Перемена мест
Шрифт:
– А как же…
– Ну, – старик понял, что хотел уточнить молодой человек с полуслова, – я же не говорил тебе, что собираюсь каким-то образом облегчить тебе обратный путь. Потому гуар – для меня, я притомился в дороге, ноги уже не столь сильны. А с телегой ты и сам управишься.
Хэй едва не взвыл от обиды и разочарования, но спорить было поздно. Старикан явно взялся за него не на шутку.
Теперь рейсы в город стали более частыми: каждые выходные Хэй нагружал мешки зерном из амбара, грузил на телегу и, впрягшись в нее, направлялся в Карс, сопровождаемый Мардуком, ехавшим теперь верхом на неторопливом ящере, получившем имя Таб.
И это все при том, что вкалывать на поле он продолжал по-прежнему. К этому еще добавилась забота
Под ногами скрипел песок. Солнце палило кожу. Пот катился градом, собираясь солеными озерцами в самых неприятных местах. Но и в это можно было втянуться.
Уже и телега не казалась такой тяжелой. И путь был не столь уж далеким. И солнце не таким жарким. Пить хотелось не так уж сильно.
Хэй помнил, как тогда, вернувшись домой из Карса в качестве основной тягловой силы, заметил Зарифа, стоявшего с мотыгой у края поля и с удивлением смотрящего на возвращающегося Хэя. Потом Зариф объяснил, что удивило его столь сильно. Оказывается, он и представить не мог, что человек сможет тащить на своем горбу такую тяжесть.
Хэй тогда, зардевшись, как молодая девчонка, ответил, что вовсе и не на горбу, колеса у телеги значительно упростили процесс. Да и вообще выразил убежденность, что и Зариф способен на подобное.
В следующие выходные, загрузив телегу, они провели пробы. У Зарифа не вышло. У Хэя получилось – он снова отправился с Мардуком в Карс на Базар. И в тот раз путь дался уже легче, хотя груз, который он тащил в оба конца, был ничуть не меньшим.
С того момента мышцы парня стали значительно сильнее и больше. Очевидно, система тренировок по Мардуку приносила реальную пользу.
Только вот Хэй не мог пока еще уяснить, по каким таким причинам ему надо было наращивать столько мяса – не для работы в поле же. А Мардук не торопился с разъяснениями.
В один из очередных походов Хэй с Мардуком столкнулись с теми, кого до сих пор по невероятному везению умудрялись избегать.
Каннибалы, одетые в какие-то неопрятные лохмотья, по которым сложно было определить первоначальный вид одежды, которой они когда-то являлись, вышли им наперерез из-за очередного бархана. Скорее всего, эти убийцы просто куда-то мигрировали в поисках пищи, потому что сами были несколько удивлены внезапной встречей. Однако теряться не стали.
Пять человек отделились от отряда. Эти выродки были вооружены самодельными дубинами, сработанными из костей. Какому из животных принадлежали эти кости, гадать не приходилось. В голове у Хэя пронеслись откуда-то почерпнутые знания о том, что бедренные кости в человеческом организме являются одними из наиболее прочных, и парень несколько приуныл.
Мардук же разглядывал приближавшихся дикарей совершенно спокойно. Хэй в тот момент ему мог лишь позавидовать: очевидно, старик свое уже пожил и прекрасно был об этом осведомлен, а потому не выказывал ни малейшего беспокойства ввиду приближавшейся размеренными шагами смерти. А вот Хэй, жизнь которого началась в осознаваемом варианте совсем недавно, чуть более полутора лет назад, нервничал довольно показательно. Что только забавляло каннибалов.
Пятеро мужчин шли неспешно, они видели, что как минимум одна жертва им сегодня обеспечена. Даже если старик и ускачет на гуаре, оставив на растерзание собственного раба – ну а кем еще мог быть этот запряженный в телегу парень, – то и ладно. Парень был довольно здоровым, его должно хватить на сегодня их небольшому племени.
Когда до молчаливо приближавшихся мужчин оставалось не больше двадцати метров, Мардук спрыгнул с Таба и негромко сказал стоявшему позади Хэю:
– Ты, наверное, хотел узнать, для чего все это время тебе пришлось так надрываться, для чего этот чокнутый старикан так над тобой измывается, заставляет таскать на себе такие тяжести и вкалывать с утра до вечера. Теперь смотри.
И старик сделал шаг навстречу пятерым.
Когда
спустя пару минут он вернулся к оторопевшему Хэю, ни один из этой пятерки больше не представлял никакой угрозы, поскольку полученные ими травмы были с жизнью несовместимы: у кого-то голова была разможжена ударом собственной дубины, у другого обломки костей проткнули грудину – у Хэя не было никакого желания рассматривать это месиво.Остатки племени, лишившись пятерых воинов, с места событий ретировались, предпочитая поискать добычу посговорчивее.
Мардук даже не запыхался:
– Вот, мой мальчик, подвернулся случай показать, чему в дальнейшем мне необходимо тебя обучить. Как бы ни сложилась в дальнейшем твоя судьба, думаю, подобные умения в нашем мире сумеют оказаться тебе полезными.
– Но откуда…
– Ну, Хэй, я же не всегда был старым фермером, живущим посреди пустыни в собственном оазисе. И даже далеко не всегда жил в Долинах на этой планете. Но к этому мы еще вернемся, когда придет время. А сейчас нам пора в путь. Надеюсь, что ты немного отдохнул, пока длилось это представление.
Дальнейший путь прошел спокойно. А через несколько недель старик начал обучать Хэя искусству Боя.
Мардук гонял Хэя нещадно, заставляя отрабатывать приемы до полного автоматизма, вбивая воинскую науку через синяки и ушибы. Частенько во время этих занятий Хэй летел на песок и ему казалось, что больше уже встать ему не удастся, но все же он, понукаемый учителем, вставал снова и снова.
Оказалось, что прежде, чем попасть на эту планету, Мардук служил в рядах космического спецназа Галактической Империи в должности инструктора. Планета эта, прозванная обитателями, Последним приютом, носила в реестре Галактической Империи гораздо более прозаическое название, а именно номер 45ч-12, и являлась колонией для особо опасных преступников, предельно удаленной от любых звездных трасс Империи. Однажды он угробил собственными руками несколько человек, полезших на него в драку, среди которых оказался сынок кого-то из влиятельнейших лиц госаппарата. Потому суд был предельно кратким. И Мардук, тогда носивший несколько иное имя, оказался в этой дыре. А именно в Долинах, где и размещался, собственно, основной анклав обитателей этой «милой» планетки.
Пусть миновало время, когда на Последнем приюте царили условия, полностью соответствовавшие требованиям заключения, и жизнь зэков стала более спокойной, но все относительно, и выживать в условиях Долин, где постоянные разборки разнообразных банд превращали города в некое подобие миниполигонов, тоже было не очень просто.
В один прекрасный день бывший спецназовец плюнул на все и, оставив позади небольшую каморку, предоставленную ему Империей за все былые заслуги, жестко расписанный быт, насаждаемый администрацией планеты-колонии, и больше не желая следовать ничьим приказам, будь то высокопоставленное имперское командование или главари банд, перевалил через хребет Альмага и оказался в Пустынных Землях. Здесь, по сравнению с прежними условиями была настоящая вольница. Правда, и здесь требовалось немало хладнокровия, чтобы как-то устроиться и оставаться в живых в течение длительного времени. А Мардук провел на планете довольно много лет.
За это время жители Долин успели окончательно поцапаться с администрацией, так что всему аппарату исполнения наказаний на планете стало делать совершенно нечего, если только у них не было извращенного желания покончить с собой в особо изуверской форме. И вскоре заключенные на планете оказались предоставлены сами себе. Установили собственное подобие власти в городах, как они это понимали. Разборок, естественно, от этого меньше не стало.
Чиновники Империи, посовещавшись, решили, что тратить силы и средства на то, чтобы подавить бунт на 45ч-12, и просто махнули рукой. Содержание планеты и так влетало в круглую сумму, гонять военный флот в столь удаленный конец космоса – удовольствие ниже среднего. Да и куда эти самоуправцы денутся с планеты, на которой не осталось ни одного способного к передвижению космического корабля, который сумеет выдержать межпланетный перелет требуемой длительности.