Чтение онлайн

Люциус подумал, что если его сын выживет, он полностью изменит своё отношение к нему. Он даст ему возможность самостоятельно принимать все важные жизненные решения. Люциус поклялся принять любой выбор Драко. Выберет ли он квиддич вместо финансов для занятия в будущем, будет ли он изучать традиции в жизни магглов или же женится на магглорожденной, откажется ли он от семьи и сменит ли фамилию… Любой выбор, только бы его мальчик жил и дышал.

Взяв сына за руку и заметив на ней красные рубцы, лорд Малфой с горечью подумал, что у Драко появляется все больше поводов для отречения от Рода. Ведь Амбридж в школе появилась по его вине. После событий на кладбище Поттер сразу стал рассказывать о воскрешении Воландеморта. Это нарушало планы

Лорда, и тот приказал Люциусу сделать так, чтобы никто не поверил мальчику. Распоряжение Темного мага выполнить оказалось на удивление легко. Желание Фаджа замять всю ситуацию сыграло только на руку аристократу. Против мальчика была организована широкомасштабная кампания, выставляющая его полусумасшедшим фантазером, который привлекает к себе внимание публики. Мощь общественного мнения, которое было сформировано почти всеми печатными изданиями, была направлена на несовершеннолетнего волшебника-сироту. Такой удар мог вынести не всякий взрослый маг, но Люциусу этого показалось мало. Это он подкинул Фаджу идею о министерской инспекции в школе Хогвартс. Министру сразу понравилось это предложение, и он решил не ограничивать своего человека в методах. Люциуса это не волновало. Детям Упивающихся и, главное, Драко, была обещана полная неприкосновенность. Он сам рекомендовал сыну во всем поддерживать инспектора из Министерства.

Теперь такая, казалось бы, гениальная идея по указанию места Поттеру рикошетом ударила по Драко и обернулась против самого Люциуса.

Размышляя о содеянном, лорд Малфой поднес руку Драко к губам и начал покрывать поцелуями поврежденное место.

– Мальчик мой, прости меня. Я не думал, что все так обернется. Я никогда не хотел причинить тебе боли. Очнись! – молил лорд сына.
– Драко, пожалуйста, открой глаза. Мы со всем справимся, только прошу тебя, очнись.

– Он не слышит тебя, – раздался холодный голос от дверей.

Лорд обернулся и увидел жену, стоявшую посреди комнаты. Нарцисса выглядела постаревшей на несколько лет; в ее глазах появился металлический отблеск, которого Люциус не видел за все годы супружеской жизни. Аристократ поднялся, обдумывая, что сказать жене и как можно ей помягче обрисовать сложившуюся ситуацию.

Нарцисса подошла к мужу и быстро, не раздумывая, дважды ударила мужа открытой ладонью по лицу с силой, которую трудно было ожидать, глядя на её хрупкую точеную фигурку.

– Это за то, что не сообщил мне, что случилось с моим сыном, а также за то, что заблокировал до понедельника все камины в Мэноре, – лорд ошеломленно смотрел на жену, потирая ноющую щеку. Его спокойная супруга, ни разу не поднявшая на него голос...

– А это, – Нарцисса прошептала заклятье, и Люциус почувствовал остро вспыхнувшую боль в челюсти от сильного невидимого удара, – за то, что до сих пор считаешь меня слабой и глупой куклой. С остальным я разберусь позже.

– Как ты узнала?

– Силенцио! – Нарцисса колдовала, даже не вынимая палочки.
– Мне некогда выслушивать твои вопросы и оправдания. Времени из-за вас с Северусом потеряно прилично. Ты сейчас идешь и настраиваешь все камины на вызов. Потом приводишь в замок Северуса. И Мерлин помоги вам обоим, если с головы мальчика Поттера упал хотя бы один волос. Фините.

– На чей вызов я должен настроить камин? – спросил Люциус. Такой свою супругу он не видел никогда, и спорить с ней не хотелось.

– На Сириуса Блэка, – сказала Нарцисса, поворачиваясь к кровати сына.

– На этого… - Люциус не успел закончить фразу, потому что палочка жены уперлась ему в подбородок.

– Дорогой, по-моему, ты забываешь, что я рождена дочерью рода Блэк. Ты сейчас

же настроишь камин на моего кузена и приведешь в гостиную Северуса. И будете ждать сообщения от Сириуса. А если он захочет прийти в замок, ты пропустишь его. И вы с Северусом будете развлекать его, пока я наверху буду пытаться облегчить страдания нашему сыну. Вы будете милы с Сириусом Блэком, даже если он будет называть Северуса Нюниусом, а тебя – Перегидроленным павлином. И даже если Сири скажет, что вы мерзкие слизни, вы будете ему вежливо улыбаться, так как только у него есть возможность узнать, как сохранить нашему сыну жизнь и рассудок.

С кровати раздался стон. Нарцисса, потеряв к мужу всякий интерес, бросилась к сыну.

– Драко, солнышко, я здесь. Я уже пришла, – обратилась она к подростку голосом, которым она говорила с ним когда он был совсем маленьким. – Я помогу тебе. Покажи мне, что ты видишь…

Последнее, что увидел Люциус, выходя из комнаты сына, как Драко руками притянул мать к себе за плечи и между ними установился зрительный контакт.

часть 5 (18)

Профессора вышвырнуло из сознания студента. Поттер лежал на полу в позе зародыша, подтянув ноги к груди. Из носа у него тоненькой струйкой текла кровь. Зельевар слишком долго пребывал в его воспоминаниях, не обращая внимания на попытки подростка сопротивляться чужому присутствию.

Поттер поднял на профессора безумный взгляд и спросил:

– Насмотрелись? Будет, о чем теперь посмеяться со своими слизнями? Плакса-герой мечтает о мамочке...
– Национальный герой закашлялся, обрывая фразу. Воздух в комнате начал потрескивать от магического напряжения. Поттер был на грани спонтанного выброса.

Снейп попытался было подойти к Поттеру, чтобы помочь ему остановить кровь, но тот отшатнулся от его руки и постарался отодвинуться от профессора в угол. Перед зельеделом сидел не ученик, а дикий зверь, готовый броситься в атаку в любую минуту. Такой любую попытку помощи расценит как провокацию, а вопрос или невинную фразу воспримет как насмешку.

Но выпускать подростка в таком состоянии профессор был не намерен. Такой Поттер мог натворить дел, причинив вред и себе, и окружающим. Однако зельевару показалось, что он нашел единственно верное действие, которое помогло бы ему успокоить доведенного до края гриффиндорца.

Снейп подошел к омуту памяти и, достав палочкой нитку белой мысли, поместил её внутрь артефакта.

– Поттер, подойдите и загляните, – спокойно позвал он подростка.

– Это ещё зачем? – Поттер уже остановил кровь и теперь утирал запекшиеся следы с лица.

– Я посмотрел ваше воспоминание и хочу взамен предоставить одно из своих, – объяснил профессор свои действия.

– Нет, спасибо! – при этих словах Поттер, не спрашивая, уселся в кресло.
– Не думаю, что я хочу ещё раз посмотреть, что творят Упивающиеся в своих рейдах.

Профессор понимал, что хамством и дерзостью тот пытается привычным для него образом защитить свои чувства. Однако, судя по всем признакам, у студента от подавления испытываемых эмоций в любую минуту мог начаться неконтролируемый выброс магии. И, зная его потенциал, профессору оставалось надеяться, что разрушение коснётся только его покоев, а не всего подземелья вообще. У зельевара просто не было времени, чтобы уговаривать заупрямившегося подростка. Поэтому учитель просто подошел к креслу и, схватив Поттера за шкирку и не обращая внимания на удары, которые сыпались на него градом, подтащил его к омуту. Одно резкое движение сильной руки заставило гриффиндорца опустить голову внутрь. Через несколько секунд строптивый студент замер, погрузившись в просмотр чужого воспоминания.