Паранойя победителя
Шрифт:
Обычно я носил три кинжала, это был мой стандартный набор, на каждой ноге маленькие кинжалы и на поясе побольше, поясной кинжал я уже выпустил, поэтому следующим полетел с ноги. Тут мне одной рукой стал помогать Алкид, держа плечом дверь. Теперь сил вырвать копьё у нас хватило. Препятствий, чтобы закрыть дверь, теперь не было, однако с той стороны стали сильнее давить на неё. Сил её держать уже не хватало. Как будто с той стороны давили слоны.
– Я наверх! Собью их с дверей как-нибудь! Держитесь!
Я бросился наверх, там схватил несколько пик и начал прицельно метать их в толпу под дверью. Там находилось человек пять, видимо те, кто в темноте
Ночь не кончалась. Далматы под крепостью окончательно разозлились, слышалась неразборчивая ругань и какое-то движение. После того как последний труп был выкинут с крепости я стал вглядываться в темноту. Далматы решили усилить таран и всё-таки выбить дверь. Нужно было, чтобы кто-то стоял наверху, прицельно убивая таранящих дверь и кто-то внизу, удерживать дверь. Встала дилемма, что делать? Самому уйти вниз и оставить всех наверху, или отправить уцелевших и испуганных людей вниз и рисковать тем, что они могут открыть дверь сами?
Наверху должен быть меткий воин, который точечными ударами будет валить подбегающих воинов копьями, пиками, стрелами и дротиками. Таким человеком здесь был только я. На Алкида, Андромаха и Гермогена я не надеялся, на жену Гермогена тем более, хотя она являлась полноценной боевой единицей, которая показала, что может убивать противников. Делать было нечего – пришлось понадеяться на… я ещё сам не знал на кого. Мне сверху нужен был человек, который прикроет мне спину. Кого же взять из них? Все они лгуны и предатели! Больно думать так, но что делать?! Страшно ждать от каждого из них подвоха! Каждую секунду понимать, что тебе могут воткнуть меч в спину!..
Столько было мечтаний, что я стану великим полководцем и что не умру никогда! Что обо мне напишут что-то вроде «Илиады» и я оставлю свой след в истории! И что теперь?! Всё?! Конец?!.. Какой-то идиот Гентий со своей тупой местью, к которой я даже не имею никакого отношения!.. А воины, которых я выбрал сам, при первой же опасности ответили мне не преданностью, а предательством. Как всё глупо!.. Так я думал тогда.
Всё равно нужно было что-то решать, пока меня не убили или свои или горцы. Я всё-таки решил одного оставить с собой. Им стал Гермоген. Мне показалось, что борясь за жизнь жены и детей, он покорится мне и отбросит мысли о моей сдаче. Его жена была здесь же. Я сам теперь мог следить за ними. Сверху лежал также Андромах, который был тяжело ранен, но всё же мог кричать, если бы мне грозила опасность. Он даже раненный был необходим. Больше всего я надеялся на него. Внизу теперь оказался Алкид. Он, участвовавший в заговоре, также мог сломаться и сдать меня, но вариантов у меня не было. Всё-таки они были воинами Филиппа и давали ему клятву. Если он всё же откроет дверь и сдаст меня на растерзание врагу, то я здесь сделать уже ничего не смогу. С этими мыслями я всматривался в темноту и не мог понять, что же будут делать далматы.
Страх и усталость измотали меня окончательно. Моих людей, я уверен,
тоже. Сто человек против пяти (теперь я посчитал также и жену Гермогена, она была пятой), у нас даже в крепости не было шансов. Я сжимал в руках два копья, но всё равно был уверен, что я для врагов лёгкая добыча. Холодный рассудок говорил, что шансов спастись нет. Мысленно я попрощался с жизнью. Хотя конечно опять вспомнил и прочитал свою молитву про себя. Нужно находиться в той ситуации, чтобы понять мои мысли и чувства. Сейчас наши жизни были в самой большой опасности из-за сильной усталости.Мои мысли прервали крики Гермогена и его жены – на нас кинулись новые полчища врагов, перепрыгивая через стену. Все мысли об усталости и неуверенности тут же испарились, я показал своим, как не нужно бояться врага, убив копьями вбегающих. Они немного приободрились, но страх в их глазах не прошёл. Я приказал им защищать мне спину. Не знаю, кому в этот момент было страшнее мне или им. Им было проще воткнуть копьё мне в спину и прекратить этот кошмар.
Через пару минут, наверное, наверху всё закончилось, зато снизу усилились удары тарана. Я пошёл вниз. Дверь прохрипела так, как будто хотела сказать: «Забирайте всё, только не ломайте меня!» На секунду я подумал, что проще выбежать и дать последний бой, чем мучить своих людей и себя.
Мы все сгруппировались внизу, удерживая дверь. Потом я побежал наверх – здесь был хороший вид, я кидал копья, пики, дротики, зрение у меня было хорошее – я уверен, что убил не одного. Это здорово, когда видишь, как падает очередной вражеский воин!!!
Неожиданно всё утихло. Что это было – никто не знал. Ко мне прибежали Алкид и Гермоген, спросили, что происходит, я не знал, что им ответить. Они меня не сдали – это уже хорошо. «Враги вы мне или друзья?!» – я не мог избавиться от этих мыслей.
– Если вы будете бояться не меня – ваша жизнь не будет стоить и гроша. Бойтесь меня и доверяйте только мне – и я вас вытащу из этого ада!!!
Все были в шоке. Молодой парень разъясняет им, как нужно жить и бороться за свою жизнь. Да, я понял это по их глазам. В следующую секунду я, что называется, включил старейшину:
– Думайте о том, кто придёт за вами после смерти!!! Героев уводят на гору Олимп, а предателей ждёт забвение и ненависть всех! Так или иначе, вы все умрёте – постарайтесь умереть достойно!!!
Я смотрел каждому в глаза, думаю, они прониклись моими мыслями. Я сам боялся смерти, но если мне было суждено умереть, то мне хотелось умереть вместе с ними. Так легче принять смерть. Одному страшновато, но если все вместе – о страхе забываешь.
– Все ушли, никого нет под стенами, – сказал кто-то из них, за эту фразу я готов был расцеловать. Действительно вокруг крепости не было никого. Но стоит ли так радоваться?
– Что случилось?!
– Я думаю, ты, Александр, попал копьём в Гентия. Если он убит – у них нет смысла атаковать. Он либо убит, либо тяжело ранен. Смотри внимательно вниз.
Я сам был ранен в голову – меня нужно было перебинтовать: кровь сочилась из раны, но конечно из-за этого я не боялся за свою жизнь. Такие ранения в моей жизни были и до этого и после.
– Странно, что будем делать? – спросил Гермоген. Напряжение, которое не покидало меня всё это время, начало спадать.
– Действительно все ушли, – я не мог этому поверить. Вздох облегчения!!! Он был у всех!!! Было забыто всё. Я обнимал тех, кто ещё час назад хотел меня сдать. Андромах, тот, который был изрезан врагами, мой лучший на тот момент друг, плакал, глядя на нас.