Чтение онлайн

Салтыков сжал губы. В его глазах бушевала внутренняя буря — желание действовать, лично исправлять свою ошибку, боролось с холодным интеллектом, который понимал правоту моих слов.

— Проклятье, Марк… Сидеть здесь, в этой стерильной коробке, в то время как вы будете лазить по Урочищам?!

— Это важнее, чем любой поход с нами, — я смягчил тон, но не отступил, — Если мы провалимся там — ты останешься единственной надеждой всё это остановить. Единственный, кто сможет понять механизм и, возможно, найти противоядие. Это не проявление недоверия, Пётр. Это стратегическая необходимость.

Он отвернулся, уставившись

в мерцающие строки кода на экране. Молчание затянулось. Я видел, как напряжены мышцы его шеи, как сжаты кулаки. Он был учёным, создателем, и его место было в поле, у самого эпицентра загадки.

Но он также был прагматиком.

Наконец, Салтыков сдавленно выдохнул, и его плечи чуть опустились.

— Ладно, — это слово прозвучало как приговор самому себе, — Проклятье, ты как всегда прав, Марк! Я останусь.

Пётр молча встал, подошёл к неприметной панели на стене и провёл ладонью по сенсору. С тихим шипением часть стены отъехала в сторону, открывая вход в лифт с матовыми стенами из чёрного металла.

— Пойдём, — коротко бросил он, — Покажу кое-что. Перед тем, как ты отправишься собирать команду.

Мы спустились на лифте, который шёл вниз так долго, что уши на секунду заложило. Когда двери открылись, мы оказались в огромной подземной лаборатории, уходящей вдаль, насколько хватало глаз. Высокие, в несколько ярусов, потолки были пронизаны паутиной энергопроводов и сервисных мостков. В воздухе висел низкий гул генераторов и запах озона, охлаждающей жидкости.

Салтыков повёл меня мимо рядов серверных стоек, испещрённых мерцающими руническими символами, к отдельному, огороженному энергетическим полем стенду. На двух манекенах было закреплено то, что я сразу узнал.

— Мы протестировали и доработали твой кустарный напульсник, — сказал Пётр, и его голос приобрёл оттенок профессиональной гордости, — Тот гибрид цифровой и реальной магии, которым ты воспользовался против Курташина. Принцип тот же, но исполнение… — он сделал паузу, — … чуть более удобное.

Устройство представляло собой два мощных репульсора, стилизованных под элементы брони для предплечий. Они были выточены из матово-чёрного сплава, испещрены тончайшими серебряными каналами, по которым пульсировал тусклый свет. Они выглядели одновременно архаично и футуристично — как реликвия забытой цивилизации.

— Это всё ещё прототип, Марк, — предупредил Салтыков, следя за моим взглядом, — И у него есть ключевое ограничение. Чтобы противостоять «одержимым», как Курташин, способным напрямую контролировать и перенаправлять такие потоки, тебе нужен не просто источник питания. Тебе нужно… доминирующее поле, — Он указал на массивный, похожий на реактор, рюкзак, стоявший на соседнем стенде. От него тянулись толстые жгуты проводов к репульсорам, — Мощный генератор, который будет создавать вокруг тебя стабильное, сильное пространство «Магической Реальности». Ты будешь черпать цифровую магию прямо из него, и она будет усиливать и стабилизировать твою реальную. Пока что этот генератор… ну ты сам видишь. Но мы работаем над его уменьшением и усилением.

Я молча взял одно из предплечий. Металл был холодным и неожиданно лёгким. Он идеально сел на предплечье.

— Покажи, — попросил я.

Салтыков кивнул, забрал у меня предплечье и активировал его. Тихое гудение заполнило пространство вокруг нас. Он повернулся

к глухой, бронированной стене в дальнем конце лаборатории.

Пётр не стал принимать боевую стойку, не стал произносить заклинаний. Он просто щёлкнул пальцами.

Воздух дрогнул. Не было ни вспышки, ни грохота. Просто участок стены размером с грузовик… перестал существовать! Исчез. Будто его стёрли из мира.

На его месте зияла идеально ровная дыра, края которой светились раскалённым докрасна металлом и потоками расплавленного бетона.

Я посмотрел на дыру, затем на изящные репульсоры на руке Салтыкова, и почувствовал, как по моим губам расползается широкая улыбка. Впервые за долгие месяцы в груди вспыхнула не ярость, не отчаяние, а нечто забытое, тёплое и могучее — надежда.

С помощью этой технологии, этого симбиоза кода и воли, мне удастся вернуть утраченную силу!

Артём Сергеевич Клюев аккуратно разложил бутерброды на салфетке, поправил очки и вздохнул с лёгкой усталостью.

Десять лет в отделе кадрового делопроизводства Управления тылового обеспечения научили его двум вещам: никогда не выделяться и ценить предсказуемость. Его рабочий день был отлаженным механизмом и раньше: приход ровно в 8:45, чашка чая в 10:00, обед с 13:00 до 13:45, и уход в 17:30.

Ни минутой раньше, ни минутой позже.

Он был идеальным винтиком системы — неприметный но исполнительный, немного сутулый мужчина лет сорока, в недорогом, но аккуратном костюме. Его лицо не запоминалось, голос не выделялся, мнение по любому вопросу всегда совпадало с мнением большинства. Сослуживцы ценили его за неконфликтность и исполнительность, но вряд ли кто-то мог вспомнить о нём, выйдя за порог здания.

Воздух в столовой был густым от запаха подгоревшего масла, дешёвого кофе и звуков негромких разговоров. Ложки звякали о пластиковые подносы, где-то смеялась группа молодых сотрудников.

Артём Сергеевич сидел за своим привычным столиком у окна, выходящего на внутренний двор.

— Слышали, новости? — сидящий рядом Вадим из бухгалтерии отложил смартфон, с экрана которого застывшим кадром смотрело полуразрушенное здание, — Опять ужесточения! Пишут, что скорее всего через месяц всем сотрудникам надо будет проходить какие-то новые проверки.

Артём Сергеевич медленно прожевал кусок хлеба, кивнул. Его движения были плавными.

— Да, читал. После Шадринска это вроде как ожидаемо, — его голос был ровным, без эмоций, — Всегда же так.

— Как?

— Сначала громкие заявления, потом паника, потом закручивание гаек. Как по расписанию.

— А тебе не страшно, Артём? — встряла в разговор Лариса из отдела кадров, её голос дрожал от возбуждения, — Говорят, там… люди становились нелюдями! На своих нападали! А этот купол… И ведь до сих пор не понятно, что это было! Теракты еретиков? Магия? Очередные инопланетяне?

Артём Сергеевич отпил глоток чая, поставил кружку на блюдце.

— Страшно? Хм, да нет, пожалуй. Процедура — есть процедура, нам-то чего переживать? Пройдём, отметимся, будем жить дальше. Всё это явно к каким-то большим событиям, Лариса. Как всегда бывает в таких случаях. Власти что-то знают, чего не знаем мы. А мы — маленькие люди. Наша задача — не высовываться и работать.