Отступница
Шрифт:
Меня звала луна.
Я поняла это только сейчас, когда, присев на корточки у озера, прикипела взглядом к ее отражению. И именно ее ледяное притяжение так пугало и так завораживало.
Бред какой-то…
Я поспешно отвела взгляд и, плеснув в лицо холодной водой, быстро пошла к костру, с трудом поборов желание побежать.
Но притяжение было сильнее меня… Намного сильнее… И уже подходя к огню, я не удержалась и посмотрела вверх.
Полная луна хищно подалась вперед, намертво вцепившись в душу…
— Далия! Отвернись! Быстро! — голос Волтивера пробивался в сознание неохотно, словно, сквозь вату.
Поздно… Я уже ничего не могу
Лунный свет затопил все мое существо, швырнув на берег и отключая от реальности…
— Черт! Ну почему же так не вовремя, а?! — не сдержался мужчина, — Ведь всего одна ночь оставалось!..
«Что не вовремя? — отстраненно подумала я. — Вроде бы все нормально…».
И тут меня исполинской силой впихнуло обратно в тело, до предела обостряя чувства. С головы до ног прошла болезненная судорога и, спустя несколько секунд, я очень пожалела о том, что не утонула…
…Меня захлестывала необъятная волна боли, усиливаясь с каждой секундой и не давая даже крику вырваться из горла. А ткани уже безжалостно корежила невидимая преисполненная жестокости сила, словно разбивая и перестраивая тело заново. По клеточке. На живую….
Я даже представить себе не могла, что бывает настолько больно: ни вздохнуть, ни выдохнуть, только безбрежное страданье, раз за разом становящееся все сильнее и сильнее — один на один с изорванной в клочья душой, заключенной в трепещущем, смятом теле, и страстно мечтающей о смерти…
Бесконечно…
— Тут везде кровь! — испуганно вскрикнул ангел, я все еще слышала их обоих, но уже ничему не удивлялась. — Что происходит?!
Руки, или того, что раньше было рукой, коснулась чья-то ладонь, заставляя место прикосновения буквально взорваться изнутри.
— Да не трогай же ты ее!! — зло рявкнул Волтивер, судя по звуку резко отталкивая ангела в сторону. — Нельзя! Иначе будет еще хуже!!
Не будет…
Я была неправа. Следующий приступ расправился с моим предположением в пух и прах. Но тут, на самом пике, доведя до предела уже переставшее сопротивляться тело, наступило затишье.
Боль не прибывала и не затихала — просто остановилась. Но мои силы уже давно были вычерпаны до дна, и я начала медленно уходить в небытие. Эмоции стерлись, ощущения ушли на задний план…
— Нет, Далия! Борись! Уже почти все! — крикнул Волтивер.
Не могу… не хочу… так проще…
— Можешь!!! — словно отозвался на мои мысли мужчина. — Еще немножко осталось! Ты справишься! Просто потерпи чуть-чуть, и ты перешагнешь порог!
Легко сказать, потерпи… Это слово не применимо к тому, что происходит…
Я последним усилием воли увернулась от затягивающей бездны и снова окунулась в омут ощущений. В этот же момент грань дрогнула, и боль медленно пошла на спад, постепенно возвращая тело в привычное состояние, открывая дорогу полноценному осознанию действительности…
Я застонала, слабо шевельнулась, из глаз помимо воли потекли горячие слезы.
Кто-то успокаивающе провел кончиками пальцев по моей щеке, тихо произнес:
— Все уже позади… Ты справилась… Теперь все будет хорошо, обещаю…
Это был Волтивер. Он же осторожно поднял меня на руки и отнес к костру. Я не выдержала и разревелась, судорожно прижавшись к мужчине. Он без слов крепко обнял меня, успокаивающе гладя по волосам…
Еще всхлипывая, я медленно провалилась в липкую паутину сна без сновидений…
Я проснулась очень рано. Рассвет только-только начал заявлять свои права, окрасив край неба светло-голубой
каймой и отогнав звезды на задний план. Спать больше не хотелось. Наоборот тело переполняла странная горячечная бодрость. Я шевельнулась, с удивлением обнаруживая, что закутана в два одеяла, поверх которых на моей талии лежит рука Волтивера, спавшего рядом. В голову закралась подозрительная мысль.Я осторожно высвободилась и села, оглядываясь.
Эммануил спал неподалеку — прямо на траве — свернувшись ничком: под прикрытие одного из пушистых крыльев. Волтивер, лишившись живой грелки, зябко поежился, но, к счастью, не проснулся. Я невольно остановила свой взгляд на мужчине, пусть плохо, но различая в полумраке знакомые черты. На его лице застыло выражение спокойной отрешенности. Так бывает только с людьми, которым нечего терять… Темно-каштановые волосы, черная одежда, непонятная, пугающая сила, невольно ощущающаяся даже на расстоянии — Волтивер казался воплощением темной стихии; и в тоже время… теплая ирония, такой открытый смех, спокойная уверенность, заставляющая чувствовать себя рядом с ним в полной безопасности… Так кто же ты на самом деле, а? Мне уже становится страшно…
Помедлив, я стащила с себя одно одеяло и осторожно укрыла мужчину. Все равно вставать. Умыться что ли? Все-таки сегодня посвящение.
Я поднялась, нехотя выпутываясь из второго покрывала. Ветер больно стеганул по коже. Неужели настолько похолодало? И тут я все поняла. То, что я по ошибке приняла за ночной кошмар, оказалось пугающей реальностью. Нахлынувшие воспоминания каленым железом прошлись по телу, на лбу выступила испарина. Так что же такое вчера со мной произошло? Это что — направленный удар? Тогда почему меня не защитила Метка? Да и вообще — каким образом я умудрилась выжить? После такого смерть обеспечена любому. И почему я чувствую себя вполне нормально?! Может это агония?! Я с сомнением осмотрела себя: одежда изорвана в клочья, все тело покрыто бурыми пятнами засохшей крови, моей я так понимаю. Но видимых повреждений не наблюдалось, как, впрочем, и каких-либо неприятных, кроме холода, ощущений. Странно все это…
Настроение сильно испортилось. Запахнувшись в одеяло обратно я, по-возможности стараясь не шуметь, склонилась над своей сумкой, в поисках сменной одежды. Не мешало бы еще искупаться: выгляжу сейчас, наверное, устрашающе. К тому же наверняка глаза красные, а лицо так и вовсе опухло!
Так мне и надо! — зло одернула себя я. В следующий раз думать буду, прежде чем реветь! Следующий момент разозлил меня еще больше. В сумке валялись только штаны, заботливо высушенные мной у костра еще позавчера. А вот разорванную Волтивером футболку я сожгла. То, что сейчас болталось на мне — восстановлению не подлежало. Единственное, что вчера уцелело — черные кроссовки, сдуру снятые перед «умыванием».
Ну и отлично!! Явлюсь на посвящение полуголой! Что мне какой-то там ритуал! Подумаешь, другие его всю жизнь ждут! Готовятся! А мне вот опозориться — раз плюнуть! Первый раз что ли? Зато Чарона навсегда запомнит сумасшедшую оборванку!
Я с ненавистью подобрала немногочисленную одежку и двинулась по направлению к озеру. Рассвет вступал в свои права, снова пригнав вместе с солнцем табун темных облаков, медленно переплавляющихся в огромную тучу. Первые неуверенные лучи, не выдержав конкуренции, стерлись, уступая место угрюмой погоде. Решив не дожидаться дождя, я мужественно сбросила одеяло и, закусив губу, шагнула в озеро. Мамочки, как холодно!!