Отпускай
Шрифт:
Сегодня, после зала ей предстояла долгая дорога к адвокату. Нужно будет собрать документы об усыновлении, о пребывании в детском доме. Свидетельство о рождении Эммы Эгертон. Возможно, понадобиться ДНК-тест, однако, все это того стоило. Стоило шанса получить жизнь, в которой Фастер могла бы пережить чью-то нелюбовь без эротических «песен» за стеной, без периодического скобления сердца железной теркой жалости и высокомерия.
Говорить о чем-то таком Нейту было страшно. Уже не просто неловко или некомфортно, а страшно. Что он скажет на эту новость? Что… сделает?
Небольшие каблучки стучали по дорожному покрытию. Впереди виднелось здание больницы, и теперь,
* * *
— Нет, не смотрите вокруг. — Даглас сдвинул брови. — Вы всегда живете с мыслью, что вам нужна лавка. Некий... костыль, чтобы вас поддерживать, но нет. Вы в силах ходить и без него. Отталкивайтесь от уверения, что вы — не инвалид. Вы просто немного более слабая, чем другие. Отталкивайтесь от уверения, что лавка вам не нужна. И однажды вы про нее забудете. Вы... еще не находитесь рядом с пределом ваших возможностей. Вы к нему даже не подошли. — Мужчина мягко погладил пациентку по плечу, внимательно глядя ей в лицо. — Прогресс колоссальный, но это только начало.
— Спасибо. — Эмма неловко таращилась в пол, но совсем не потому, что боялась упасть. Щеки уже стали настолько красными, что, казалось, у девушки температура. Зрачки скользили по синему, матовому ковролину.
— Что-нибудь хотите обсудить? — Доктор слегка наклонился вперед. — Что-нибудь спросить, или услышать?
— Мне просто неловко после всего, так что…
— Эмма. — Даглас прикрыл глаза. — Я вам нравлюсь? Только честно.
— Да. — Ей казалось, еще немного, и сосуды на лице начнут лопаться от стыда.
— Но вам некомфортно, верно? Послушай, все хорошо. Я вижу, что ты чувствуешь. Как сильно тебя рвет на части, но поверь. Это, со временем, пройдет. Я не полный идиот, чтобы к чему-то тебя склонять, ставить ультиматумы. Будет так… как тебе уютно. Уютно дружить сейчас? Будем дружить. Уютно будет начать отношения? Начнем отношения. Меня все устраивает, мне нравится проводить с тобой время.
— Ты просто святой. — Одними губами прошептала Фастер. — Почему… почему?
— О нет, не говори обо мне так. — Молодой человек наклонил голову, и сверкнули стекла очков. — Я просто не идиот, вот и все. Как я сказал раньше… связь с первым мужчиной у всех сильная, глупо её отрицать. Особенно когда он всю жизнь тебе помогал. Сильная, крепкая, как пуповина. Это нормально, что тебя штормит. Я не стану тебя осуждать, что бы не случилось.
— Спасибо. — Эмма нервно сглотнула, затем медленно положила мужчине голову на грудь. Мягкий хлопковый халат пах больничным антисептиком, как обычно, а темно-зеленая рубашка… приятно. Телом.
Беспорядочно быстро билось в груди его сердце.
— Спасибо за все. — Продолжала девушка. — Ты изменил мою жизнь.
— Не стоит. — Тихо, и как-то странно ответил врач. — Если есть ко мне теплые чувства, лучше проведем вместе еще ночь. Мне понравилось. — Губы исказила тяжелая возбужденная улыбка.
Она медленно кивнула. Во влажных глазах скользили блики белого света.
* * *
Смеркалось. Замолчали птицы, и раздавался только далекий шум автомобилей. Шелест травы под летним ветром, тихий гул в трубах. Песня ночной вечерней тишины.
Штайнер с раздражением косился за окно в наступающую ночь, нервно щелкал зубами, затем смотрел на часы. Уютная, кукольная кухня больше казалось такой уютной, а вид красной цветущей герани теперь напоминал пятна крови на темном стекле.
— Нейт, ты заснул? — Послышался недовольный голос сбоку, и мужчина медленно перевел зрачки на женщину в бордовом домашнем платье. —
Посмотри вот этот вариант. — Она повернула ему экран телефона, и начала листать фото. — Это трешка. Метраж для одного человека — просто жесть, но за то дешево. Не знаю, почему, однако мы сэкономим. Ремонт нормальный такой, второй этаж, лифт. Окна на дорогу, но дорога не прям под окнами.— Трехкомнатная на пятьдесят пять метров?! Бел, ты рехнулась?! Посмотри на последнее фото. Это не комната, это вагон. Плацкартный, твою мать, вагон. Все ничего, но я не хочу жить в вагоне!!
— Там будешь жить не ты!! — Взвизгнула девушка. — А твоя безногая и безрукая «сестричка». Мелкий метраж, да, но за то квартира дешевая и все под рукой. Инвалиду разве не нужно, чтобы все было под рукой?!!
— Инвалиду нужна забота и опека. — Со странным выражением процедил Нейт. — Я не хотел бы жить в гребанном плацкарте, и ей не позволю. Ей нужна теплая, уютная комната в доме с хорошим отоплением и удобной логистикой.
— Вот как, значит. — Белита сжала кулаки. — Тогда, может, дом ей свой подаришь, а мы съедем?! Ах да, ей же еще служанка нужна. Подари ей дом, Нейт, перечисляй ей деньги. А сам… наймись-ка ей в служанки. Идеально, разве нет?!
— Не служанка. Ей нужен ответственный, любящий человек, который поможет. — Холодный взгляд скользил по столешнице, словно мужчина говорил все это сам себе. — Который не обидит, не осмеёт, и всегда будет рядом, что бы не случилось. Человек, на которого можно положиться.
— Тогда найди ей мужа. — Кин закатила глаза. — Мужа, лицо у неё миленькое, какой-нибудь парень, у которого проблемы с нормальными женщинами, возьмет. В конце концов, она ходит? Ходит. Руки-ноги есть? Формально да. Как ты там сказал? Сорок семь она весит? Ну вот, сорок семь килограмм счастья кто-нибудь получит. Поможет, позаботится. Инвалидов куча, и все, вон, женятся, замуж выходят. Обыкновенная практика.
Белита опустила взгляд на собеседника и вздрогнула. Тут же отпрянула, сдвигая брови. Зрачки в лиловой радужной оболочке превратились в точки и, буквально, прожигали девушку насквозь. Словно мужчина сейчас смотрел не на любимую, а на матерого уголовника, который только что сознался в убийстве его семьи. Ей казалось, что, если она сейчас ринется в сторону, или что-нибудь скажет, он её ударит.
— Муж, говоришь? — Со стеклянными глазами переспросил Штайнер.
Кин нервно кивнула, затем медленно выдохнула. Он все еще с неприкрытой ненавистью сверлил взглядом её лицо, но никаких агрессивных выпадов не делал. Даже не повышал голос.
В коридоре послышался щелчок замка. Затем усталое кряхтение и топот низких каблучков. Молодой человек невольно улыбнулся, затем медленно повернулся к своей собеседнице:
— Бел, иди к себе. Мне нужно покормить «сестру», уже поздно.
— Угу, покормить, она же сама есть не умеет. — Проворчала девушка, но тут же отвела глаза. Не хотелось нарываться.
Нейт поднялся из-за стола, и с мягкой улыбкой вышел во тьму коридора. Белита семенила за ним, но, как только вышла, тотчас свернула на лестницу. Очевидно, что встречи с мисс Фастер не доставляли ей особого удовольствия, но ничего с ними не сделать. Штайнер диктовал условия жизни в доме, и очень неохотно шел на компромиссы.
— Эмма. — Мужчина глубоко вдохнул, пока по телу полз странный, нервный озноб. Улыбка становилась шире. — Томатный суп, помнишь? Мы договаривались.
— Блин. — Девушка устало потерла лоб, снимая туфли с усталых ног. — У меня сильно упало давление в городе, так что я уже поужинала. Прости, я завтра утром поем, обещаю.