Перекресток в Никодимске
Шрифт:
— Через три дня, кажись, должен приехать,— поднимаясь, вздохнул Носорог.— Только вряд ли он поведётся.
— Попробовать стоит,— сказала Лена.— Иди на физику, ещё пол-урока осталось. И веди себя с достоинством, не опускайся до драк. С по-настоящему крутым и драться никто не рискнёт, девушки это без слов чувствуют,— правда!
Когда она вернулась в кабинет, седьмой класс уже вовсю бесился. Налицо было швыряние мелом и тряпками, плевание жёваной бумагой через трубочку и прочие радости жизни. Когда она оканчивала институт, казалось, что эти простые школьные радости канули в Лету под напором смартфонов и гаджетов, но практика показывала, что она ошибалась. Стоило проверить стул: вдруг там лежит традиционная канцелярская кнопка?
Глава 8. Горький шоколад
После звонка Елены Андреевны Миша приходил в себя минут пять. «Слишком много событий
Миша прошёл на кухню и заварил себе двойной чай. Мама часто ругала его за эту привычку, но ему нравился вкус крепкого и очень сладкого чая, поэтому он не стесняясь сыпал четыре ложки сахара к двум пакетикам чая, а потом наслаждался горячим напитком. В биологии он был не силён, но помнил, что сахар питает мозг энергией, после этого напитка и действительно думалось лучше. Правда, все мыслители из фильмов и сериалов пили для этого крепкий кофе, но из-за проблем с сердцем кофе Мише было нельзя, и он втихаря компенсировал это крепким чаем.
После такого напитка стало полегче. Миша уселся за стол, вырвал из тетради двойной листок и принялся рисовать схему событий, чтобы лучше понять, что же всё-таки произошло и что стоит делать дальше. Каждый элемент схемы он нумеровал и подписывал рядом плюсы и минусы, так что получался такой разветвлённый список, похожий на лестницу и ведущий к низу листка.
Когда работа была завершена, Михаил кропотливо пересчитал плюсы и минусы, придя в итоге к выводу, что в целом день прошёл хорошо. Конечно, в нём ещё бушевала злость по поводу драки с парнями, было стыдно из-за того, что его побили при Жанне, но, с другой стороны, она бросилась его защищать и позже была рядом, а этого дорогого стоило. Очень хотелось написать ей сообщение, что с ним всё хорошо, но Миша специально этого не делал. Невидимый Пушкин в голове твердил заветную мудрость «Чем меньше женщину мы любим, тем легче нравимся мы ей!». Авось первая напишет, это будет гораздо круче.
Больше всего огорчило, что мама расстроилась и очень за него переживала. Попросила даже дядю Серёжу, заведующего приёмным отделением, сделать ему рентген черепных пазух. К счастью, никаких серьезных патологий выявлено не было, но мать настояла, чтобы он шёл домой, а не возвращался в школу, видимо, опасаясь повторения драки. О причинах она не спрашивала, наверняка собиралась серьезно поговорить вечером — на работе дел всегда много.
Вторым жирным плюсом ситуации, кроме того, что Жанна проявила к нему серьёзный интерес, стала Ксения Олеговна. С историчкой получилось очень неловко: он всю дорогу называл её неправильным отчеством, пока учительница ему деликатно не сказала об этом. Вроде бы она ничего такого о себе не рассказывала, но тех двадцати минут, что они провели вместе, вполне хватило, что бы Миша заметил кое-что интересное.
Он вырвал из тетради ещё один листок и принялся записывать факты, связанные с новой учительницей, попутно добавляя к ним свои предположения, чтобы изложить их Жанне. В голове уже возникла приятная фантазия, что Ивова зайдёт вечером его проведать, а он напоит её чаем, расскажет о своём детективном расследовании. Ещё можно показать наработки и даже программы, которые пишет, и ещё…
Из мира сладостных фантазий Мишу вывел звонок матери, которая попросила не встречать её с работы. Мол, задержится, а попозже её подвезут. Такое изредка происходило, иногда даже приезжала на «скорой». Обычно такие задержки были связаны с какими-то проверками и ревизиями, которые затрагивали маму напрямую, но, бывало, она оставалась кому-то помочь или кого-то подменить. В этот раз Миша даже обрадовался: можно пригласить Жанну в гости и не опасаться прихода матери — всё прямо одно к одному! Он забросил недописанный план секретного доклада и ревностно принялся за уборку.
Из-за вчерашней прогулки дома царил беспорядок. Мать пришла вечером уставшая, наскоро поужинала и завалилась спать. Михаил же, переполненный возвышенными фантазиями, весь вечер после свидания строил новые планы и не обращал внимания на разбросанные вещи. Теперь, взглянув на комнаты критическим взглядом, он понимал, что обстановка выглядит просто отвратительно. Старая, ещё от бабушки доставшаяся мебель, выцветшие занавески, облезлые двери в ванную и туалет, пожелтевшие обои. На кухне— затёртая скатерть. Груда сваленной на стул одежды, нестиранные вещи в тазике в ванной, бардак из всяких мелочей на полках у стола. Даже учебники и тетради не лежали ровной стопкой. Почему раньше он не обращал на это внимания? Мысль о том, что он пригласит девушку к себе домой, казалась столь несбыточной мечтой, что он даже боялся о ней подумать. А теперь вот повод появился, и нужно что-то делать. Обычной уборкой и стиркой он, конечно, занимался и ранее, но вот наводить идеальный порядок в своих личных вещах нужным не считал. Коробки с проводами, компьютерными деталями, микросхемами от старой советской техники и всем прочим прятались у него под письменным столом, а ещё куча мелочей валялись на полках. Жанну приводить в такой ужас было очень стыдно, а выкидывать
свои богатства — жалко. После недолгого размышления решил применить хитрый ход и убрать рабочий хлам просто на время. Он оделся и отправился в соседний двор, где обретался чудом переживший все экономические катаклизмы небольшой продуктовый ларёк. Продавщицей там работала мамина знакомая, и он без труда выпросил несколько пустых картонных коробок из-под конфет. Правда, пришлось купить печенье, которое в ларьке стоило чуть дороже, чем в «Пятёрочке», но тут уж ничего не поделаешь; да и гостью хоть чем-нибудь угостить всё равно придется.Выйдя из ларька, Миша задумался, стоит ли ему купить презервативы. Конечно, такое допущение, как секс на втором свидании, выглядело совсем уж фантастическим, но Жанна, бросившаяся из-за него в драку,— это было нечто из области фантастики, она целый год вообще не обращала внимания на его существование. Денег оставалось предательски мало, и выбор был чрезвычайно сложен. А вдруг и в этот раз повезёт, а он будет к этому не готов? В такой ситуации можно и локти себе отгрызть от обиды. С другой стороны, вот она сидит рядом, пьёт чай,— как ему решиться на такое? Это же не порнофильм, где девушки прямым текстом говорят «давай потрахаемся!» или сами начинают раздеваться. Такого в жизни быть не может, только легкий намёк в лучшем случае, но как его распознать? Во время прогулки ей, кажется, что-то пришлось не по душе, но он так и не понял истинную причину…
После пятиминутного размышления Миша пришёл к выводу, что торопиться в этом вопросе ни в коем случае нельзя. Поцелуй, и ничего больше. Очевидно, что и для Жанны этот раз будет первым, значит нужно сделать всё, чтобы ей очень понравилось, а то все усилия пойдут насмарку. Нужно быть последовательным. Он пострадавший, раненный в драке — значит, никаких намеков и приставаний. И вообще, пока Ивова даже ни одного сообщения не написала, с чего он решил, что она вообще придёт?
Немного отрезвев от свежего воздуха, Миша отправился домой и продолжил заниматься уборкой, правда, с куда меньшим энтузиазмом. Сгрёб с открытых полок весь электрический хлам, свалил в коробки и отправил в угол комнаты. На освободившееся место аккуратно расставил книжки, паяльник, тестер, коробочки с деталями и несколько удачно спаянных «разработок». Потом приложил массу усилий, чтобы привести в порядок кухню, ведь чайную церемонию предполагалось проводить именно там. Нашёл у матери в запасниках приличную скатерть и занавеску, до блеска отмыл плиту и надраил чайник, даже скрипучую петлю на старом шкафчике подтянул и смазал. Следующим пунктом, вызывающим стыд, был туалет, но с ржавыми трубами ничего сделать было невозможно. Он принялся чистить унитаз дезинфицирующим средством, когда из комнаты раздался долгожданный телефонный звонок. Миша бросился отвечать, едва не разбив лоб об дверной косяк.
К сожалению, на экране мобильника мерцала надпись «Класс. Руков.». Парень поднёс трубку к уху и с опаской спросил:
— Алло, Елена Андреевна, это вы?
— Алло! Да, Миша, это я. С тобой всё нормально?
— Ну да, я вам писал: нос не сломан, сотрясения вроде бы нет.
— Я хотела поговорить о том, что сегодня произошло. Вы правда поссорились из-за компьютерной игры?
— Ну как бы да,— неуверенно ответил Миша.
— Ты злишься на него?
— Ну… я…
— Это я попросила его извиниться,— сказала Елена Андреевна.— Я сделала так, что они с Артёмом тебя больше не тронут.
— Спасибо, но…
— Подожди, я не договорила,— строго сказала учительница.— Я хочу, чтобы вы помирились, завтра пожали друг другу руки, и больше драк не было, ладно? И ещё большая просьба. Никому не говори, что он перед тобой извинялся. Просто пожмите руки, будто этого никогда не было. Обещаешь?
— Да… но, он до меня уже не первый раз приставал и бил, я просто первый раз это… как бы не выдержал и попытался ответить.
— А почему ты раньше ко мне не обратился?
— Я жаловался ещё давно, вы тогда в декрете были. Наш класс в то время Мария Александровна вела. Она тогда и родителей Санька в школу вызывала, и Тёмину маму. И моя была, они тогда долго обсуждали, а толку не было — потом всё по-новой как бы…
— Теперь не будет,— уверенно сказала Лайка.— Поверь мне: всё будет хорошо. Мы договорились насчёт примирения завтра?
— Да, конечно. Я никому про Санька не скажу.
— Вот и хорошо. Если будут проблемы — ты приходи, рассказывай, не стесняйся, чем смогу — помогу. Я знаю, что тебе непросто.
— Хорошо, спасибо, Елена Андреевна!
— Ладно, у меня урок. До свиданья.
— До свидания, Елена Андреевна!
Миша вернулся в туалет и задумчиво уставился на недомытый унитаз. Он не очень понимал, что произошло, но, похоже, ситуация разрешилась как-то сама собой, без его участия. Мысли так были заняты Жанной, что он вообще не думал о продолжении разборок с Носорогом, его звонке с извинениями и об остальном. На фиг думать об этом дебиле! Похоже, Лайка вызвала в школу его родителей или ещё что-то там сделали, но не суть. Главное, что теперь вроде бы ничего не грозит. Это определённо было хорошо, что бы там с Носорогом ни сделали. Надо, чтобы тот его не трогал, а остальное, в принципе, по фигу.