Чтение онлайн

— Потому что таков ход событий, — прошептал он. — Так ты мне тогда рассказывала. Закон для тех из вас, кто нарушает порядок. Ты знала об этом и все равно не хотела отрекаться от жизни.

Смысл этих слов медленно проникал в сознание Саммер. Любимый видимо неправильно истолковал ее молчание. В его голосе слышалось отчаяние, когда он снова заговорил.

— У нас нет времени на объяснения. Тебе что-нибудъ говорит имя Вий? Она говорила об этом с другой Зоря возле баркаса.

Внутри нее все сопротивлялось, но потом она вспомнила про Бельен и Анжея, слезы во время прощания. И Зоря, молчаливые... как будто скорбящие. И когда Саммер окончательно поняла, у нее было ощущение, что её ударили

кулаком в живот и лишили возможности дышать.

— Поверь мне, нет никого, кто бы желал Индиго смерти больше чем я, — поспешно сказал Любимый. — Но не такой ценой! Теперь решай, ты хочешь жить или умереть?

Она схватила его за воротник, до боли вонзив ногти в кожу его куртки.

— Любимый! — прошептала она сдавленным голосом, — я не хочу умирать!

 

Глава 23

Зимние цветы

Частичка ее сбежала вместе с Любимым и хотела выжить любой ценой. Частичка была начеку, нагибалась и ползла, открыла дверь лошадиного стойла, вошла, загнала ее в угол и заставила паниковать, снова выбежать и устроить суматоху в лагере. Это была та же часть нее, которая не раздумывая забралась следом за Любимым на украденную верховую лошадь, и та с пеной у рта ринулась прочь, подгоняемая страхом. Но другая часть нее воспринимала все это как сон. Она словно издалека наблюдала за двумя убегающими, которым удалось покинуть лагерь и затеряться в густой полосе леса за линией фронта.

Только на рассвете, когда они искали пристанище под ветками ивы, наступил шок. Она долго плакала, а Любимый, ничего не спрашивая, просто держал ее в объятиях. Ее бабочек нигде не было видно, и Саммер была бесконечно этому рада.

— Они все знали, что я не помню, что меня ожидает! — шептала она. — Но заставили поверить, что я просто до конца выполняю свое задание. Они подвергли мою жизнь опасности! Почему меня не удивил тот факт, что Бельен и другие никогда не говорили, что мы скоро увидимся? Знаешь, почему?

Любимый молча покачал головой. Саммер шмыгнула носом и продолжила.

— Потому что для меня было очевидно, что я вернусь! Потому что я доверяла им и была частью их. А для Зоря также очевидно было, что я погасну за свой проступок.

Она горько засмеялась.

— Леди Мар прощает, о да! Но она не меняет ход жизни ради одной Зоря. У меня вообще не было выбора! Мне уже давно был вынесен приговор.

— Это называется предательство, — спокойно сказал Любимый и погладил ее по щеке. — Это больно, но боль пройдет.

Саммер испытала еще один шок. Именно в эту секунду ей стало ясно, что она сотворила с ним. «Ты должна сказать ему». Но она, стиснув зубы, молчала. «Только не он, я не вынесу, если потеряю еще и его».

— Как ты меня нашел?— спросила она вместо этого.

— Я сидел один день в пещерах. Когда начался прилив, я забрался в заднюю часть пещеры, туда, где стоит баркас. Там были две Зоря. Они говорили о том, что тебя ожидает, когда ты найдешь Индиго. Так я узнал, что он еще жив. К счастью они сказали, какими путями ты должна попасть в лагерь лорда Теремеса. Когда во время следующего отлива я выбрался из пещер, и сделал все возможное, чтобы окольными путями животных-бегунов быстрее тебя попасть в лагерь и найти Индиго до того, как его найдешь ты, — он понизил голос. — И я чуть не опоздал!

— Почему ты раньше не сказал, что обо мне знаешь?

— Мы еще слишком мало времени доверяем друг другу, — серьезно сказал он. — Я все еще был заключенным, полностью в вашей власти. Сейчас мы впервые просто ты и я.

«Ты и я». Саммер некоторое время раздумывала над этими словами. Звучало красиво. Но одновременно существовало

еще и «Мы» Зоря, которое волновало ее и от которого ей хотелось избавиться.

— Теперь ты скажешь мне, что тогда произошло на самом деле? С... Индиго?

Она почувствовала, как отяжелели его руки, державшие ее, как будто на него давил груз воспоминаний.

— Ну, хорошо, — сказал он через некоторое время. — Я служил у него. Я... был кем-то вроде адъютанта, его доверенным лицом. Я научил его фехтовать левой рукой, потому что он был ранен. Он еще мог писать правой рукой, но был не в состоянии поднять полную бутылку вина.

— Он выкупил тебя из кузницы?

— О, да. И я любил его за это. Сегодня мне кажется, что во мне он увидел себя. Мы немного похожи.

Он кашлянул и продолжил говорить тихим и дрожащим голосом.

— Он дал мне поручение защищать тебя и проводить с тобой время. Сказал, что ты его невеста. Но мы влюбились друг в друга, и я каждый раз сгорал от ревности, когда видел, как ты смеялась и танцевала с ним. Индиго был не тем, кто прощает. Я знал, он убьет меня, если узнает, что мы целовались. А потом... ты рассказала мне, что ты предвестница смерти Индиго. И что у тебя есть крылатый плащ. Не знаю, поверил ли я тебе. Я не видел этого плаща. Ты говорила, что хочешь стать человеком и боишься быть наказанной своей хозяйкой. Еще ты сказала, что даже готова украсть жизнь, чтобы стать человеком. Я посмеялся над этим. Однажды... мы были вдвоем в порту, и я показал тебе место, где находится южная звезда.

— Я помню об этом, — тихо сказала Саммер. — Мы хотели вместе уехать.

— Скорее это должен был быть побег. Туда, где бы нас не нашли ни Индиго и ни твоя повелительница. В ту ночь, когда мы приняли это решение, я был счастлив.

Саммер опустила взгляд и склонила голову на плечо Любимого. «Ночь, в которую я украла его сердце». Ее щеки пылали, но при этом она чувствовала озноб как при температуре.

— Как всегда я покинул тебя еще до рассвета. Ушел обратно в замок. Не прошло и секунды после моего возвращения, как в комнату вошел Индиго...

— Он приказал связать меня. Это было утро, которое я тоже еще помню. Они привели меня к месту казни. И там был ты!

Голос Любимого стал тихим и монотонным, когда он продолжил говорить.

— Он приказал мне казнить тебя. Палач дал мне свой плащ и меч. И даже перчатки. И я сыграл в эту игру. Потому что это была единственная возможность уберечь тебя, — он с трудом сглотнул. — Тайком я развязал тебе руки. Меня еще удивило, что они были слабо завязаны. Ты бы могла сама освободиться. Я шепнул тебе на ухо, что намеренно промахнусь и затем брошусь на солдат. А ты должна была убежать. Но ты... была какая-то странная. Вела себя так холодно. У тебя даже страха не было.

— У меня был страх! Смертельный страх!

— Индиго стоял наверху у окна и наблюдал за сценой. Я бесконечно ненавидел его. Я поднял меч, прикидывая как бы мне убить палача, стоявшего неподалеку и освободить тебе дорогу. Но потом... я выронил меч, от пронзившей меня боли. Я успел почувствовать, как мне вонзили кинжал меж лопаток, после чего я упал. А когда... пришел в себя, то понял, что меня несли. Несколько человек тащили меня в сторону рва как мертвую собаку. Я не мог ни говорить, ни даже моргать. Я и вправду был как будто мертв, но мои глаза еще видели. И то, что я увидел, разрушило все, во что я верил в своей жизни. Индиго и ты на эшафоте. Он помог тебе подняться, обнял тебя. Вы стояли, прижавшись друг к другу, как влюбленная парочка. Ты улыбалась ему, а потом твой взгляд скользнул ко мне. В этот момент я умер во второй раз. В твоем взгляде читалось холодное презрение. И триумф.