Чтение онлайн

Он все еще пытался ее подловить. Магда ничего не ответила.

Его неприязненная улыбка вернулась.

— Надеюсь, вы меня понимаете. Измена — это преступление, способное запятнать позором даже мертвых. И конечно, сознательная помощь лицу, совершающему измену, также является изменой и будет стоить такому человеку его прекрасной головы.

Он снова двинулся прочь, но потом вновь повернулся назад.

— И последнее, вдова Сирус. Если я сочту нужным начать официальное расследование, будьте готовы отвечать на вопросы.

Магда дрожала от ярости, глядя на его улыбку. Она не удостоила его

ответом, пока он, наконец, не повернулся и не вышел.

Посмотрев, как закрылась дверь, советник Сэдлер повернулся к Магде.

— Я должен извиниться, Леди Сирус.

— Вам нет нужды извиняться, — Магда изогнула бровь. — Если только вы не поддерживаете обвинения Лотейна против моего мужа.

Печаль смягчила выражение его лица.

— Барах был хорошим человеком. Нам всем его не хватает. Боюсь, горечь скорби из-за недавних событий затмила трезвость суждений Лотейна.

Он мельком оглядел остальных пятерых. Хэмбрук и Клей кивнули в знак согласия. Старейшина Каделл ничем не проявил своих чувств. Двое оставшихся, Вестон и Гаймер, отвели глаза в сторону.

— Он не показался мне человеком, охваченным скорбью, — сказала Магда.

Сгорбленный старец, Каделл, мягко коснулся ее плеча.

— В воздухе витает большая беда, Магда, — его рука оставила плечо, чтобы указать на закрытое ставнями окно, выходящее в город Эйдиндрил, позади нее и остальных членов совета. — Все мы находимся на грани истребления. Понятно, что люди испуганы.

Советник Сэдлер испустил озабоченный вздох.

— К тому же, существует большая неразбериха по поводу того, что произошло с Первым Волшебником Барахом. Мы сами не можем понять, а представьте, какие слухи и сплетни распространяются по Цитадели, не говоря уже об остальном городе. Все полагали, что Первый Волшебник Барах всегда будет со своим народом, хранить и защищать его. Многим кажется, что вместо этого он бросил их. Они не понимают, почему. Обвинитель Лотейн лишь озвучил сомнения и беспокойство, произнес вслух то, о чем ходят слухи.

Магда вздернула подбородок.

— Значит, вы считаете, что обвинителю Лотейну подобает озвучивать досужие сплетни? Не думаете ли вы также, что такие разговоры неизвестных людей, не имеющих представления об истинных причинах происходящего, приводят к сфабрикованным обвинениям от самого главного обвинителя и поспешным казням, чтобы только прекратить сплетни и сомнения? Вы так считаете?

Советник Сэдлер немного самодовольно улыбнулся тому, как она это представила.

— Вовсе нет, госпожа Сирус. Я лишь предполагаю, что нынче тяжелые времена, и, вероятно, обвинитель Лотейн чувствует это напряжение.

Под его пристальным взглядом Магда не смягчилась и не смутилась.

— С каких пор мы позволяем себе идти на поводу у страхов и дурных предчувствий? Я считаю, что мы способны на большее. И думаю, что главный обвинитель больше всех остальных должен быть заинтересован в исполнении своего долга — добиваться истины.

— Возможно, именно в этом заключается его предназначение, — тихо произнес Старейшина Каделл, пытаясь смягчить резкое заявление и в то же время положить конец разногласиям и критике. — Задавать вопросы — законная обязанность главного обвинителя.

Именно так мы открываем правду. Кроме того, он приходил не затем, чтобы обсуждать причины, по которым задавал эти вопросы, так что будет справедливо, если мы в свою очередь не будем заниматься измышлениями или выдвигать собственные обвинения в его отсутствие.

Магда знала Старейшину Каделла уже несколько лет. Он был человеком широких взглядов, справедливым, но она знала, что, когда он давал понять, что прекращает выслушивать чье-то мнение, то рассчитывал на окончание разговоров. Магда отвернулась, положив руку на гладкий округлый край стола, и сменила тему.

— Так в чем заключается цель визита членов совета? Вы все пришли обсудить со мной какие-то незаконченные дела?

Повисла долгая пауза. Разумеется, она знала, что причина их появления была не в этом. Магда вновь обернулась, оказавшись лицом к лицу с людьми, глядящими на нее.

— Эти дела мы обсудим в другой раз, — произнес Сэдлер.

— А буду ли я услышана, когда вернусь в палаты совета в следующий раз? Будут ли услышаны советом беспокойства тех, от чьего имени буду говорить, когда уже не буду женой нашего Первого Волшебника?

Язык Сэдлера промелькнул как жало, смачивая губы.

— Всё это очень сложно.

Она устремила пронизывающий взгляд на мужчину.

— Возможно, для вас, но не для меня.

— У нас гораздо больше проблем, — вставил советник Вестон, пытаясь прекратить спор.

— Наша первостепенная проблема — необходимость найти замену Первому Волшебнику Бараху, — сказал Старейшина Каделл. — Война продолжает бушевать. Эйдиндрил и сама Цитадель скоро могут оказаться под угрозой осады. Это требует нашего пристального внимания.

— К тому же Альрик Рал недавно вернулся из земель Д'Хары, — добавил Сэдлер. — Этот человек всю Цитадель перевернул вверх дном своими срочными требованиями. Он надеялся увидеться с Первым Волшебником Барахом. Что-то насчет довольно удивительных претензий и еще более удивительных решений.

После смерти вашего мужа накопилось бесчисленное множество срочных проблем, которым нужно уделить внимание.

— Как вы, несомненно, понимаете, — наконец произнес советник Гаймер, — у нас множество серьезных проблем с управлением, требующих нашего пристального внимания в текущий момент.

— Ах, — Магда улыбнулась без тени веселья, глядя на каждого человека по очереди. — Серьезные проблемы. Государственные дела. Великие вопросы войны и мира. Вы, должно быть, ужасно заняты этой работой. Я понимаю. Значит, вы пришли из-за этих важных проблем? Из-за этого вы покинули палаты совета, чтобы встретиться со мной? Из-за жизненно важных государственных дел? Вопросов войны и мира?

Все как один покраснели.

Магда прошлась вдоль строя шести советников.

— Итак, чем я могу помочь в таких важных делах, требующих пристального внимания совета? Пожалуйста, скажите, какое срочное дело государственной важности привело вас ко мне именно в этот день, в тот самый, когда мы вместе молились добрым духам о том, чтобы они приняли моего усопшего мужа, нашего вождя, нашего Первого Волшебника в свои нежные руки? Говорите же. Какое срочное дело оторвало вас от вашей жизненно важной работы и привело всех сюда сегодня?