Чтение онлайн

Кое-где горели еще огни кофеен и ресторанчиков, но улица была почти пуста. Неожиданно для возможных преследователей он вскочил в эр-бус, идущий ему навстречу. Никто не попытался последовать за ним. Через две остановки, за поворотом, Джек соскочил и кинулся в подъезд ближайшего дома. На лифте поднялся на пятый ярус, спустился на эскалаторе…

Через полчаса он уже расплачивался с эр-драйвером у дверей «Болотного паука». Сонный Луи ожидал его, привалившись к стойке. Размалеванная женщина, прислонившись рядом, старательно теребила его за бедро, но Луи не реагировал. Трудно сказать, что он подумал о неожиданном вызове Джека, но на нем, впервые на памяти Сибирцева, был темный вечерний костюм.

— Луи, немедленно едем отсюда, —

не здороваясь, шепотом проговорил Джек.

— Ну да, затем я сюда и спешил, — недовольно отозвался Луи и в знак протеста обнял оживившуюся красотку.

Джек повернулся к бармену с красными невыспавшимися глазами.

— Пару бутылок с собой, дружище, и упакуй получше.

Он взял сверток, расплатился и, не оглядываясь, пошел к выходу. Оторвавшись от рассерженной проститутки, за ним последовал Луи.

Джек решительно двинулся к ближайшей станции подземки. Через несколько минут пустой вагон уносил друзей на фамильный хутор Кулаковски.

Ежедневно в одно и то же время Рауль Мацуда выходил из дома пешком, не торопясь шел через весь сектор к своему офису. Там за пультом он проводил большую часть дня, а затем заглядывал на часок в Клуб предпринимателей. Дважды в декаду он вместе со всем своим семейством отправлялся по вечерам в Город. Иногда заходили в парк, иногда в ресторан. И, наконец, тоже дважды в декаду он появлялся в крематории третьего сектора. К его визитам старались приурочить кремацию наиболее важных клиентов. Если в другое время похоронное бюро представлял кто-нибудь из штатных распорядителей, то в эти дни сам хозяин в неизменном сером костюме стоял у изголовья и с приличествующей скорбью произносил несколько прощальных слов.

Возвращаясь в офис, Мацуда непременно заглядывал в маленькую кофейню, где занимал один и тот же столик у окна. Бармен заботился о том, чтобы к приходу уважаемого гостя его место было свободно. Обычно Мацуда выпивал одну чашечку кофе и тут же уходил.

Если же он требовал, вопреки обыкновению, две чашечки, то, по странному совпадению, в его офисе по возвращении хозяина оказывался высокий сутулый человек с глазами навыкате. Входил он в кабинет через потайной вход, минуя охранников и секретаршу.

В этот день Мацуда был настроен на редкость благодушно. В делах похоронного бюро наметился некоторый застой, а вот экспортно-импортное предприятие процветало. На складах, координаты которых знал лишь сам хозяин, скопилось уже более двух тысяч шкурок пузырей, готовых к отправке. И Мацуда как никогда внимательно слушал жалобы гостя на утомительную суету, нервные перегрузки, невиданную дороговизну, а потом участливо сказал:

— Дэвид, голубчик, я не только понимаю ваши трудности, но и готов пойти вам навстречу. Насколько это в моих силах, разумеется. Что вы думаете об увеличении вашей доли на три… э-э… нет, на четыре процента?

Гость судорожно сглотнул. Жалуясь, он, в сущности, выполнял привычный ритуал и не рассчитывал на столь быструю реакцию. Мысленно он перевел проценты в динары. Прибавка получалась солидная.

— Что-то вы расщедрились, Рауль, — пробормотал он. — Поясните-ка свою мысль, а то я не уверен, что «четыре» — самая подходящая цифра.

Мацуда чуть заметно улыбнулся. За многие циклы взаимовыгодного партнерства он хорошо изучил Дэвида Сянцзы, пилота патрульной службы.

Когда-то, в детстве, он и сам мечтал стать патрульным. В младших классах лицея, где учился Мацуда, компьютерные комиксы о подвигах патрулей, боровшихся с агентами гегемонизма, были почти так же популярны, как и рассказы о приключениях супервэриоров на Бэте. Но в действительности вот уже многие десятки циклов никто не пытался проникнуть в систему Альфы, патрульная служба превратилась в формальность, что отразилось и на престиже, и, что гораздо важнее, на финансовом положении пилотов. Их, впрочем, остались считанные единицы..

Дэвид

Сянцзы являлся самым ценным, хотя и нештатным, сотрудником экспортно-импортного предприятия Мацуды. Без него были бы просто невозможны те обменные операции, которыми занимался владелец похоронного бюро с космическими торговцами. И потому Мацуда никогда не жалел о восемнадцати процентах прибыли, приходящихся на долю Дэвида, в характере которого забавно переплетались простодушие и жадность.

Неожиданная щедрость Мацуды объяснялась просто. После того как ему удалось прикупить пару секретных устройств, которые в просторечии звались «бичами», произошла подлинная революция в охоте на пузырей. То, на что раньше требовались усилия полутора десятков высокооплачиваемых и капризных профессионалов, теперь могли быстро сделать один-два доверенных человека. И хотя одним из «бичей» тут же завладел Кич, мечтавший использовать новую игрушку в своих операциях, охотники Мацуды удвоили выход продукции. Мацуда тут же подсчитал, что за три-четыре цикла, даже с учетом баснословной суммы, уплаченной за оба «бича» некоему майору из Главного Штаба, доход его возрастет в несколько раз. Четыре процента, предложенные Сянцзы, были, в сущности, малой долей увеличивающейся прибыли. Но Белый на его месте постарался бы сэкономить и эти деньги. Нет, Мацуда недаром пользовался репутацией исключительно надежного партнера.

Дэвид пристально смотрел на Мацуду, ожидая ответа.

— Все очень просто, — доверительно пояснил тот. — Я увеличиваю партию товара примерно на четверть. И дальше будет то же самое. В принципе для вас, Дэвид, ничего не меняется, включая хлопоты и риск, но оборот увеличивается, увеличивается и прибыль. Так почему же должна расти только моя доля? Я считаю, что вы тоже должны получить свою часть. Речь, конечно, идет о процентах с увеличившейся суммы. Ваша доля, таким образом, достигнет двадцати двух процентов. Но, дорогой мой, если вам кажется, что я слишком скуп, прикиньте на моем компьютере. Ведь накладные расходы тоже растут.

И Мацуда сделал приглашающий жест, отходя в сторону.

— Нет-нет, что вы, Мацуда-сан, я верю вам, — поспешно пробормотал Дэвид. Он лихорадочно обдумывал новые условия. Предложение казалось логичным, прибавка в деньгах получалась существенная, а риск, тут Мацуда был прав, практически не увеличивался.

— Согласен, — хрипло сказал он и протянул руку компаньону. — Теперь детали. Вот мой график до конца цикла.

Мацуда бегло проглядел протянутый ему листок. Пилот ногтем отчеркнул на пластике две строчки.

— Эти колечки делаю на дальней орбите. Один.

— А кто будет от них?

— Здесь — Стив, а здесь — Руани.

— Хорошо, давайте по первому варианту. Передайте Стиву, что я согласен подождать с окончательной оплатой до следующего раза, но пусть будет готов оплачивать весь излишек. Не забудьте: мне нужны технические каталоги на следующий цикл. Остальное здесь. Считывать надо в пи-режиме и на зеленом лазере, а не по стандарту, иначе кристалл будет разрушен. Запомнили?

Дэвид открыл переданный ему пенальчик и с уважением посмотрел на прозрачный кристалл. Он что-то слышал о подобных вещах, но никогда с ними не сталкивался.

— Оттуда вещичка? — не рассчитывая на ответ, спросил он. — А что еще существенного заказываете?

— Смотря что считать существенным, — философски ответил Мацуда. — Я бы взял термоядерный реактор или бортовой дезинтегратор. Говорят, они уже управляют гравитацией… Вы что же, Дэвид, спрячете все это на патрульном катере? Представляю себе физиономию вашего инспектора, если он наткнется на все это…

Разговор закончился, Мацуда набрал на компьютере сложную комбинацию, потом скользнул по стене кончиками пальцев. Замок, рассчитанный на его отпечатки, еле слышно щелкнул. В стене рядом с душем открылась небольшая дверца. Рослый Дэвид мог пройти в нее только согнувшись, но с этим приходилось мириться.