Чтение онлайн

— Слово доктора…Ик! Закон! — изрек больной и опрокинул очередную дозу.

В голове закружилось, и комната пошла волнами, уплывая куда-то в астрал. Почти пол литра виски на голодный желудок, да еще и после стресса — страшная, убойная сила.

Ашортия быстро обработал рану, снарядил ниткой ту самую, страшную кривую иглу и принялся за дело.

— Ай, ни**я себе!

— А как ты хотел, дорогой? Лежи, терпи давай. Можешь что-нибудь прикусить.

— За нос щас тебя прикушу! …Ах, сука! — это иголка в очередной раз проколола кожу, — помню я маленький голову разбивал…

— Вай, ну какое мясо! Работаю исключительно по эпидермису! Так, терпи-терпи! Стрижка, как говориться только начата. Колотые шить не буду.

— Давай, шей меня полностью, чего уж там… — решил блеснуть героизмом порядком захмелевший пациент.

— А почему кстати в больницу сразу не поехал? Ну или раньше меня не вызвал, — резонно поинтересовался грузин.

— Да, ты знаешь… — начал сочинять Илья на ходу, — сначала не подумал, что так все серьезно. Думал с утра тебе набрать. А в больницу почему не поехал?.. Ты прикинь, я же в Индонезии как-то с паспортом искупался! Но пластику то хоть бы хны, а вот полис, который там сложенный лежал, это дело не пережил, вот…

— Ну ты и дубина! — покачал головой Давид.

— Да уж!..

Остаток операции прошел молча. Илья лишь морщился и тихонько охал, когда иголка раз за разом пронзала кожу.

Вскоре дело было сделано. Ашортия обработал швы, наложил какую-то мазь и перевязал рану.

— Короче, Илюха, это собаки, сам понимаешь. В больницу все равно надо — прививку от бешенства сделать. На перевязки и я могу приезжать или ты сам, а вот прививку — надо. У меня с собой не оказалось сыворотки. Я, конечно, могу найти, но это надо сделать как можно быстрее, потом смысла не будет. Хочешь отвезу тебя к себе на работу? Там полиса не надо.

Илья немного подумал, особенно над тем, какой сейчас день. Вспомнив, что сегодня суббота, а значит в клинике Давида не должно быть много народу, он сказал:

— Если не трудно, Дава, то я за. Спасибо.

— В карман не нальешь! Или как там правильно, — весело ответил грузин, — собирайся, поехали.

После того как друзья сели в машину к Давиду и выехали на Валовую, Ашортия сказал:

— Кстати, Илья, тут же накануне и со мной тоже интересная хрень случилась. Интересная и непонятная…

Шоколадный Touareg остановился на светофоре, хирург закурил и продолжал:

— А я ведь не удивлен, что ты мне набрал сегодня, Илья. Ну, то есть, не совсем удивлен.

— Ты о чем?

— Вчера утром, ближе к обеду я получил странное сообщение, предупреждение что ли… Ничего конкретного, но, когда ты позвонил, я сразу связал это с тем странным случаем.

— Какой случай? Дав, ты о чем вообще, — Илья был изрядно сбит с толку. А в атакованную виски голову информация проникала очень и очень плохо.

— Да она ж у меня с собой! На заднем сиденье лежит, можешь глянуть, там все как было. Специально в машину забросил — тебе показать, перед тем как ехать.

Заинтригованный Илья повернулся назад, пошарил рукой по заднему сиденью.

— Дава, тут нет ничего.

— Посмотри, там под седушками, может упала, закатилась. Я точно помню, что брал её.

— Её… Кого

Тут он замолчал, потому что по материалу и его фактуре сразу узнал, о чем конкретно говорил сейчас его друг. Спустя несколько мгновений, Бельштейн, преодолев боль в затекших от пребывания в неестественном положении мышцах, разогнулся и занял привычное положение в пассажирском кресле. В руках же он держал небольшую черную коробочку, исполненную точно так же и точно такого же размера, как та, что он получил от неизвестного в Джакарте.

Хакер побарабанил пальцами по коробке, нервно вздохнул и начал, как ему показалось, стремительно трезветь.

— И что ты говоришь, там записка была, с предупреждением?

— Про записку я, однако, ничего не говорил, — ответил Давид и быстро взглянул на Илью, — но ты угадал. Можешь ознакомиться, она там внутри так и лежит.

Раненный быстро открыл коробку и увидел сложенный вдвое лист добротной плотной бумаги, развернул и прочитал:

«Твоему другу скоро понадобится помощь».

И все. Точка. Точно так же кратко и одновременно многозначительно. Писали явно те же люди или тот же человек. Или не человек — почему-то подумал Илья.

— Как это у тебя оказалось?

— Я только закончил прием очередного пациента, как позвонила девчонка с приемной и сказала, что какой-то неизвестный оставил эту коробку на мое имя, потом он сразу же ушел. Все.

— Да уж… — только и смог сказать Илья.

Какое-то время ехали молча. Бельштей так и сидел с открытой коробкой на коленях о чем-то размышляя. Тут он уже открыл рот, готовясь рассказать другу о точно такой же посылке, полученной им от точно такого же странного незнакомца в Индонезии, как его руку ни с того ни с сего пронзила страшная боль.

— Ааааа! — застонал Илья.

Давид быстро посмотрел на него и озабоченно спросил:

— Илюха, что такое? Заболела?

— Бляяяяяяяяять! Как же больно! Сууу. ка…

И тут боль отступила так же внезапно, как и началась.

— Дав, машина!

Задние фонари Kia Sportage, стоящей на светофоре летели в лобовое стекло.

— Твою мать! — крикнул Ашортия и ударил в тормоз со всей силы. Зад Volkswagenа подпрыгнул, заскрипели шины и большой внедорожник клюнул носом в сантиметрах от корейского бампера. Столкновения едва удалось избежать.

— Ху!.. — выдохнул Давид, — еще бы чуть-чуть.

— Да уж!.. — перевел дух и Илья.

— Так, спокойно, давай просто доедем, — сказал грузин и отцепил от руля побелевшие от сильнейшего напряжения пальцы.

Машины тронулись, Давид очень мягко и аккуратно нажал на газ. До клиники друзья доехали без дальнейших приключений. О том, чтобы рассказать Давиду про аналогичный случай с получением странного предупреждения Илья как-то совсем забыл.

— Юля, привет, — сказал Давид девушке на ресепшене, когда они с Ильей прошли в фойе больницы, — Михалыч на месте?