Периферия
Шрифт:
— Укатали сивку… — подала голос проснувшаяся Инга. — Никуда ты не уедешь. У тебя ж не то что на ауре — на лбу написано: "Законченный дозорный". У нас не служба, а диагноз… Что решили насчёт патрулирования?
— Бессмысленно… — начал было Олег, но Инга не дала ему договорить:
— А отдавать людей на съедение — это, конечно, имеет глубочайший смысл, недоступный всякой серости, вроде меня? Сама понимаю, что опасно, но есть другой выход?
— Превентивные акции? — с робкой надеждой в голосе предложил Кирилл.
— Это как ты себе представляешь? —
— Да в гробу мы их видали! — продолжал хорохориться Кирилл. — Пусть только сунутся!
— Ой, не торопись! Мы ведь до сих пор ещё не сталкивались с ними по-настоящему. Те Тёмные, что атаковали офис, — Олег покосился в сторону портрета Серёги, — были штатскими. Кто знает, как всё сложилось бы, если бы в штурмгруппе пошли Тёмные дозорные?
— Да уж, — поддержал его я. — Лучше пять диких вампиров, чем одна Пелагея. А уж против Агона устоит только сам Твердислав.
— Вампиры… — с непонятным выражением произнёс Олег. — Давай, Следопыт, рассказывай, что там у тебя с ними вышло.
Чуть поколебавшись, я рассказал всё. Выслушав меня, командир некоторое время молчал, обдумывая, а потом задал неожиданный вопрос:
— Следопыт, когда ты вчера ночью… поминал Серёгу… Ты музыку слушал?
— Да, — ответил я. — Понимаешь, невмоготу было сидеть в тишине…
Олег отмахнулся:
— Да всё я понимаю, сам такой… Ты вот лучше скажи, пожалуйста, вот что: ты уверен, что действовал совершенно самостоятельно?
— Что ты имеешь в виду? — недоумённо поинтересовался я.
— Мне кажется, что тебя зацепило Зовом, — глядя мне в глаза, ответил Олег. — Музыка, звук, слово… Это их почерк. Извини, но я вынужден тебя проверить.
Я послушно сел на стул, и Олег принялся водить руками у меня над головой, перебирая нити ауры в поисках следов Зова.
В голове гудело. Действительно, какого чёрта мне пришла в голову эта дикая идея относительно сепаратных переговоров с нежитью? Неужели — Зов? Тогда получается, что всю нашу встречу подстроили сами вампиры с какой-то неясной мне целью…
— Ничего, — Олег вздохнул и поправил очки. — Всё чисто. То ли мы ошиблись, то ли сработано не по моим силам…
"То ли Зов наложился на уже созревшие мои собственные мысли и сработал только как катализатор", — мысленно завершил я.
— Если бы ты сам мог проверить себя, Следопыт… Ты ведь у нас — только не загордись! — лучший розыскник. Боец ты, честно скажу, довольно средний, но если нужно кого-то выследить — так тебе цены нет… Хоть кто-то работает. А то у нас тут сплошные герои, спасители мира… блин!
Олег вздохнул.
— Да и маловато нас, — продолжил он. — Ну что это — два десятка дозорных? И резервов нет, выбрали ещё при царе Горохе…
— Может, шеф привлечёт кого-то из штатских Светлых магов? — предположил я. — Хотя бы как
вольнонаёмных.Командир отмахнулся:
— Какие ещё вольнонаёмные? Не в обиду будь сказано уроженцам Оскола, но почти все местные — сплошь шушера, не выше шестого уровня. Некого привлекать. Да и не рвутся оскольчане в Дозор, знают, чем обычно кончается наша служба… Если бы не было "колпака" над городом, можно было кидаться в ножки Гесеру и просить в наш город "чистильщиков" из Москвы. Помните, года два назад Тёмные отправляли в Питер карательную экспедицию? Тогда "легионеры" с Украины за несколько дней мелко нашинковали секту "диких Тёмных".
— Стоп, это ещё что за история? — заинтересовался я. — Вроде бы Ночной Дозор Петербурга не самый слабый в России, однозначно сильнее нашего. Могли бы и сами справиться.
— Я сам мало что знаю. Если есть желание, посмотри в архиве информацию по делу "Чёрная Пальмира", — ответил командир. — Всё, что не засекречено, там есть… Ладно, это дело давнее. Как мы у себя разбираться-то будем?
— А хрен его знает, — честно ответил я.
— Вот и я о том же. Интересно, откуда вообще свалились на нашу голову эти "дикари"?
— Может, через "колпак" просочились? — предположил Кирилл.
— Ни в коем случае! — категорично заявил Олег. — "Колпак" — это не только барьер для Иных, это ещё и сигнализация. Пересечь порталом нельзя — Павел Васильевич при мне проверял. Великий сквозь него пройдёт — на пятом уровне, скрипя зубами, но пролезет. Но тогда моментально сбежится пол-Инквизиции, и любому нарушителю сильно поплохеет. Тем более, что балахонники ещё не все козыри достали. Их Великие пока отсиживаются в Берне и Праге, даже блокадой руководит всего лишь региональный куратор.
— Великие… — поморщившись, проговорил Кирилл. — Не знаю, не знаю… У меня в Перми бабушка живёт, я к ней после инициации раз ездил, ну и познакомился с местными Светлыми. Они там рассказывают…
Что именно рассказывали Кириллу Иные из Перми, так и осталось неизвестным. Пронзительно взвыл охранный знак на двери — к нам в кабинет решил наведаться кто-то из Иных, не имевших допуска. Судя по громкости сигнала тревоги, визитёр был Тёмным.
Мы переглянулись. Случаи, когда в офис входили представители враждебной силы, можно было перечислить по пальцам. Причём на одной руке. И как охрана согласилась пропустить Тёмного? Не иначе, вмешался сам Твердислав, разыгрывающий очередную неудобопонятную партию с Агоном.
— Открыть? — поинтересовался Кирилл.
— Открывай, чего уж тут… Гость на пороге, будем встречать! — ответил Олег.
Небрежным пассом Кирилл распахнул дверь, заставив наконец заткнуться дуру-сигнализацию, и через порог шагнул светловолосый худощавый мужчина лет тридцати в тёмно-сером пиджаке и чёрных брюках. Честно говоря, узнал я его именно по одежде — Руслан, наш коллега-оперативник из Дневного Дозора, всегда одевался одинаково, и за всё время работы в Осколе я ни разу не видел его в чём-либо ещё, кроме этой вот, с позволения сказать, "униформы".