Перехват
Шрифт:
Яркие фары прорезали темноту – двадцать метров, сорок, шестьдесят…
– Сэр, похоже, у них потери! – прокричал на открытой волне Хирш.
И тут Джек поразился, поняв, откуда у «таргара» пляшущая походка – он двигался по телам врагов.
– Вас понял, – сухо отозвался Лефлер.
Впереди метрах в пятидесяти что-то промелькнуло, и оба «грея» справа от Джека ударили короткими очередями.
– «Носорог» уничтожен! – торжествующе объявил лейтенант Карно.
Снова замелькали цели, и совместно с пушками «греев» затарахтели автоматы разведчиков. Голубоватые трассеры понеслись вдоль галерей,
Похоже, им повезло, но лишь потому, что тем, кто пытался атаковать этот объект до них, не повезло вовсе. Скорее всего, те остались в подземелье почти все. Почти, потому что кто-то все же вернулся с важной информацией, и благодаря этому штурмовик правильно навел бомбу, и «носороги» разом потеряли почти весь гарнизон.
Теперь врагам оставалось только метаться, попадая под огонь арлизонских разведчиков и зенитных пушек «греев».
У Джека работы почти не было, он лишь изредка успевал пальнуть из своей пушчонки, в основном его опережали пехотинцы, которые укрывались за броней «таргара».
Только он прицеливался, и р-раз – его мишень срезали несколькими очередями сразу.
Время боя быстротечно, развитие боя плохо предсказуемо. Скоро Хирш с Шойбле оказались уже где-то в других коридорах, где продолжали преследовать и уничтожать врага. Сначала Джек с ними переговаривался, потом связь слабла – мешала толща земли, но в конце концов именно Джек оказался на главном направлении и именно ему Лефлер кричал: «Давай, соколик, вон тот – самый главный!».
Казалось бы, схватка, как на поверхности: есть враг, и ты его преследуешь. Однако здесь это напоминало какие-то спортивные состязания, гонки по подземным галереям. «Носороги» и «бэжэ» мчались прочь, изредка отстреливаясь, а Джек, благодаря скорости и маневренности «таргара», постоянно висел у них на хвосте.
Повороты, повороты, заносы, падения! Еще никогда ему не приходилось так быстро поднимать машину!
А потом вдруг бац – и стена!
– Джек, они укрылись там! Джек, мы должны последовать за ними!
Кто это был? Лефлер, Карно или кто-то еще? После бешеной гонки Джек почти не различал голосов. Он понял только одно: впереди ворота, и за ними укрылся коварный враг, за которым неслись столько поворотов!
– Они взорвут сфероид!.. – проорал кто-то, и Джек вспомнил тот чудовищный взрыв, который наблюдал из иллюминатора.
Тогда казалось, что работа сделана на «отлично», оставалось вернуться домой и получить заслуженные поощрения, но вдруг – промелькнувший мимо дрон, а потом взрыв и фонтаны земли там, где еще недавно они одержали уверенную победу.
И все трофеи накрылись разом.
41
Инфракамера заметила едва заметные сполохи, когда в замках провернулись языки из легированной стали.
«Кажется, здесь…» – подумал Джек, прикидывая место для атаки, и вдруг один за другим в ворота ударили два снаряда из сорокапятки Шойбле.
– Ты как тут оказался?! – в сердцах воскликнул Джек.
– Я пришел помочь!
– Пока ты мешаешь, Петер, прекрати стрелять!..
– Понял… Прекращаю…
Джек перевел дух, представляя, как много людей сейчас следит за ним. Сколько у них у всех времени? Четверть часа или десять секунд?
«Об
этом мы скоро узнаем…» – подумал Джек, и первая граната врезалась в ворота туда, где, как он полагал, находился главный замок.Раздался взрыв – и узор из мгновенных деформаций металла разбежался по конструкции ворот, а тонкая матрица камеры приняла это к сведению.
Теперь Джек увидел механизм замка и понял, что промахнулся всего на полметра. И снова выстрел! Граната выбила главный запор, и левая створка ворот подалась вперед, что сразу заметили пехотинцы, – Джек услышал их торжествующий рев. А потом они понеслись вперед и затеяли перестрелку внутри просторного ангара.
Джек повел «таргар» следом и, едва выбрался в ангар, увидел висящий над полом сфероид, не такой огромный, как в прошлый раз, но достаточно большой, чтобы поразить любого, кто это видел.
– Стойте! – прокричал на открытой волне Крафт, и Джек заметил, как старшина побежал вокруг сфероида, не давая арлизонцам добить захваченных «носорогов».
– Нет… нет… не этот… – бормотал Крафт себе под нос, и микрофон исправно передавал это в эфир. – Ага, стоп! Это он – капитенмер!
Джек увидел, как Крафт разорвал на груди пленника застежки бронежилета, а потом с величайшей осторожностью вытащил из его нагрудного кармана пластинку размером с записную книжку.
После этого судьба пленников его больше не интересовала, и арлизонцы с ними покончили.
– Внимание, команда! Мы уходим! – прозвучал в эфире голос капитана Лефлера. – Собираем раненых, убитых и уходим! Мы свою работу сделали!
Пехотинцы стали выбегать из ангара, и Джек начал подавать «таргар» назад, продолжая любоваться значительной красотой двадцатиметрового сфероида.
«Интересно, как он отсюда выбирается?» – подумал Джек. Все стены, потолок и полы в ангаре были бетонными, а ворота вчетверо меньше, чем сам сфероид. С другой стороны, сфероиды обнаруживали лишь тогда, когда они поднимались из земли, а значит, эта громадина могла путешествовать в земляной толще. Или нет? Чепуха какая-то.
За воротами Джека ждали машины Шойбле и Хирша.
– Ну что, красиво там? – спросил Хирш.
– Не то слово… Эта громадина висит над землей, представляешь? Как это возможно?
– Это враждебная красота, камрад, давай сваливать отсюда, – высказался Шойбле. Оба «грея» синхронно развернулись и, освещая дорогу мощными прожекторами, зарысили прочь от ангара, и Джек тоже не стал задерживаться.
Они ни разу не сбились с пути и скоро стали взбираться по рыхлому грунту недавно прорубленной штольни, однако то, что они увидели снаружи, поразило их.
Со всех сторон в неглубокую седловину слетались геликоптеры – большие, малые, транспортирные и специальные. Какие-то были уже на земле и в облаке пыли высаживали десант, другие нарезали круги, выбирая подходящую площадку.
– Что происходит, камрады? – спросил Шойбле.
– Похоже, Лефлер пригласил друзей на вечеринку, – предположил Хирш, и, действительно, метрах в тридцати справа, прикрываясь от поднятой винтокрылыми машинами пыльной бури, капитан Лефлер что-то втолковывал четверым военным с большими звездами на погонах. Они кивали, переспрашивали и тоже закрывались от пыльного шквала, когда он становился совсем непереносимым.