Чтение онлайн

В Москве да и в Нью-Йорке мне приходилось несколько раз встречаться с министром иностранных дел Саудовской Аравии Аль Фейсалом с целью обмена мнениями по актуальным вопросам положения на Ближнем Востоке. Высоченного роста, в неизменном арабском одеянии — длинный до пят темный бурнус, на голове — белая накидка — чутра и кольцо, прижимающее это покрытие на макушке, — укаль, — он уже своим видом вызывал расположение. А когда заходила беседа, производил впечатление человека, хорошо ориентирующегося как в обстановке, касающейся Ближнего Востока, так и в международном положении в целом.

Можно привести и другие ассоциации, но они будут, по-моему, уже менее значимы.

Итак, сегодня

разговор о Саудовской Аравии — это не суждения о каком-то сказочном мире, от которого веет седой стариной, а конкретное представление о стране, в которой живут люди, обуреваемые теми же думами и страстями, тревогами и надеждами, которые присущи и другим народам.

Когда смотришь фильмы о жизни арабов, то наиболее характерные бытовые сценки, взятые из глубины веков, можно увидеть чаще всего в лентах о Саудовской Аравии.

Конечно, художники кино одевают героев этих фильмов в типичную арабскую одежду — белую длинную до пят накидку, которую местные жители называют диздаша. В этих картинах есть и погони, и лихие всадники, несущиеся вдогонку за кем-то, и те, кто спасается от злодеев из пустыни. Режиссеры-постановщики часто дают волю воображению и утрируют то, что происходит в действительности. Тем не менее в таких кинопроизведениях все же находит отражение немало реальностей, которые показывают противоречивый образ этой исторической цитадели арабского мира, с одной стороны, — крайняя замедленность, а с другой — своеобразный динамизм.

А ведь было на что посмотреть! У Никсона на берегу океана. Проблема, ворвавшаяся в эпицентр политики. Исторический нонсенс. Джеральд Форд и владивостокская договоренность. Отпечаток подхода Меттерниха. С одной позиции на прямо противоположную. Борьба за договор. Поцелуй в Вене. За одним абсурдом — другой. Еще раз о правах человека. «Крестный отец» опасной концепции. Сайрус Вэнс до и после «развода». «Умеренный» Маски в Вене. Инцидент с самолетом. Мадрид — начало заседаний. Худой мир лучше доброй ссоры. «Необходимо искать соглашение». Куда они вели дело? Встречи с Шульцем. Испытание, с которым Кеннану не повезло. Успехи и неудачи Макговерна. «Хаммер» — значит «молот». Беседа с президентом. «Ваш муж за мир или за войну?»

Вся история советско-американских отношений убедительно показывает, что, когда СССР и США идут курсом взаимопонимания и сотрудничества, выигрывают их народы, интересы международной безопасности. Особенно наглядно проявлялся такой подход во время второй мировой войны, когда обе державы стали союзниками в величайшей битве против фашизма.

Немало полезного в советско-американских отношениях Делалось и в первой половине семидесятых годов, в период ослабления напряженности, что само по себе в большой мере способствовало развитию всего процесса разрядки. Позитивные сдвиги в отношениях между СССР и США обусловливались прежде всего активной миролюбивой внешней политикой Советского государства, неуклонным ростом его влияния и авторитета в международных делах, выходом на позиции военно-стратегического равенства с Соединенными Штатами Америки.

На этом фоне и в американской внешней политике начали становиться все более заметными элементы реализма. Хотя в США продолжали действовать влиятельные силы, враждебно относящиеся к сотрудничеству с Советским Союзом, в кругах, которые держали в своих руках бразды руководства в Вашингтоне, утверждалось

понимание того, что постоянная напряженность в советско-американских отношениях, таящая в себе опасность серьезных осложнений, а тем более угрозу вооруженного конфликта, не отвечает и их собственным интересам. Все шире распространялось мнение, что для взаимоотношений с СССР невозможна никакая иная надежная основа, кроме мирного сосуществования, взаимного учета интересов безопасности обеих держав.

Тогдашнее государственное руководство США — республиканская администрация во главе с Р. Никсоном, — пожалуй, ближе всего подошло к осознанию необходимости мирных отношений с СССР.

Ричард Никсон был, возможно, самой противоречивой фигурой на посту президента США. На вершину государственной власти ему пришлось взбираться с большим трудом. Однако Никсону не откажешь в упорстве и умении преодолевать препятствия на пути к президентскому креслу. Даже после того, как он потерпел поражение на президентских выборах 1960 года в борьбе с кандидатом демократической партии Дж. Кеннеди, Никсон не отступил от пути к своей цели.

Всесильные капитаны промышленных и финансовых монополий США распознали наконец в Никсоне своего человека и без колебаний сделали выбор в его пользу. В результате выборов 1968 года он оказался на высшем посту в стране. На выборах 1972 года республиканская партия вновь одержала победу, и ему удалось сохранить президентское кресло.

Не подводил, ни в чем не подводил Никсон деятелей большого бизнеса. На протяжении первого четырехлетия пребывания на посту президента его одобрительно похлопывал по плечу тот самый военно-промышленный комплекс, о пагубном влиянии которого на все стороны жизни и внешней политики США предупреждал Эйзенхауэр незадолго перед тем, как за ним закрылась дверь Белого дома. В общем, без особых потрясений прошла и половина второго срока президентства Никсона.

Затем, однако, Никсону суждено было пережить трагедию, заставившую его в августе 1974 года, еще до истечения конституционного срока, сказать Белому дому «прощай», когда он оказался перед угрозой привлечения к ответственности в связи с причастностью к так называемому «уотергейтскому делу».

Этот политический скандал разразился из-за того, что вскрылись противозаконные действия — попытка установить подслушивающее устройство в штаб-квартире демократической партии в отеле «Уотергейт» в Вашингтоне, подкупы, угрозы, лжесвидетельство, в которых оказались уличенными представители руководства республиканской партии и должностные лица Белого дома в период избирательной кампании.

«Уотергейт» будет долгое время давать работу историкам. Но если взять этот феномен в его чистом виде, то станет очевидной простая вещь — явление общего социального упадка. Ни в какие нормы человеческой морали и политической порядочности не укладываются приемы, практикуемые в высшем эшелоне тех кругов США, которые стремятся во что бы то ни стало устоять у власти. При этом конституцией часто пренебрегают. Проявляя неуемную жажду к тому, чтобы удержать за собой руль государственного корабля, считают, что цель оправдывает средства, даже если они сродни преступлению.

Хуже ли других Никсон? Ничуть. Другим просто везло. Возможно, они использовали более тонкие приемы. Не все одинаково поднаторели в «науке» привлекать избирателей.

В этой связи позволительно поставить вопросы:

— Есть ли более преступная цель, чем подготовка ядерной войны, которая неизбежно явилась бы величайшей трагедией для человечества?

— Есть ли действия более преступные, чем безудержная гонка ядерных вооружений?

Каждый объективно мыслящий человек может дать только один ответ: