Первая волна
Шрифт:
Разбудил меня звук остановившейся машины.
«Шустро управился», — подумал я и поднял голову.
Перевесившись наружу, из окна автомобиля на меня смотрел Волков. Улыбаясь во все тридцать два зуба, он махнул рукой:
— Карета подана, залезай. Серегу мы завернули.
Настроение испортилось мгновенно, меня опять переиграли всухую. Глядя на хищную улыбку Волкова, хотелось сделать какую-нибудь гадость. Но не убегать же мне, в самом деле? Догонит — будет только хуже. Да пошло оно все! Усевшись на пассажирское сиденье, я закрыл дверь и пристегнулся.
Разговаривать не хотелось, пришлось отвернуться и смотреть в окно. Некоторое время мы ехали молча. Майор, не зажигая
— Напрасно дуешься, — тихо сказал Волков. — Понимаю, тебе обидно, что не предупредили, но по-другому нельзя.
— Почему?! — Даже самому себе я не хотел признаваться, что он угадал.
Я ничего не решал, и это было хуже всего.
— Тсс! — майор приложил палец к губам. — Олю разбудишь. Устала, пусть поспит.
— Почему нельзя по-другому? — На этот раз я уже не кричал.
Только сейчас заметил, что на заднем сиденье, свернувшись калачиком, спала девушка.
— Да не полез бы ты в эту коробку. И никто бы не полез. Хочешь, расскажу, как я перекинулся?
Я промолчал, слушать очередную байку настроения не было. Тем не менее майор продолжил:
— В том году я решил отдохнуть — съездить на Алтай. Дикая природа, охота, рыбалка. Город стал угнетать, и надо было развеяться. Первый день прошел неплохо. Разбил лагерь, то-сё, пятое-десятое. Друзья помогли — вертолетом забросили далеко от тех мест, куда обычно водят туристов. Обещали прилететь за мной через недельку. Только через неделю меня там уже не было. — Волков тяжело вздохнул. — Ты же в курсе, что луна на оборотня действует как катализатор? Вот мне и подфартило, остался наедине с природой в полнолуние. В отличие от тебя, очухался только через две недели, в пятистах километрах от лагеря. К цивилизации месяц выбирался. Да, я стал быстрее и сильнее, лучше видел по ночам. Даже хищник меня обходил десятой дорогой. Вот только спереть штаны мне было не у кого. — Майор хлопнул меня по колену и тихонько хохотнул. — И, поверь, скакать голяком по Алтаю — совсем невесело. Честно говоря, я думал, что свихнулся. Мне ж никто не сказал, что я оборотень. Да я и сам долго не мог понять. Проснулся на поляне, вокруг — куча медвежьих следов. Ух, как я оттуда дернул.
Только к концу прогулки начало доходить, слишком много нестыковок оказалось. Ничего, справился! Вышел к людям, поднял на уши друзей, — поиски к тому времени прекратили. Уже в Барнауле прочитал местные газеты. Пока я там мишкой гулял, пропало две группы туристов. Четырнадцать человек. Саш, я до сих пор не знаю, моя это работа или нет. Но свечку все равно поставил.
Мы немного помолчали, когда сзади раздался нарочито бодрый голос:
— Волков, хватит скулить. Все же обошлось. И парня перестань запугивать. Саша, хочешь на себя посмотреть? Камеры твою ящерку во всех подробностях зафиксировали.
— Ну вот, Золушку разбудили. — Майор обернулся назад. — Выспалась, солнце?
— Покемарила немного, зато теперь хорошо себя чувствую. — Оля протянула мне папку с фотографиями. — Гляди, какой красавчик.
В этот момент грунтовка кончилась. Майор вырулил на трассу, включил дальний свет и резко прибавил газу. Снимков было всего три, но хорошего качества. Первый сделан в клетке. На стене, вцепившись когтями в стальную плиту, висит ящер. Антрацитовая броня резко выделяется на сером фоне. Странно, раньше моя чешуя была серой. Пасть ощерена прямо в сторону камеры, отчетливо видны зубы, каждый длиной в палец. Вытянутое, как торпеда, тело c длинным сегментированным хвостом занимало половину фотографии. Красивый.
— Длина тела — три метра, вместе с хвостом чуть больше шести, — сказала
Золушка, обняв меня за шею и чмокнув в щеку.Улыбается до ушей, юная натуралистка. Гордится, будто это она на стене повисла. Я с фырканьем отодвинулся, но странным образом стало полегче.
Следующая фотография впечатляла сильнее. Ящера на ней не было, но меня потряс вид комнаты. Попавшие в кадр оружейные турели были смяты и вовсю искрили. Стена выглядела так, словно ее взрывом распустило на полосы и загнуло лепестками внутрь.
— Такого, — палец Волкова ткнул в пролом на фото, — даже я не видел. Нам повезло, что ученики разошлись на завтрак, а те, кто остался, были далеко и медитировали. Ты просто ушел, не почуяв агрессии. Саш, ты пойми, других вариантов не было. Если бы мы так не торопились, все было бы гораздо проще. Походил бы в чешуе до полнолуния и сам перекинулся. Думаешь, этого хотели? Кто ж знал, что ты нам клетку сломаешь?
Заинтересовавшись снимками, я пропустил оправдания мимо ушей. Только приглядевшись, я смог обнаружить ящера на последнем фото. Сменив цвет чешуи на светло-зеленый, он скользил по траве в сторону леса. Заметить его было очень сложно даже в движении.
— Похоже, он еще и хамелеон.
— Стоп! — Волков чуть не ударил по тормозам. — Саша, слушай меня очень внимательно! Прекрати разделять себя и его. Прими как данность, этот ящер — ты. Это твоя ответственность, не его. Иначе последствия будут очень хреновые. Если зверь почувствует от тебя агрессию и недоверие, он попытается тебя убить. Рано или поздно он вытеснит человеческую составляющую из тела. Я с таким уже сталкивался. Тварь размером с быка, а в башке — одни инстинкты. Поверь, это страшно. Прими его!
— Ладно, ладно, набросился на парня, — остановила его Золушка. — Не видишь, он уже не воспринимает, слишком много впечатлений на сегодня.
Я и правда чувствовал себя опустошенно. Мысли бежали медленно, эмоции куда-то пропали. Сейчас бы домой и наконец нормально выспаться.
— Мы сейчас куда? В ваш подземный муравейник я больше не полезу. У меня от него чуть крыша не поехала.
— Успокойся, — негромко произнес Волков. — Сейчас Золушку забросим. Потом тебя домой отвезу и поеду баиньки. Набегался я с вами.
— И что мне делать?
— Отдохни пару дней, приди в себя. Потом с тобой свяжутся. Вообще у Графа на тебя планы, но подробностей я не знаю.
Разговор постепенно сошел на нет. Майор следил за дорогой, а мы с Олей смотрели в окно. Трасса была совершенно пуста, даже удивительно. Хоть и не шоссе, а так, двухполоска для дачников, но все же.
Тем неожиданней оказался пост ГИБДД. Две машины по обе стороны от дороги, и пятеро гаишников. Стоило нашей машине вырулить из-за поворота, как один из них тут же двинулся навстречу. Еще трое, вооруженные автоматами, стояли за машиной и разговаривали. Спина последнего виднелась за машиной — мужик копался в багажнике. Середина ночи, пустая трасса, и вдруг такое оживление. Волков весь подобрался. Из голоса исчезли шутливые нотки.
— Оль, прощупай их аккуратно. Бред какой-то, откуда тут пост в такое время?
Двигавшийся навстречу постовой энергично махнул жезлом в сторону обочины, приказывая остановиться. Наша машина проскочила лишних двадцать метров и начала притормаживать. Майор тянул время как мог. Наверное, именно это и спасло нам жизнь. События начали разворачиваться с бешеной скоростью.
— Паша, газуй! — вскрикнула Ольга.
В зеркало заднего вида я увидел, как последний гаишник развернулся, доставая из багажника трубу, похожую на тубус для черчения. Только когда он вскинул тубус на плечо и начал прицеливаться, до меня дошло, что это такое.