Чтение онлайн

— Как погляжу, вы довольные трудами сеньоры, — заметил я.

— Сеньориты, — шёпотом поправил Лоренцо, — да, весьма доволен… Она полностью отдана нашему делу…

Склонив голову на бок, он продолжил наблюдать за дуэлью Холодевой и Чезаре, которых уже окружили скучающие курортники, с горящими глазами наслаждаясь разыгравшимся спектаклем.

Не знаю, чем завершился разговор, но Холодева с надменно поднятым подбородком повернулась к Чезаре спиной и направилась к выходу, по пути как бы ненароком толкнув локтем Драгомирову, за что даже не извинилась. Лоренцо галантно протянул руку своему очаровательному

советнику, предлагая покинуть ресторацию вместе. Однако дама решила остаться…

— Они так и не научились уважать женщин, — услышал я, как она жаловалась Лоренцо.

Любопытно… никогда не слышал от Чезаре неуважительных высказываний о женщинах. Напротив, он заслужил репутацию весьма любезного кавалера.

Надеюсь, когда Холодева станет главою клана, враждебного Чезаре, они будут уже далеко от нашей местности, иначе беды не миновать.

— Сеньорита Холодева давно пытается доказать свое превосходство перед Чезаре, — пояснил мне доктор Майер, видя моё замешательство.

— Зачем? — задумался я.

— Никогда не понимал женщин! — развёл доктор руками.

— Холодева уверена, то упустила статус старейшины лишь потому, что она женщина, — пояснила нам Ольга усталым тоном. — Хотя… я бы сказала наоборот: она получит статус старейшины именно благодаря тому, что женщина… Вы видели, как Холодева гуляет со старейшиной под руку? Кто из мужчин клана получил такую честь? — иронично добавила она.

Моя супруга умеет сделать точные замечания.

Однако Холодева, находясь далеко от нас, услышала эти слова и, обернувшись, одарила Ольгу таким взором, что та отпрянула от испуга.

— Прекрасно, — вздохнула Ольга, — теперь я её враг… Ох, женщины такого склада никогда не простят тех, кто осмелился приписать их успехи женским ухищрениям… Нет, не беспокойся, — спешно добавила она, — она достаточно умна, чтобы не причинить мне вреда, а к светской неприязни мне не привыкать…

Сдается мне, что соперничество Холодевой и Чезаре началось гораздо раньше их битвы за статус старейшины… А ведь он ни разу не упомянул соперницу в своём дневнике.

Задумавшись, я произнес:

— Даме можно только посочувствовать, — фраза оказалась неожиданной для собеседников.

Они вопросительно смотрели на меня.

— Бедняжка совсем утратила радость жизни в странной бесполезной битве, — пояснил я, — не думаю, что таланты Холодевой не оценили, но она даже не может понять, насколько её ценят и восхищаются…

— Совершенно верно, — добавил проходящий мимо Чезаре, — мне искренне жаль Виолу, так её звали в нашем клане… Разумеется, я не желал обидеть даму, право, я только оборонялся от её колкостей…

В голосе не прозвучало иронии, он говорил искренне. Даже с некоторой симпатией.

Четвёртый день следствия

Из журнала Александры Каховской

…На сей раз я снова заблудилась. Не знаю, как оказалась в незнакомом месте. Моя лошадь вдруг испугано попятилась, не желая следовать вперёд. Пришлось спешиться и идти дальше самой, поскольку не могла вернуться — непреодолимая сила звала меня двигаться дальше.

Предо

мною вдруг возник чёрный волк. Удивительно, но встреча не испугала меня… Зверь пристально смотрел в глаза. Так странно, насколько известно из рассказов охотников, дикие твари не могут выдержать взгляда человека… Но у этого волка взгляд оказался необычно пронзительным… Странное чувство, будто человек превратился в волка, вернее, не человек, а некто…

Множество раз доводилось слышать байки, которые Ольга приносила от дворни, будто бы волком-оборотнем может стать каждый, кто отыщет нужный колдовской нож. Надобно воткнуть кинжал в пенёк и перекувыркнуться через него. Потом, чтобы стать человеком, нужно перекувыркнуться снова. Всегда с ужасом думала, что если кто-то из путников вынет нож из пня, то несчастный не сможет вернуть себе свой облик и навсегда останется волком…

Однажды на ночь Ольга рассказала мне другую деревенскую историю, будто волки-оборотни, это души колдунов, умерших без покаяния, которые вынуждены целую вечность скитаться по земле, пребывая в облике чёрного волка. Их человеческое обличие не менее страшно: желтоватое морщинистое старческое лицо и горящие красные глаза. Поскольку я была ребёнком впечатлительным, то потом всю ночь мне чудились тени оборотней, скользящие по стенам. Стоило зажмуриться, как пред внутреннем взором появлялись горящие красные глаза. Рассказать сестре о кошмарах я не решилась, иначе бы она перестала рассказывать мне интересные пугающие истории.

Не знаю почему, но при встрече с этим волком сразу же возникла уверенность, что предо мной не оборотень и не призрак, а кто-то иной. Глаза его были не красные, а чёрные как смоль, без блеска, похожие на бездну.

Я послушно последовала за зверем.

Вокруг царила пугающая тишина, ни шороха, ни пения птиц…

— Властелин Волков, — прошептала я, вспомнив слова князя Долгорукого.

Услышав меня, волк остановился, обернувшись. Потом вдруг скрылся в скальной расщелине. Неужто вновь пещерные коридоры? Однако не сумела воспротивиться его воле…

Невольно вспомнилась старая сказка про царевича и волка, ставшего ему другом и защитником. Юношу убили злые братья, разрубив тело на куски. Волк собрал эти части, сбрызнул мёртвой водой — тело убитого срослось, сбрызнул живой — царевич ожил.

Появилось странное чувство, что я слышала другую подобную историю… Да, мне рассказывал князь Долгоруков, что точно так же Властелин Волков оживил правителя Египта, которого убил Сет и разрубил тело на куски… Верно, героем русской сказки стал Властелин Волков… Он может принимать и человеческий облик…

Как его звали? Анпу*… Странное имя… Возможно моя фантазия, но откуда столь отчетливо…

______________________

*Анпу (егип.) — Анубис (греч.)

Мой путь освещал тонкий луч, скользивший сквозь щель в скале. Волк исчез, я очнулась, и увидела, что стою на берегу подземной реки, привязанная лодка легко колышется от неспешного подземного течения.

На моё плечо легла рука, и ласковый голос произнёс:

— Не бойся, я тебя жду…

Не испытывая ни малейшего страха, я обернулась и увидела, что рядом никого нет.