годы другом мне прикидывался, нес на Майю и жопу свою прикрывал, потому что знал — на хер убью тебя за нее! Каким лицемерным подонком надо быть, чтобы трахаться с женой друга?!
— Я не отец Польки! — орет Макс. — Ты совсем двинулся со своей Полькой! Она не моя, хочешь, проверь!
— Я проверю, да, — киваю ему.
Достаю из кармана контейнер для сбора ДНК, наклоняюсь к его разбитой роже.
Макс отшатывается от меня, пытается отползти.
Рявкаю строго:
— Не рыпайся, а то выбью все зубы!
Промокаю кровь, что течет с его разбитой губы, и прячу биоматериал в контейнер, убираю в карман.
— Если выяснится,
что твоя, гроб себе заказывай, — шиплю с дикой ненавистью.Макс наконец поднимает задницу с дорожки, отскакивает от меня на пару метров и громко возмущается:
— Ты задолбал всех своей Полькой! Может, вам ее в роддоме вообще подменили! А ты Майке весь мозг вытрахал, и мне заодно… Ее на материнство проверь!
Я возвращаюсь в Москву выжатый как лимон.
После нашего последнего, судьбоносного разговора с Майей прошли ровно сутки.
Сутки, за которые я успел отмотать тысячу километров, набить морду бывшему лучшему другу, вернуться обратно.
И подумать я тоже успел…
Не складывается все в единую картину.
Майя со стальной уверенностью, что Полька моя. Хоть десять тестов ей предоставь, а все равно будет твердить, что я отец.
Макс с его советами…
С чего я вообще решил, что Макс и Майя спали? Только из-за того, что Майя скрывала, что он к ней клеился? Я, конечно, ревнивый засранец, тут спору нет, и за время, что мы были вместе, не раз ей это доказал… Но все же разве это причина скрывать от меня тот факт, что Орлов к ней лез? Могла поэтому не сказать? В теории да.
Макс, безусловно, гнида, учудить такое.
Полезть к моей жене! У него девять лишних жизней, что ли?
Вот только сучность Макса никак не очерняет Майю.
Сейчас, когда немного поостыл, мне с трудом верится, что она могла пойти на такое.
В защиту этой теории говорит также то, что у нас с Майей в начале брака не было совершенно никаких проблем. Мы надышаться друг на друга не могли, и секс был космический. Зачем при таком раскладе она легла бы под кого-то еще, да еще и беременела. Тем более под друга мужа… Из природного блядства? Но разве Майя такая? Она мне девочкой досталась!
И это ее финальное высказывание про то, что я у нее был один…
Кстати, я вполне допускаю, что после меня у нее никого не было.
Я развелся с ней, да, но мне периодически про нее докладывали, не забесплатно конечно. Мужиками там не пахло.
На подкорке, чего уж там, свербит одна и та же идея, заброшенная туда Максом: «Может, вам Полину подменили в роддоме».
Зудит и зудит… Дышать нормально не дает. А что если так?
Я ведь даже не подумал о таком варианте. Увидел, что не отец, и понесло… Но разве это возможно? Полька ведь копия Майя… Хотя… Майя считает, что Полька — копия я.
Надо не только Макса, надо Майю проверить тоже.
Глава 25. Кто у нас тут мать
Артем
Я стучусь в номер Майи без особой надежды.
Учитывая, как расстались, она, скорей всего, и видеть меня не захочет, не то что разговоры разговаривать.
Тем не менее не сдаюсь, стучу второй раз, ведь в первый не открыла.
Через некоторое время слышу в номере шаги.
Наконец Майя открывает. Наверняка была в душе, поэтому задержалась. У нее все еще влажные волосы, видно, что накинула халат второпях.