Чтение онлайн

— Извини, но по воскресеньям банки закрыты.

— Откуда мне знать? Мне нечего держать в банке, — усмехнулась девушка.

Коул подозрительно прищурился:

— Ты опять жалуешься?

— Нет, просто говорю то, что есть. — Элайна пожала плечами.

— Кстати, а как ты распоряжаешься своими деньгами? По-моему, ты уже заработал достаточно, чтобы купить себе новую одежду.

— Ничего, сойдет и эта. Ну, мне пора, а то я не управлюсь с уборкой до позднего вечера. Вы платите мне не за пустую болтовню.

— Обязательно дождись меня, — крикнул ей вслед капитан. — Или разыщи свой ключ.

— Ладно уж.

Ближе

к полудню Коул решил перекусить и заодно просмотреть письма, привезенные сержантом Гриссомом. Мельком взглянув на надушенные записочки от Ксантии Морган и Кэролайн Дарви, он спрятал их за пазуху, решив прочесть дома, на досуге. Отсутствие вестей от отца встревожило его, и поэтому первым он решил прочесть письмо от Освальда Джеймса, юриста и давнего знакомого семьи, отправленное почти две недели назад. Решив удовлетворить любопытство, Коул сразу вскрыл конверт. Первая же строчка стала для него тяжким ударом: «С прискорбием вынужден сообщить, что вчера ночью ваш отец скончался…»

Роберта приказала Джедедайе остановиться возле площади Джексона и, велев ему ждать, отправилась дальше пешком, не обращая внимания на жадные взгляды проходивших мимо солдат — сегодня у нее были совсем иные цели, ради которых не стоило отвлекаться на мелкий флирт.

Накануне она украдкой вытащила ключ из кармана Элайны, и теперь этот ключ лежал у нее в перчатке, словно гарантия того, что все пойдет как по маслу. Даже уговорить отца позволить ей прокатиться по городу оказалось довольно просто. К тому времени, как Коул Латимер вернется домой, туалет Роберты окажется в таком виде, что всю его нерешительность снимет как рукой: до сих пор капитан искусно обходил расставленные ловушки, но сегодня ему придется сдаться.

Быстрый перестук острых каблучков выдавал нетерпение Роберты. Теперь, когда план созрел, ей не терпелось осуществить его. Переспав с Коулом, она заявит, что ждет ребенка, и даже если капитан будет отказываться поступить так, как велит долг, отец сумеет убедить его.

Она уже собиралась вложить ключ в замочную скважину, когда за ее спиной послышались шаги. Надежды Роберты растаяли в одну секунду: она узнала в приближающемся рослом и широкоплечем мужчине капитана Латимера. Когда он снял шляпу, девушка кокетливо рассмеялась.

— Капитан! Вы не поверите, но именно вас я мечтала увидеть в эту минуту!

— Вы зашли за Элом? — Коул отлично помнил, как он сам сказал Роберте, что пробудет на дежурстве весь день. Так и должно было быть, но главный врач, узнав о смерти его отца, дал Коулу выходной.

— За Элом? — настороженно переспросила Роберта. Ее планы рушились быстрее, чем она успевала исправлять положение. — А я думала, этот скверный мальчишка ловит рыбу или болтается где-нибудь…

— Он здесь, — уверенно сказал капитан, открывая дверь. Действительно, у порога стояли огромные башмаки, а из соседней комнаты слышалось шуршание веника. Роберта вошла в дом прежде, чем хозяин успел пригласить ее, и ему оставалось только последовать за ней.

— Эл! — громко позвал он.

В ответ раздался раздраженный возглас:

— Каким ветром вас принесло сюда? Вы ведь должны быть в госпитале!

Выйдя из гостиной и увидев Роберту, Элайна застыла на месте. Обе девушки с явным неудовольствием смотрели друг на друга. Наконец Элайна прислонилась к дверному косяку и почесала

нос.

— Похоже, у вас гости, капитан, а значит, мне следует поскорее покончить с уборкой и убраться восвояси…

— Ошибаешься. — Коул прошел мимо Элайны на балкон. Заметив экипаж и Джедедайю на козлах, он обернулся и взглянул на Роберту: — Я не хочу компрометировать столь очаровательную особу, поэтому Эл проводит вас до экипажа. — Заметив, что Роберта собирается возразить, он поднял руку. — Прошу меня простить, но я только что получил известие о смерти отца и совсем не расположен к беседе.

— Ваш отец умер? — ахнула Роберта.

Ей едва удалось скрыть свою радость: теперь никто не стоял между Коулом и деньгами его семьи.

Элайна взяла кузину под руку.

— Идем, Робби, капитану надо побыть одному. — Она нерешительно оглянулась. — Я постараюсь закончить как можно быстрее и тоже уйду, остальным займусь завтра.

Роберта изображала скорбь все время, пока кузина выпроваживала ее из дома, как напроказившую школьницу. Чернокожий возница удивленно уставился на Элайну.

— Мисс Эл! — Он усмехнулся. — Боже милостивый, так вот к кому так спешила мисс Роберта! А я уж думал, мне придется рассказать мистеру Энгусу, что она навестила янки…

— Отвези ее домой, Джедедайя. Я тоже скоро вернусь.

— Слушаюсь, мэм! — Негр расплылся в широкой ухмылке. — Отвезу прямо домой, нигде не остановлю. Вы слышали, мисс Роберта?

— Ты будешь делать то, что прикажу я, — недовольно отозвалась Роберта. — А теперь скорее поезжай.

— Как скажете, мисс. — Джедедайя снова широко улыбнулся и стегнул лошадь.

По Новому Орлеану разнесся слух о том, что отряд южан был растоптан перепуганными мулами северян во время ночной битвы в окрестностях Уохатчи, в Теннесси. Конфедераты дали этому событию более достойное объяснение: отряд уже был измучен сражениями с частями Орланда Смита и Тиндейла, но это мало кого успокоило.

Город притих, затаился. Проезжая верхом на Тар по улицам Нового Орлеана, Элайна отчетливо ощущала горьковатый привкус еще одного поражения. Для Юга Рождество в этом году выдалось унылым.

В конюшне госпиталя Элайна нашла пустой денник, где привязала Тар и тайком засыпала в ее кормушку несколько пригоршней сена, похищенного у других лошадей. Заметив чалого жеребца, принадлежащего капитану Латимеру, она по-мальчишески присвистнула. В госпиталь девушка вошла через черный ход и, повесив сумку и шляпу возле двери, сразу же занялась своими швабрами, тряпками и ведрами. В коридоре ей попался ординарец с охапкой бинтов, он чуть не сбил Элайну с ног, но даже не извинился и опрометью бросился к ближайшей операционной.

Девушка долго смотрела ему вслед, затем шепотом выбранила неуклюжих янки и направилась своей дорогой. Она явилась в госпиталь пораньше с тем расчетом, чтобы успеть навестить Бобби Джонсона.

Ей сразу бросилось в глаза, что на этот раз раненые приветствовали ее с необычной сдержанностью: не слышно было привычных шуток и едких замечаний. В пятой палате стояла напряженная тишина. Элайна увидела пустую койку, а затем простыню, прикрывающую огромное пятно засохшей крови. Ни на кого не глядя, она выбежала из палаты и возле операционной прислонилась к стене, задыхаясь от острой боли в груди.