Папина дочка
Шрифт:
Ругаю себя… Когда ты начнёшь отвечать внятно на различные инсинуации?! Ты уже взрослая.
Я отвечаю!! Просто я растерялась. Я - коллективная пчёлка. Я привыкла, что старшие девочки всегда гордо и профессионально закроют рот всем, кто посмеет заступить за сигнальную линию. Я была самая маленькая в коллективе, и самой откусываться практически не приходилось.
А если что-то не могли решить они, всегда мог папа.
Но когда-то же надо начинать делать это самой? Ты теперь вполне самостоятельная оса.
Я начинаю...
Но досада в том, что никто никуда
На улице холодно. Дышу на стекло, рисую по инерции сердечко.
Что за манера, вообще, путать образ и роль с личностью самой актрисы? Если я сыграла убийцу, меня надо посадить? А если станцевала откровенный элемент заклеймить шлюхой? В кругу танцевальных этого нет, а вот у обывателей встречается.
И сначала мне показалось, что Геннадий Викторович профессионал. Сегодня показалось, что - нет. А теперь я уже и не знаю...
Тук-тук.
– Можно?
Соскальзываю с подоконника.
В гримерку заходит Роман.
– Привет, Лиза.
Мы молча смотрим друг на друга. У него такой взгляд... Открытый! Что я теряюсь и теряю броню. Моё сердце ускоряется. Я даже не вижу, что с его лицом просто… фарш. Вижу только взгляд.
Падает в кресло. Отталкиваясь ногами, делает оборот вокруг оси, разглядывая маленькую гримерку. Хмурится, морщится... Взгляд становится совсем другим.
– Давай, я отвезу тебя домой, - строго.
– Я на работе, - растерянно бормочу я.
– Сколько тебе за это клип заплатят?
– Хм, а что?
– в штыки воспринимаю вопрос.
– Ну, сколько? Это тайна?
– Да нет...
– теряюсь я и зачем-то озвучиваю: - Девяносто.
Просто он вступился за меня, и это автоматом, словно даёт ему какую-то власть.
Достает деньги, отсчитывает.
– Вот, - кладет рядом с зеркалом.
– Поехали. Не надо тебе здесь работать. Это не твое.
Моё лицо вытягивается от этой наглости.
– Роман, да?.. В общем так, Роман. Забери свои деньги. И не указывай мне - как и где мне работать. Я разберусь сама. Свободен, - срывается мой голос.
– Не обижайся. Ты охрененно танцуешь.
– Я знаю. Мне твои оценки не нужны.
Но обидно почему-то до удушья!
– Просто это не твоя...
– качает головой, щёлкая пальцами и подыскивая слово.
– Не твоя среда. Она блядская. А ты - нет. Не надо с ним никуда ехать. Это развод.
– Аа...
– понимающе и с сарказмом киваю я.
– Ехать надо с тобой! Да?
– Со мной - можно, - кивает, пожимая плечами.
Наглый!! Какой наглый, ты посмотри...
От возмущения, только громко втягиваю воздух.
– Лиз...
– ловит мой сатанеющий взгляд.
– Если я что-то грубо сказал...
Встаёт с кресла.
– Елизавета Александровна!
– поправляю я с тихой яростью, за которой хочется скрыть обиду.
Обиду? Какая глупость, Лиза! Кто он тебе, чтобы обижаться? На что обижаться??
Но чувствую, и ничего не могу с этим поделать.
– Деньги свои забери!
– засовываю купюры в его карман.
– И
– Да е-мое! Причем тут деньги?!
– Тебе виднее, - толкаю демонстративно пальцами в грудь.
– Ты же их достал.
– Ну, если я прошу тебя не брать деньги у этого мужика, то должен сам их дать, верно?
– Это что-то на шлюханском, я его не понимаю!
– выталкиваю его за дверь.
С грохотом ее захлопываю, закрывая на шпингалет. Ложусь спиной на дверь, сползая по ней на корточки.
– Ну, пиздец!
– психует он, шлепая ладонью по двери.
– Лиза!
– Вон отсюда!
– Окей, Елизавета Александровна, - цокает он.
– Можно я переформулирую?
– Убирайся.
Не в первый раз, нет. И даже не во второй. И никогда не цепляло, только смешило. Но почему же именно от него так обидно, что хочется порыдать?
Глава 12 - Трусиха
Переодевшись в джинсы и куртку, сижу на сцене, наблюдая, как собирают технику и провода.
Хотелось бы получить обещанную сумму… Но Геннадий Викторович занят. Он беседует с Жанной и дамой постарше - Миленой. Красивой, яркой, но приторной и надменной. Они громко смеются. Немного наигранно, как мне кажется.
Милена берет его под руку. Но он галантно освобождается от ее жеста. Подносит телефон к уху и идёт в мою сторону.
– ...Через час? Нормально. Шампанского хорошего закажи для девочек.
Опускает телефон. Присаживается рядом.
– Мы всей командой едем сейчас на банкет. Расслабиться, пообщаться... Ты, Лиза, тоже приглашена.
– Я не член команды, - вежливо улыбаюсь я.
– Меня наняли, я отработала.
И хотелось бы...
– Ты можешь им стать. На банкете будет много полезных людей, знакомств. Ты девочка талантливая. Нужно вливаться в среду.
С одной стороны, конечно, нужно. И он вот вроде как обезврежен своей Миленой, которая только что в рот языком к нему не залезла, чтобы всем продемонстрировать, что она его женщина.
А с другой стороны, папа меня просто убьёт!
Но даже, если и не папа... Интуиция противной змеёй крутится внутри, нашептывая, что не так уж и безобиден этот банкет. Откуда мне знать, как они там "вливаются".
– Извините, я правда не могу.
– А ты подумай ещё.
– Мне бы лучше расчет получить, - решаюсь я.
– Мы ещё не всё записали, Лиза. Завтра будем записывать последние дубли. Расчёт только после финала проекта, когда вся твоя работа будет выполнена.
– Оу... Ясно, - вздыхаю я печально.
Не дождется меня моя мята...
– Тебе нужны деньги сейчас?
– пытливо.
Нужны. Но мне не нравится тон. Словно там следующим эшелоном уже идёт сомнительное предложение.
Отрицательно качаю головой.
– Завтра я не могу, у меня учеба.
– Придется пропустить. Вообще, в твоём случае логичнее учиться на заочном. Поехали, всё-таки пообщаемся, и я порешаю все твои вопросы. Я в тебе заинтересован. Не только как в танцоре, но и как в постановщике, хореографе. Мы планируем большой проект.