Чтение онлайн

Грегори появился у деревянных ворот, медленно сошёл по деревянной лестнице и остановился на деревянной мостовой. Перед ним было несколько рядов облачённых в кольчугу воинов, а впереди стоял мужчина с длинной шеей, в железном панцире и каплевидном шлеме с ворсовым султаном на макушке.

При виде Грегори человек неприятно сощурился. Положив ладонь на рукоять меча, он громко спросил:

— Ты из тех монахов, что накануне заявились в наш город? С чего бы Крылану позволять тебе вести переговоры от своего имени? Какая-то уловка?

— Я веду переговоры не от имени князя, — сказал Грегори. — Я веду переговоры от имени Раскалённой Цитадели и

Служителей Пламени.

— Тогда не вижу причин, почему тебе есть дело до наших распрей, — ещё больше сощурился человек. — Я — тан Плутар, со мной тан Лугос и тан Лидий, — он указал куда-то в скопление косматых бород и озлобленных лиц, — и их дружины в придачу. Мы намерены избавить Крылана от груза княжества. За его выходки, из-за которых пострадало влияние наших родов!

— Князь не откажется от своей власти, — отвечал Грегори. — Если вы продолжите мятеж, это приведёт лишь к резне.

— Доколь мы не получим своего, резне быть! — прорычал Плутар, и дружинники, одобрительно галдя, застучали древками топоров.

— Я хочу вас предупредить, — в голосе Грегори не было и тени злобы. — Прямо сейчас младший сын князя и школяр нашего ордена решают проблему с рудомолами. Быть может, совсем скоро вам уже незачем будет биться.

Из строя резко выступил тан Лидий, который оказался мускулистым коротышкой в круглом шлеме. Остальные мятежники принялись переглядываться.

— Значит, Крылан наконец соизволил действовать? — спросил Лидий.

— Ещё бы он не действовал! — взвизгнул Плутар. — Мы взяли его за горло, вот он и пытается спасти свою шкуру! Вспомните его беспричинные нападки на караваны! Вспомните казни и вечные поиски шпионов! Князь стареет, и нам нужно его подвинуть, даже если на этот раз он образумился!

— В таком случае вас ждёт неудача, — всё так же доверительно проговорил Грегори. — Во дворце князя сейчас находятся адепты ордена. Если вы атакуете, им придётся защищаться — от вас или от людей Крылана. В обоих случаях весь верхний этаж Гроттхуля сгорит дотла, а нижние пострадают от обрушения. Стоят ли ваши амбиции этой несоразмерной жертвы?

Теперь вперёд вышел уже тан Лугос, широкий, рябой, рыжебородый.

— Этот монах дело говорит, Плутар. Будет ли резон в правлении пепелищем?

Над улицей разнёсся чистосердечный возглас Крылана:

— Всем, кто сложит оружие, обещаю княжеское помилование!

В строй мятежников закралось сомнение, раздались беспокойные разговоры и возня. Плутар, явно терявший позиции, выхватил из ножен меч, поднял его над головой и яростно завопил:

— Да вы что, совсем из ума выжили!? Верите словам Крылана, который лишил нас достатка из слепого желания насолить Эддеркоп?! Или не слыхали историй о том, как шагал он по головам к своему трону!? А те двое, которых послали в рощу? Бьюсь об заклад, они уже стали пищей для рудомолов, и кости их украшают насекомье гнездо!

На этих словах внутри у Нессы всё сжалось от ужаса. Плутар, которому удалось вновь овладеть вниманием мятежников, продолжал свою речь:

— Ужели вас, смелых воинов Гроттхуля, так напугали угрозы чужака!? — тан указал на Грегори пальцем. — Он пришёл сюда, в наш дом, и смеет диктовать нам свои условия! Суёт нос куда не нужно, грозится прибегнуть к своему хвалёному «пламени», чтобы посеять здесь разрушение, как в древности сеял разрушение его орден! Ужели вы, славные сыны Гроттхуля, убоитесь его угроз? Ужели сложите оружие и откажетесь проливать кровь, когда речь идёт о вашей чести!?

Тут возле строя

восставших появились двое юношей. Ослабшие, измотанные, покрытые слизью, они плелись вдоль рядов звеневших кольчугами воинов, плелись медленно, но уверенно.

У Нессы отлегло от сердца. Она отвернулась, устыдившись тёплых слёз, побежавших по её щекам.

Когда адепт Арлинг и младший сын князя Фелинн достигли ворот дворца, все сумели как следует рассмотреть их — и воцарилось молчание. Фелинн устало опустился на ступеньку, ставя рядом вложенный в ножны меч, а Арли, отдуваясь после тяжкого подъёма, встал подле.

Заметив отцовское лицо в окне второго этажа, Фелинн тяжело поднялся и зычным, отчётливым голосом заявил:

— Гнездо рудомолов уничтожено, отец. Роща может и дальше давать нам древесину, — он посмотрел на Лидия и Лугоса. — И вам тоже, любезные таны.

Дружинники князя ликующе загромыхали топорами. Адепты улыбались друг другу, приплясывали, хлопали в ладоши. В нынешний миг они видели в Арлинге героя. Пусть это не продлится вечность, но всё плохое, что было между ними, временно стушевалось на второй план, стало незначительным, неважным на фоне той победы, с которой возвратился адепт.

Восставшие неловко ёрзали на месте, тряся шлемами. Их строй сделался каким-то неровным, ломким, и князь, с самодовольной ухмылкой отходя от окна, проурчал: “Эти в бой не пойдут”.

Грегори взглянул на Арлинга — взглянул с теплотой, даже с благодарностью. Адепт смутился и кивнул наставнику. Тот приблизился к потерпевшему крах Плутару.

— Пламя не годится для одного только разрушения, — сказал наставник. — В умелых руках оно служит благим целям: предотвращает насилие, обеспечивает стабильность, приносит мир. Я надеюсь, все присутствующие запомнят этот урок и передадут его другим. Надеюсь, будет жить память о том, как сегодня, благодаря Пламени, Гроттхуль сумел избежать бессмысленной бойни.

За четырнадцать лет до чествования Служителей Пламени в Гроттхуле орден сотрясал Изгарный Раздор. Противоречия, к тому времени уже давно зревшие в стенах Раскалённой Цитадели, вылились в открытый бунт пятидесяти братьев против новоизбранного Великого магистра и отвержение ими идей Двенадцати катехизисов.

Конфликт не удалось разрешить миром. В стенах Цитадели завязался бой, который привёл к уничтожению библиотеки и многочисленным смертям среди адептов. Мятежники отступили в пещеры, а на последовавшей Браассе против них было объявлено Пламенное Шествие.

В течение долгих десяти лет Служители Пламени вели войну против собственных братьев. И хотя им удалось одержать верх, победа стала лишь прелюдией к более затяжному кризису, а принесённая ради успеха жертва оказалась непомерно велика…

?

Бесформенная груда скрюченных, почерневших трупов лежала возле стены. Среди обугленных конечностей, торчащих в разные стороны, угадывались совсем маленькие — детские.

Деревня Подгорье примыкала к высокой каменной осыпи, возникшей здесь задолго до самого поселения. От него Подгорье и получило название. Ничем не примечательная деревушка со Срединных ярусов: десяток глинобитных хижин, жители которых выращивали морковь, молились вихтам и сбывали урожай в Железных Норах. Грегори прибыл сюда в сопровождении Джошуа, Дормо и нескольких других адептов — оказать поддержку Боннету, сообщавшему в письме, что он выследил отряд еретиков.