Папа для Лисички
Шрифт:
«Я очень люблю Максима, а вот ты, видимо, нет!»
Мне сложно ответить на этот вопрос даже для себя.
Нет, я уверена, что Макса люблю, но вот бороться за него… как? С кем бороться, с маленьким ребенком?
С другой стороны, если этот ребенок не нужен Марине, то почему мы должны рушить свое счастье? Ради чего?
Ребенок, конечно, не виноват. Ему только посочувствовать можно с такой мамашей. Но вдруг потом Марина изменится?
Хотя какая разница. При чем здесь Марина, ты, Олеся, для себя ответь, готова бороться за Максима или нет?
И
«Почему ты ставишь на себе крест, как на женщине?»
Потому что привыкла себя обесценивать. Бывший муж опустил мою самооценку ниже плинтуса, внушил, что я никчемная забирая дура.
А Макс сделал обратное. В его глазах я себя видела королевой, купалась в восхищении и чувствовала себя любимой.
И получается, что в благодарность за это, я его оставила? Бросила самостоятельно решать все навалившиеся проблемы, снисходительно дав понять, что помогать не готова.
Выплывешь — приходи, а утонешь, ну что ж. Так тому и быть.
И вот который день меня точит совесть… и тоска по нему.
Добивает еще и то, что Макс так ни разу и не позвонил. Может, решил жить без меня? А может, строит отношения с Мариной ради ребенка?
Больно от этих мыслей, но знаю, что во многом сама виновата. Оттолкнула его, а теперь жалею.
Решаю вечером сама позвонить Максу, просто узнаю, как у него дела. А дальше видно будет.
Забираю Настю из садика. Спешим на занятия по гимнастике. Мы немного расслабились и пропустили несколько недель, но теперь наверстываем упущенное.
Настя шагает рядом, размышляя вслух;
— Мам, а вот если мальчик нравится двум девочкам сразу, как быть?
— А к чему вопрос? — улыбаюсь я.
Это всегда так забавно, слушать о детских влюбленностях. Потом стану рассказывать взрослой дочери, будем вместе смеяться.
— Ну, просто мне нравится Димка, — признается Лисичка. — И Алине он тоже нравится. Мы в него обе влюбились.
— А Дима что думает по этому поводу?
— А он ничего не думает. Он с пацанами все время играется и на нас внимания не обращает.
— И? А вы что?
— А мы теперь не дружим с Алиной. Она его пошла конфетами угощать, а так нечестно, — Настя забавно хмурится, надувает губки.
— Ну почему нечестно. Угости его конфетами тоже. Или придумай что-то другое.
— Я придумать ничего не смогла. Но когда сегодня на прогулке Димка упал, он сильно ударился. Я ему помогла встать. Он штаны испачкал и ревел. А я ему салфетку дала, мы грязь вытерли. И он потом играл со мной до самого вечера.
— Ты у меня умница, и Димка это сразу понял. Он в тебя тоже влюбится, вот увидишь! — улыбаюсь я.
Вот, даже ребенок понимает, что дороже искренняя помощь, чем сладкие конфеты. Получается, Олеся, дочь мудрее тебя будет!
Привожу Настю в спортивный зал, где она занимается. Переодеваю крошку, она убегает на разминку. А я иду в соседнюю кофейню, чтобы выпить кофе, пока жду Лисичку.
Приносят мой заказ. Кофе очень горячий. Пока он остывает, задумчиво рассматриваю прохожих в окно. На душе
тревожно, тоскливо, впрочем, в последние дни всегда так…Звонит мой телефон. Номер незнакомый. Не хочу отвечать, но кто-то оказывается очень настойчивым. Телефон звонит снова и снова.
Отвечаю.
— Олеся, это Света! — раздается бойкий голос сестры Макса.
— Слушаю тебя.
— А ты где? — удивляет она меня вопросом.
— Эм, а что? — хмурюсь. Света своим энтузиазмом иногда просто сбивает с ног.
— Я хочу тебя видеть! Быстро!
— Зачем?
— Хочу тебе кое-что показать!
— Свет! — раздраженно вздыхаю, но она даже не дает договорить.
— Олесь, пожалуйста!
— Но я не могу. У меня дочь на тренировке, мне ее забирать через час.
— О, так ты в Дворце спорта? А я рядом совсем. На соседней улице итальянский ресторанчик, знаешь?
— Нет, не знаю.
Света начинает изрядно напрягать, но отказать не могу. Она объясняет, как ее найти. Это и правда рядом.
— Хорошо, я сейчас подойду, — сдаюсь я.
Ресторанчик небольшой, уютный, расположен в полуподвальном помещении. Но зачем меня сюда притащили, я совершенно не понимаю. Вхожу, в зал, Света за угловым столиком, машет мне рукой.
Иду к ней, присаживаюсь.
— Привет, что ты хоте…
— Тихо! — вдруг обрывает она меня.
— Не поняла?
— Смотри! — показывает на боковую стену.
Сначала я ничего не понимаю. Там зеркало, смотрю на себя. Что-то не так? Поправляю прическу на автомате.
— Да не туда ты смотришь! — шипит Света. — Видишь, кто там? — указывает направление.
— А-а-а! — доходит до меня.
Там Марина. Рассматриваю внимательнее, точно она. Не одна. С ней за столиком молодой человек. Тот самый, с которым я видела ее в суши-баре. Только тогда с ними была еще подруга, а сейчас они вдвоем. И это очень похоже на свидание. У них в руках бокалы с шампанским, парень иногда берет Марину за руку. Нам не слышно, о чем они беседуют, но взгляды у них говорящие.
— И как тебе? — ухмыляется Светлана. — Я уже минут сорок наблюдаю за этими брачными танцами.
— Мне — никак. Я не интересуюсь чужой личной жизнью, — отворачиваюсь.
— То есть тебя не парит, что так ведет себя беременная девушка, которая рассорила тебя с твоим мужчиной? — Света смотрит на меня внимательным взглядом.
Я не знаю, что ответить. На самом деле, мне неприятно. И хочется этой Марине съездить по размалеванной физиономии. Но сделать так в реальной жизни я не готова.
— Свет, я уже поняла, что Марина эта та еще …, — не могу подобрать слова. — Но что ты хочешь от меня?
— То есть ты предпочитаешь остаться в стороне? А если там вообще не Макса ребенок? — гневно шипит Света.
— И что ты предлагаешь сделать?
— Я собираюсь пообщаться с будущей «родственницей»! Ты со мной?
— Нет уж, уволь, — поднимаю ладони.
— Ну, как знаешь! — Светлана встает, решительно подходит к столику, где милуются голубки.
— Привет, сноха! — проговаривает громко.