Чтение онлайн

Они зашли в один из контейнеров, там были складированы какие-то припасы и лестница. А по этой лестнице они через прорезанный люк поднялись наверх, пригибаясь, побежали вдоль ряда рваных, с высыпающейся землей мешков. Черт, сколько же железа, наверное, сидит в этих мешках, отправить на металлолом…

— Здесь. Иди обратно.

— Да, сэр.

Это была наблюдательная вышка, она, в отличие от оборонительных позиций в контейнерах не была так сильно укреплена — например, на крышу даже не положили мешки с песком, миномет не выдержит. Укрытие здесь было по пояс, но укрытие серьезное, те же мешки и куски брони. Сержант поставил рядом пулемет, достал небольшое зеркальце, оно было не отломано от грузовика, а выдано. Специальное зеркало, которое используется для проверки машин на блокпостах, нет ли взрывчатки

под днищем.

База Омега-Браво по сути была бывшей перевалочной базой моджахедов, возможно когда то давно здесь сражался его отец вместе со своими боевыми товарищами. Горы, не слишком высокие, место для базы было выбрано так, чтобы оно если и не господствовало над местностью — то чтобы его нельзя было простреливать с гор прямой наводкой. Нангархар — это зеленка, но зеленка с пальмовыми и оливковыми рощами ниже, там, где течет русло реки Кабул и идет дорога на Пешавар — а здесь из растительности только кустарник, низкий, жесткий, почти без листвы, а сейчас, в октябре листвы и точно нет. Но зато — здесь полно валунов, каменных осыпей, старых позиций моджахедов и прочего дерьма, за которым можно было укрыться. Дальше, примерно в миле, поменьше немного — проходила дорога, и там стоял сгоревший три десятилетия назад советский бронетранспортер.

Ни хрена не учимся на ошибках.

Слева забухтел пулемет, капрал насторожился. Снайпер должен проявить себя, выстрелить. Если даже он заметил его зеркальце — он все равно должен себя проявить. Опасная игра, он предпочел бы не играть в нее — но сейчас не он сдает карты.

Сверкнуло. Он не поверил своим глазам — если бы он не смотрел на бронетранспортер, он бы не увидел снайпера.

Снайпер прикрылся остовом бронетранспортера.

Господи да до него же миля…

Из пулемета, который был у капрала — его на таком расстоянии не достать. Миля! Он никогда не слышал, чтобы талибы, у которых снайперы были вооружены даже древними Ли-Энфильдами — стреляли с такого расстояния.

В зеркальце почти ничего не было видно. Миля — и в самом деле хрен чего увидишь.

Капрал выругался, включил рацию на передачу.

— Скайларк главный, выйдите на связь с Скайларк два-два или любой из командного состава отряда. Скайларк два-два просит помощи.

— Скайларк-один на приеме.

— Сэр, это Скайларк два-два. Снайпер в нашем секторе обнаружен, до него миля дистанции, я не могу работать. Запрос: мне нужна помощь с воздуха или какие-нибудь артисты, которые могут забросить камешки в этот огород. Очень быстро и очень точно, пока он не ушел.

— Скайларк два-два, вопрос, ты можешь подсветить цель?

— Положительно, Скайларк-один, цель подсветить могу.

— Принято, жди две минуты. Через две минуты огневой налет.

Начиная с девятого года, когда потери летательных аппаратов стали слишком серьезными, чтобы на них не обращать внимания — по всем FOB развезли гаубицы и полуавтоматические минометы, чтобы большая часть огневых задач решалась сразу же и на месте. Через две минуты, как и обещал Скайларк-один — минометы открыли огонь, и старый БТР исчез в буро-черных клубах разрывов. Поразили они снайпера или он ушел — неизвестно, но больше он активности не проявлял.

Примерно в полдень обстрел начал стихать — и тут же начались новые, куда более серьезные неприятности….

Сержант Грегори Нулан, пройдя по системе ходов и траншей, которые он примерно уже освоил, спустился на несколько ступенек и попал в заглубленный бункер для командного состава. Там было всего два человека, в том числе командир базы, майор Беркхейм, рыжий, длинный и большой любитель сигар. Сейчас он сидел около рации и что-то писал.

— Сэр! — обозначил строевую стойку сержант

— Присаживайтесь, сержант. Хлебните кофе, пока есть.

— Спасибо, сэр — сержант сделал то, что приказал ему старший по званию

— Что на периметре?

— Более-менее спокойно, сэр, хотя обстрел продолжается. Одного из снайперов обнаружили и загасили на расстоянии мили.

— Мили? — поднял бровь майор

— Именно, мили, сэр.

— Игра по крупным ставкам…

— Вероятно, сэр. Я думаю, что ночью они могут предпринять попытку штурма.

— Может быть вы и правы, сержант. Беверли, распорядитесь

о том, чтобы личный состав разбился на смены и как-то отдохнул в течение дня. Нас могут взять на измор.

— Есть, сэр!

Сидевший в бункере офицер-негр отдал честь и вышел.

— Нулан… Вас ведь так зовут.

— Да, сэр.

— Вы знаете, с какой целью вас сюда перебросили?

— Никак нет, сэр.

— То есть?

— Сэр, задания мы получаем на месте. Нам никогда не раскрывают суть операции до ее начала.

— Вы ведь разведка?

— Никак нет, сэр. Просто мы ведем силовую поддержку некоторых миссий разведотдела. Вам лучше поговорить с Коффи, сэр, он лучше вам все расскажет.

— Поговорим… если успеем

Майор кивнул на рацию

— Обстановка крайне тяжелая, сержант, похоже мы в осаде, как я и говорил. Только что передали — утренняя колонна из Пешавара в Джей-бад не прошла, сгорела на дороге полностью. В зеленке полно духов, похоже, они решили дать нам прикурить. В Джей-баде тоже духи. Бои идут по всему Эй-стану, и судя по всему кое-где еще жарче, чем у нас.

— Сэр.

— Я говорю вам это для того, чтобы вы поняли — похоже, мы застряли здесь надолго.

— Сэр, я приказал моим людям беречь патроны.

Майор усмехнулся

— Сержант, я ценю людей с чувством юмора.

— Спасибо, сэр.

Хлопнула стальная дверь, в бункер ввалился тот самый офицер-негр, лицо у него было серым, каким оно бывает у негров, которые испуганы или выбиты из колеи.

— Сэр, сбили самолет.

F15E Strike Eagle из триста сорок пятой бомбардировочной эскадрильи взлетел с аэродрома Баграм примерно двадцать минут назад, на нем был полный бомбовый боекомплект, десять с половиной тонн. Утром с границы вернулся разведывательный Predator, его обстреляли и чуть не сбили — но он выполнил миссию до конца и передал информацию. В Афганистане, судя по тому, что творилось с самого утра, моджахеды вознамерились устроить что-то вроде "Вьетнамского нового года" [57] , боевики активизировались одномоментно, по всему Афганистану, а как показала разведка пограничной зоны — через границу, из зоны племен хлынули подготовленные в лагерях за последние два года относительного затишья моджахеды. Разведка опять просрала все на свете. Было видно, что они идут колоннами и с грузом, волокут минометы и тяжелые пулеметы. Полковник Дефо приказал снаряжать самолеты кассетными боеприпасами, они вообще то были запрещены — но сейчас было совсем не до запретов.

Первым пилотом ударного Игла был капитал Джей Родсток, симпатичный и неглупый малый с высшим образованием. Неглупый, потому что знал, куда нужно идти, что воевать без проблем и с комфортом — в авиацию. Пока пехотинцы подрывались на дорогах, получали пули из-за угла, чистили зеленку и зарывались в землю — он жил в комфорте на базе Баграм, в комнате на четверых, пил кофе по утрам, ел пиццу, которую умудрились выпекать тут же, летал на своей машине и долбил талибов почти безнаказанно, потому что у них не было средств ПВО, таких чтобы отправить скоростную и пронырливую птичку Игла на землю. Ударный Игл вообще был уникальной машиной, с возможностью ведения разведки, нанесения ударов высокоточным оружием, борьбы с ракетными комплексами ПВО, ведения воздушных боев, это машина поднимала в воздух столько же бомбового груза, сколько и два стратегических бомбардировщика времен Второй мировой войны и доставляла их к цели со скоростью, превышающей скорость звука. В отличие от F16 на этой машине было изначально предусмотрено место для оператора систем вооружения, поэтому самолет не был перетяжеленным и неповоротливым. Наконец, он прекрасно летал на малых высотах, лучше него летал только F14 Bombcat, на котором летал дядя Джея Родсток, полковник Алистер Родсток, из-за которого Джей и пошел в ВВС. Но F14 почему-то быстро списали и порезали на металлолом, а для Эй-стана и F15 был слишком хорош.