Чтение онлайн

По достижении восемнадцати лет он получил от государства квартиру в бывшем общежитии, а ныне - доме для малоимущих семей, и оказался в окружении таких же маргинальных элементов, как и в детдоме. Собственно, здесь он и продолжал обитать по сей день. Родных нет, друзей нет, из знакомых только продавщица в магазине продуктов и пара регулярных сопартийцев в игре. И его это вполне устраивало.

Но это не устраивало меня. Когда я понял, в каком теле оказался, у меня возникло желание сильно разогреться, как тогда в полёте, и сжечь его на хер вместе с его берлогой и тем клоповником, в котором эта квартира располагается! После чего снова лететь по ветру кучкой свободного пепла в поисках новой жертвы... Но, по здравом размышлении я рассудил, что второй раз мне

Ну уж нет! Я получил второй шанс на жизнь, и упускать его не собираюсь. Тем более - с новыми возможностями! Ну нет, пускать фаерболы я обязан научиться! Ну-ка, посторонись, ленивое чмо! Дорогу энтузиастам!

Бесполезно. Сколько бы раз я не пытался взять под контроль его тело, я будто бился о невидимую стену! Когда я изо всех сил напрягся и попытался вытеснить его сознание, это не принесло никаких результатов. Я только лишь начал "распаляться". А он только покачнулся, потрогал закружившуюся голову и пошел к аптечке за жаропонижающим. Хорошо, что я вовремя взял эмоции под контроль и не дал себе спалить тут все к чертям. Душой чувствую, я на это сейчас способен!

Но сейчас мне необходимо было заполучить себе новое тело полностью под моим контролем, а не устраивать массовые пожары... Этим я и потом могу заняться, в конце концов.

План созрел у меня через неделю бесцельной долбежки в закрытую дверь. Я подумал, что раз даже во сне у меня не получается получить контроль, то может не стоить пытаться влить лишний литр воды в полный под крышку бидон? Может лучше не пытаться втиснуться вторым, чтобы не получить раздвоение личности? Что, если спровоцировать потерю сознания и занять его место? В тот момент я был уверен ,что "потеря сознания" - понятие буквальное.

Я аккуратно обволок собой гиппоталамус и попытался сделать так, чтобы обе сонные артерии сжались, обеспечив мозгу кислородное голодание. По моей задумке этого должно было с лихвой хватить. Но ни один план не переживает начала атаки, верно?

– -

Богдану впервые за долгое время стало страшно. Сначала закололо в груди, сразу стала неметь левая рука, закружилась голова. "О, боже! Неужели инфаркт?! В двадцать три года?! Вот черт, вот черт!" - метались в мысли в его голове.

Он попытался встать с дивана и доползти до аптечки, чтобы добраться до валидола - он точно помнил из рассказов бабушек у подъезда, что валидол помогает от сердечных приступов! Но ноги подкосились, и он всем своим богатырским весом рухнул на прикроватный столик, разбив его в щепки и расплескав вокруг колу из незакрытой бутылки.

Головокружение усиливалось, Богдана стошнило, он из последних сил сдерживал внезапно разбушевавшийся кишечник, сил встать уже не оставалось... Первым отключилось боковое зрение. Теперь он видел лишь круглое белое пятно побеленного лет двадцать назад потолка. Да и то стремительно таяло, оставляя лишь черноту после себя.

***

Говорила мне мама, учись на врача! Ну я и пошел учиться. Потом бросил на третьем курсе, поняв, что в этой профессии себя вообще не вижу. И ушел в инженеры. А надо было доучиться, надо! Тогда не вызвал бы сейчас у подопытного тахикардию вместо спазма сосудов! Но кто ж знал, да?

В попытке исправить ошибку, я попытался сердце немного успокоить, приостановить его... Наверное, не рассчитал силы. Когда сердце жирдяя остановилось, я почувствовал себя Гомером Симпсоном за пультом АЭС - тревога, куча моргающих лампочек, сотня кнопок и ни хрена не понятно! И каждым своим действием я только могу усугубить ситуацию. Я запаниковал, попытался сделать хоть что-нибудь, но вызвал лишь рвотный рефлекс и стимулировал перистальтику кишечника. Короче, по моим расчетам, мой подопытный сейчас умирал

Зато кислородное голодание мозга я обеспечил, этого не отнять. Вместе с остальным организмом, правда, но это так, мелочи... Разве это проблема для меня - разумной всемогущей кучки пыли? Ничего страшного, попытаюсь оживить труп! А когда начну разлагаться, то смогу затеряться в толпе на комик-коне, скажу, что это косплей по одному зомби-шутеру. Молодцом, Сёма! Красавчик!

От саркастического самобичевания меня отвлекло странное ощущение, будто бы стена, блокировавшая мне доступ к телу, ослабла. В этот момент я перестал думать. Я просто начал действовать на одних инстинктах. Одной лишь силой воли я нащупал эту "стену", и понял, что это и было его сознание, его... душа. И она... таяла. Я бережно взял её в воображаемые руки и аккуратно сжал в маленький светлый комочек, поле чего поместил его в самый отдаленный уголок памяти, где-то возле его первой новогодней ёлки. Там ему будет тепло и хорошо. Все-таки, каким бы противным он мне не казался, но убивать я его не готов.

Я спасу это тело! Или по крайней мере попытаюсь изо всех сил! Путешествовать по кровотоку, когда кровь неподвижна - то еще удовольствие. Я будто бы продирался сквозь кисель, густеющий с каждой минутой. Однако, каким-то чудом до сердца я добрался и начал проводить прямой массаж. Я вспомнил всё, чему успел научиться в меде, окружил сердце и начал его ритмично сжимать раз за разом, стараясь удерживать ритм и последовательность сокращения желудочков. Это не сильно помогало. Прошло уже полторы минуты, а сердце так и не запустилось. Тогда я решил поменять подход. Я обратился одновременно к своим странным, не понятным пока способностям и к знаниям школьного курса физики - я представил, как от меня отделяются свободные электроны, как они собираются в заряд и как я пропускаю этот заряд через ткани сердца... Вспышка! Получилось! Пробежала вполне реальная искра, заставившая сократиться сердечную мышцу!

Есть! С третьей попытки сердце забилось самостоятельно, тело начало дышать, а я быстренько отправился обратно в голову - занимать вакантное место. Если честно, я даже приблизительно не понимал, как я это сделаю. Но то же самое обстоятельство до сих пор мне не особо мешало, так что должен справиться.

Вернувшись в голову, я всеми своими пепельными микрочастицами рассеялся по всем мелким сосудам и... растворился, представляя, что впитываюсь в это тело, принимаю его своим, заполняю его, сам становлюсь той самой "стеной", через которую не мог пробиться...

Все пять чувств включились внезапно. Яркий свет больно резанул по расширившимся зрачкам, в нос ударил тошнотворный запах дерьма, во рту словно нагадили кошки, спину кололи щепки от разломанного стола, а уши ловили звуки дешевой порнушки, запущенной на ноутбуке. Я попробовал пошевелить рукой и поморщился от покалывания, охватившего всю конечность разом - кровоток еще не полностью восстановился. Попытался встать, но поскользнулся в луже разлитой колы и рухнул лицом на пол. Было больно. Но эта боль была приятной - я снова был жив, пусть и за чужой счет.

Спустя пять попыток встать, я все-таки преодолел бессердечную суку-гравитацию и пошел мыться, после отмыл пол, выбросил безвозвратно испачканную одежду и вынес мусор. Если спуститься по лестнице мне особого труда не составило - только заработал одышку, то после того, как преодолел два лестничных пролета наверх, понял, что такими темпами могу заработать второй инфаркт за день, и поехал на седьмой этаж на лифте. От греха подальше.

Стоя перед зеркалом, я осматривал нового себя, привыкая к новой внешности. Человек умелый, человек разумный, сорок шесть хромосом, тридцать два зуба, сто восемьдесят три сантиметра роста, где-то под полтора килограмма мозга - с ухмылкой вспомнил я строчку из одной песни. Только этот человек "разумный" успел нажрать себе вес в два раза больший, чем нужно. И я собираюсь этот момент исправить. Смерть, знаете ли, хороший мотиватор. Пережив её однажды, сразу хочешь поменять жизнь.