Чтение онлайн

Она была мила и приветлива с ним, напросилась на танец, хлопала ресницами, интересовалось его делами, делала всё, что успела почерпнуть у тётушки Алёны. И уже к концу вечера по его блестящим за тонкой оправой очков глазам и легкому румянцу на щеках, она поняла – его сердце теперь у неё в руках, и она может играться с ним, как Снежинка когда-то с пойманным мышонком.

Когда Орловы возвращались в столичный дом, тётушка Алёна, что ехала с Надеждой в одной карете шепнула ей на ухо:

– Не упусти своего шанца.

– Только не попади впросак, – сказал, услышавший

Олег. – Не думаю, что он из тех, кто действует первым.

– А мне этот Горячев понравился, – как бы между делом заметила Вера. – Он скромный и галантный.

Олег скептически приподнял бровь.

– Матушка будет в ярости, – с сожалением сказал Константин. – Она с трудом смерилась с выбором Фёдора.

– Эту бурю можно пережить, – махнула Надежда рукой, почувствовав, как рядом сидящая тётушка Алёна вздрогнула. – Он ведь посвященный.

А следующим утром случилось то, чего Надежда и Вера так долго ждали – дневная столица открыла им свои объятья, пусть и в кампании Олега и Семёна.

– Ох, – вырвалось из груди Надежды, когда та прогуливалась с братьями и сестрой по Золотой Аллее. – Неужели я не сплю?

Экипаж брать не стали, от столичного дома Орловых до Золотой Аллеи было пятнадцать минут неспешной ходьбы. На их радость, погода выдалась солнечной и теплой. Сёстры обошлись легкими накидками и кожаными сапожками.

Стоило им только ступить на мостовую, как они подумали, что попали в блаженные земли. Солнечные лучи играли на витринах, где располагались: украшение, платья, туфельки, ридикюли, румяна, сладости…

– Ах, – восторженно вздохнула Вера. – Наденька, ты только посмотри. Что за чудесные платья в том ателье, а какой на их лифе жемчуг.

Но старшая из сестёр уже ничего не слышала. Все её внимание было приковано к серёжкам в витрине ювелирного. Тончайшие листья и цветы опутывали чистый, словно слеза младенца циркон грушевидной огранки. Она так залюбовалась ими, что не заметила, как к ней подошел молодой человек в невзрачной шинеле.

– Прошу прощения, – тихо обратился он к девушке.

Она подняла на него хмурый взгляд, но стоило ей увидеть нарушителя своего спокойствия, как недовольство сменилось удивлением.

– Ах, это вы! – улыбнулась она Горячеву.

– Сожалею, что прервал Вас, – растянул он бледные губы в мягкой улыбке.

– Ну что Вы, – отмахнулась Надежда. – Пустяки. Я всегда рада достойному… собеседнику.

Легкий румянец покрыл острые скулы Горячева, и он нервно поправил круглые очки.

– Вам нравятся здешние украшения? – нашёлся он, после неловкого молчания.

– Да, – Надежда прошлась жаждущим взглядом по витрине. – Они очень прелестны, не находите?

– Тончайшая работа, – кивнул Горячев. – В моих мастерских трудятся самые лучшие мастера.

– Ваших мастерских? – Надежде сделала удивленное лицо, словно Орловы ни разу не покупали у него украшений.

– Да, – он немного выпрямился. – Это мой магазин. Вам пришлись по нраву эти серьги?

– Да, – кивнула она, предвкушая добычу. – Эти…

– Тогда я дарю их Вам, – он открыл дверь ювелирного магазина, и жестом пригласил её войти.

Надежда

мельком обернулась на неподалеку стоящих Олега и Веру. Сестра смотрела на них во все глаза, затаив дыхания, а брат кивнул ей головой в сторону открытой двери. Надежда сделала шаг вперёд.

Как только колокольчик над дверью звякнул, к ним поспешил работник с лихо закрученными усами.

– Сударь, – расплылся он в подобострастной улыбке. – Как поживаете? Ах, вы с дамой.

– Упакуй, вон те серьги с цирконом, – бросил ему Горячев.

– Сей момент, – раскланялся продавец.

Надежда смотрела, как его ловкие пальцы заворачивают украшения, которые скоро станут её собственностью, и понимала – она не прогадала. Горячев был богат, не прихотлив, и точно задарит её драгоценностями.

– Вот, – Горячив передал ей серьги. – Думаю, Вы будете в них великолепны.

– Благодарю, – глаза Надежды блеснули, и она, взмахнув ресницами, произнесла. – Надеюсь Вы как-нибудь заглянете к нам на чай.

И пока он не успел предложить проводить её до дома, Надежда вальяжно удалилась.

– А он щедрый, – хмыкнул Олег, разворачивая чужой подарок.

– Может стоило хотя бы поприветствовать его? – спросила Вера, тоже с интересом смотря на серьги.

– Тогда бы мне пришлось платить, – поморщился Олег. – Стипендии нынче и на самое необходимое редко хватает, а батюшка мне больше денег не высылает.

– Ах, какие красивые, – Надежда не могла налюбоваться на подарок.

– Только скажи матушке, что это мы их купили, – посоветовал Олег.

Надежда покивала и тут же решила надеть обновку. Скромные серьги из серебра были брошены на дно ридикюля, а новые отлично подошли ей и хорошо смотрелись с её нарядом.

– Если он будет дарить мне подобное, хотя бы раз в месяц, я готова за него хоть завтра замуж выйти.

– Ты очень дорогая жена, – присвистнул Олег.

– Конечно, – хмыкнула Надежда. – Я знаю себе цену.

– А где Сёма? – вдруг спросила Вера.

Серьги были позабыты. Троица за озиралась по сторонам. Ребёнка рядом не было. Но не успели сёстры поднять шумиху, как Олег с облегчением вздохнул и сказал:

– Да вот же он где.

Семён стоял у витрины магазина игрушек, прижав нос к толстому стеклу. Там, внутри, среди кукол, мячей, сабель и лошадок, стоял, расправив свои белоснежные паруса, мощный фрегат. Мальчик так им увлёкся, что потерял всякий интерес к происходящему вокруг. Был только фрегат. Фрегат и Семён.

– Может купим его? – спросил Олег, положив руки на плечи мальчика.

– А можно? – с надеждой спросил Семён. – Матушка разрешит?

– Мы просто купим его, и она ничего не сможет поделать, – заверил его Олег. – Ну что? Хочешь получить фрегат достойный только самых великих путешественников?

Семён закивал, пребывая в щенячьем восторге. Дело было решено.

Они гуляли по столице до самого вечера. Обошли всевозможные магазины, паркам, посетили театр, и даже съездили на скачки. А с заходом солнца на улицах зажглись фонари. Они выглядели так, словно кто-то сунул в банку упавшую звезду.