Чтение онлайн

"Да. Я помогу."

– Не надо!

"Клинку нужна душа. Я дам тебе шанс."

– Но... Зачем?

"Как ты дал шанс мне."

– Но я... Я убил тебя!

"Я не боролся за свою жизнь - ты боролся за нас обоих. Я не мог себя заставить увидеть мир за стенами квартиры - ты показал мне даже больше. Я не виню тебя. Я благодарен."

Голос затухал с каждым словом, будто отдаляясь, истаивая, а кинжал, напившись, со звоном упал на кафель. Я с огромным трудом, зажимая рану рукой, встал на колени. Невзирая на адскую боль, грозящую отправить меня в нокаут, взял кинжал в руки и присмотрелся к нему поближе: тонкая красная ниточка, пульсируя тянулась от рукояти к Личу. Кинжал переваривал

поглощенную душу и делился пищей с хозяином. Эта нить оставалась последней. Сосредоточившись, я разогрел клинок как можно сильнее, вкладывая в это дело почти всю свою ярость, и с почти физическим наслаждением пронаблюдал, как лужица расплавленного металла стекает на пол. Последняя нить подпитки оборвалась.

Левую руку жгла моя же кровь, тело ломило, голова шла кругом, в глазах темнело... Я едва дополз до тела своего бывшего друга. Ему хорошо, он в отрубе, пока я тут медленно подыхаю...

– Прощай, Санёк...
– С трудом выдавил я, кладя светящуюся синим ладонь ему на лицо.
– Покойся с миром.

Тело Лича выгнуло дугой, мелко затрясло и, наконец, расслабило. Я убрал руку и увидел, как из его рта вылетают два облачка: белое с бирюзовым отсветом зависло на секунду и устремилось вверх, сквозь потолок; и грязно-серое с маслянистыми разводами, покружив по комнате, осело на книге в изголовье алтаря. Филактерий! Алекс был прав!

Откинувшись на спину, я потянулся за книгой телекинезом, но притянуть не успел - меня скрутил приступ кашля. Отхаркнув кровь на задымившуюся кучу тряпья, я снова потянулся за ней, но на сей раз она шлёпнулась на полпути.

– Эш!
– Донеслось сзади из одного из ответвлений комнаты.
– Эш, ты где?!

В зал, ярко осветив его двумя огненными шарами, вбежали четыре размытых силуэта - я уже едва мог различить хоть что-то. Надо же! Я и не заметил, как мои "светлячки" погасли... Веки сами собой закрывались, отрезая меня от мира.

– Эш!
– Меня похлопали по щекам, немного приводя в чувство.
– Эш, не спи!

– К... к-к...
– Едва прохрипел я.

– Да, это я, Катя...
– Размазав слёзы по щекам, всхлипнула девушка. Я замотал головой.

– К...
– Я вытянул палец вперед.
– К-кни-га... Д-дай...

Ира шустро подхватила её с пола и положила рядом со мной, пока Эмбер зажимала грязными тряпками мою рану.

– Эрик!
– Настороженно начал Алекс.

Из последних сил, подпитываемый эмоциями и надеждой окружающих, я зажёг на трясущейся ладони крохотный синий огонёк и поднёс его к проклятой макулатуре. Она моментально вспыхнула и в пять секунд обратилась невесомым пеплом. Вылетевшее из неё грязно-серое облачко я успел схватить всё ещё светящейся рукой и сжать в кулак. Краткий миг сопротивления, и от Лича ничего не осталось.

– Сдохни, Том Реддл.
– Прохрипел я, закрывая глаза.

Мягко, мягче чем обычно Тьма приняла меня в свои объятия. Уже погружаясь в неё с головой, я будто сквозь вату слышал отдаленное:

– Держись, Эрик! Ава в пути, только не засыпай! Только не зас...

– Гена! Гена, что случилось?!

Женщина вскочила с парапета, на котором сидела последние десять минут.

– Всё хорошо, не волнуйся!
– Успокоил её подошедший капитан.
– Всё уже кончилось.

– Но что там произошло?

– Трансформатор взорвался, старый уже был.

– Странно... Ничего не помню...

– Так бывает от шока, Лара, все уже прошло.

Геннадий

Петрович обнял свою жену и уставился вдаль. Его голова взрывалась от вопросов. Кто эти люди? Что они натворили на самом деле? Правда ли, что тот блондин действительно мог стереть ему память? Ну, судя по Ларисе и окружающим - правда. А вот правильно ли он сделал, что отказался? И почему блондин дал этот выбор только ему?

– Знаешь, Лариса. Поехали домой, а? Ну его к монахам, этот Киев... Лучше дома на шашлыки сходим, к сестре твоей на дачу съездим... Да?

Женщина лишь часто закивала в ответ, уткнувшись заплаканным лицом в плечо мужа.

***

– Ой ты дурак...
– Протянула Роза, дослушав рассказ брата.
– Какой же ты дура-ак...

– Сам знаю.
– Буркнул он, отворачиваясь в окно.

– В следующий раз, прежде чем вытворить какую-то... несуразицу, - она всё-таки сдержалась и подобрала цензурный вариант, - обсуди это со мной. Хорошо?

– Идёт.

Алекс встал с кресла, поправил строгий черный пиджак и протянул руку, помогая подняться сестре.

– Идём, нас уже ждут.

Выйдя из дома, они прошлись по лесу в сторону небольшой полянки, на которой уже всё было готово. Стояли несколько стульев, горели переносные светильники, собрались "одаренные". Почти в полном составе. Никто за пять минут не произнёс ни единого слова.

– Спи спокойно.
– Проговорил Алекс, бросая две гвоздики на крышку гроба на дне могилы.
– Ты не заслуживал такого.

Остальные повторили его жест за ним. Мири, выйдя чуть вперед, взмахнула руками. Огромные корни деревьев обвили гроб будто в кокон и утянули поглубже в землю. Еще один взмах, и провал могилы сомкнулся, порастая свежей молодой травой.

– Он сказал тебе хоть что-то напоследок?
– Шепотом спросила брата Роза.
– Когда вернётся?

– Не знаю. Попросил только друга похоронить.
– Поджал губы блондин, пока на месте могилки прорастала свежая зелёная травка, окончательно маскируя вскопанную ранее землю.

***

– Эй, Натаща! Давай знакомица!

Молодой, поджарый турок в льняных шортах и расстегнутой рубашке подошел к девушке, активно маша рукой и улыбаясь во все тридцать два отбеленных зуба. Рыжеволосая красавица, прикрытая парео, приспустила солнцезащитные очки, утомленно закатила глаза и откинулась обратно на шезлонг. Это был уже двенадцатый подкат за три дня отдыха.

– Слушай, мужик, шёл бы ты с другими знакомиться, а?

– Эта мужь твой, да?
– Улыбнулся турок еще шире.
– Злой такой, нэ лубит тебя, наверна! Пащли са мной, я тэбя сильна лубит буду!

– Нет, не муж.
– Улыбнулся Виталик, приподнимаясь на одном локте и с интересом наблюдая за развитием событий. Эта часть была его любимой.

– А-а-а, парэн, да?

– Нет, не парень.
– Улыбнулась Катя в ответ, тем самым подзадорив турка.

– А пащиму такой красывый дэвущка, и бэз парэн?

– А он за напитками пошел.
– Мурлыкнула она, переводя взгляд за спину молодого человека.

Турок с интересом в глазах улыбнулся, обернулся по направлению взгляда и едва не столкнулся с высоким, накачанным мужчиной, держащим три запотевших бутылки пива в одной руке. Почти всё его тело было покрыто тонкими, ветвистыми серыми линиями, повторяющими венозный рисунок, а на животе отчетливо виднелся большой свежий шрам. Улыбка слетела с лица турка, когда он посмотрел в глаза мужчины, будто бы блеснувшие пугающим синим светом.