Отпуск за свой счетЪ
Шрифт:
«Продолжить!» – приказал он, и вновь «услышал» знакомый голос.
«А теперь, Роман, перейдем от теории к практике. И коль скоро я уже имела с Вами личный контакт, надеюсь мне будет позволено обращение на «ты»?
«Запись» Роман останавливать не стал, но успел восхититься. «Ох, умна, девочка! Как ключики подбирает – любо-дорого глядеть! Не забыть бы только на радостях, что объект обработки – это я сам!»
«Итак, мы обнаружили тебя первыми, но твой внезапный отъезд не мог не насторожить остальных «наблюдателей». Очень скоро они, в свою очередь, предпримут попытки выйти с тобою на контакт, через пси-поле. А знаешь, что бывает, когда несколько детей пытаются вырвать друг у друга воздушный шарик? Твоя психика, может просто не выдержать!»
Вновь пауза, только на
«Однако не думай, что мы не оставляем тебе выбора. Он, безусловно, есть. Если ты категорически против развития имеющихся у тебя способностей и так уж дорожишь той жизнью, которой жил до нашей встречи … В общем, после кратковременной и безболезненной, но увы – необратимой обработки, ты навсегда утратишь способность воспринимать пси-поле, и соответственно, перестанешь представлять интерес не только для нас, но и для наших «конкурентов». Честно скажу – мы будем этим весьма огорчены, но … Но решение, остается за тобой. Итак, если ты согласен на продолжение сотрудничества, то должен мысленно сказать: «выбираю вариант альфа». Если решишь пойти по пути «забвения», который я тебе только что описала, «выбираю вариант бета». Ну и наконец, существует также «вариант гамма», при котором ты отказываешься и от сотрудничества, и от «нейтрализующей» обработки. Предупреждаю сразу – он для тебя наиболее опасен, и настоятельно советую предпочесть ему либо первый, либо второй. Кроме того, я … Впрочем, это к делу не относиться. Решай, Роман, решай быстрее. Наши аналитики просчитали, что тебя могут начать «прощупывать» через пси-поле, уже в течение ближайших часов. Так что сегодняшние семнадцать ноль-ноль – рубеж условный. Каждая минута промедления, увеличивает риск …»
«Запись» кончилась, и как раз в это мгновение впереди сверкнула близкая молния. Затем прогрохотал оглушительный гром, и на машину обрушился плотный июльский ливень.
«Ох-ты, как оно сразу-то! Вот уж воистину – как из ведра …»
Однако думалось под аккомпанемент дождя лучше и вроде бы спокойнее, словно накопившееся перед грозой «напряжение воздуха» передавалось и человеческим нервам, а теперь на смену томительному ожиданию наконец-то пришла определенность.
«Дуй, ветер, дуй!» – с усмешкой подумал Роман, процитировав овеянного славой британца.
Между тем, по зрелому размышлению, радоваться было нечему. Озвученное ему предложение, было примером классической «сделки под давлением». И если доверчивый провинциал, купивший у столичных распространителей кучу ненужного ему хлама, «в последний день распродажи на уникальных условиях», еще мог бы утешиться сакраментальным: «Больше я на такое не поведусь!»,* то Лугового подобная сентенция утешала слабо. В данном случае, первого и последнего «раза», было более чем достаточно.
– Вроде бы, все логично, – напряженно размышлял он. – Но если бы схему вербовки поручили составить хотя бы мне, она тоже выглядела бы логично! Самому ведь доводилось, так же клиентов «разводить»! «Как раз сейчас у нас есть нужное количество под Ваш заказ, а вот завтра, может уже не хватить. Но если внесете деньги сегодня, то беспокоиться не о чем – я позвоню на склад, прямо при Вас!» …
Помимо воли, мысль о высоте ставок незамедлительно привела к непроизвольному «набору оборотов». Но опытный механик вовремя заметил это и стравил пар, вернув судно в привычный фарватер логических умозаключений.
«Ээх, лютики-одуванчики! Ну что, применим классическую схему «плюс-минус»? Попробуем, что еще остается! Итак, в минусе – стезя, на которую мне предлагают ступить, хоть и романтична, но тем не менее, явно небезопасна. А уж коли на то пошло, по мне луч бластера, ничем не лучше классового оружия пролетариата, сиречь, вывороченного из мостовой булыжника, или переехавшего тебя (тьфу, тьфу, отврати, Господи!) трамвая».**
«Ну и наконец …Хотя, по здравому размышлению, более ничего существенного присовокупить не могу. Серьезных душевных привязанностей не имею – как типичный «подмосковит», все откладывал решительные шаги на «потом», когда переберусь в первопрестольную. Но шансы на перевод в «головной» офис, теперь упали до
нуля. Посткризисная ситуация, туды ее в качель, теперь «там» «своих» сокращают. Итак, жены нет, серьезной кандидатуры на данную должность – тоже. Родители уже пятнадцать лет в разводе, у каждого своя семья и «новые» дети, так что и по этому пункту особых сложностей не предвижу. Два звонка в месяц – давно установившаяся норма, а уж ее то, я как-нибудь соблюду. На крайний случай, можно «продать» предкам легенду о стажировке за границей – немного фантастично по нынешним временам, но думаю, пройдет …»Здесь в памяти «материализовался» батяня, и его пространные, полные скрытой гордости рассказы о командировке в ГДР, состоявшейся в те ветхазаветные времена, когда сим фактом действительно можно было гордиться.
* Ага, как же, размечтался!
** Тут почему-то вспомнился принявший сию ужасную смерть, булгаковский Берлиоз.
«Что еще? Работа? Ой, как говорят в Одессе, не смешите мои тапочки! И раньше была не сахар, а уж теперь, все как с цепи сорвались. Разборки, угрозы сокращения, интриги … Ну и заработок, соответственно, упал-с! Интересно, сколько мне господа танарцы предложат? Скорее всего, скупиться им ни к чему, разве что в связи с конспирацией ограничения могут возникнуть. Ну и ладно, мы не снобы, «Хаммеры» нам без надобности, можем и на «Ниве» поездить. Впрочем, ведь и не это, честно говоря, главное! Чувство исключительности, элитарности, обладание сверхспособностями, наконец! Понятно, что на этого червячка они меня и ловят, но ведь хочется же, черт возьми!»
Сокрушенно покачав головой – то ли возмущаясь коварством инопланетян, то ли сожалея о собственном легкомыслии, Роман на всякий случай закрыл глаза, сосредоточился, и четко «произнес»:
– Выбираю вариант «альфа».
Глава 3.
Гудок, второй, третий … На четвертом «трубку сняли» и в ухо зажурчал бодрый девичий голосок.
– Але?
«Ничего себе!» – подумал Роман. «Конечно приятно, что танары учитывают, так сказать, обусловленные матушкой-природой предпочтения своих подопечных, но ведь это – номер моего куратора, сиречь – непосредственного начальника, наставника и прочая, и прочая, и прочая. Это как же понимать – я в подмастерья к девчонке угодил?»
– Але, я Вас слушаю, говорите!
Теперь в голосе прорезалась нотка нетерпения и Луговой почувствовал, что разговаривает хоть и с юной, но явно знающей себе цену особой.
– Это Роман. Я выбрал вариант «альфа». Какие будут указания?
– Поздравляю! – совершенно серьезно, и кажется, с некоторым облегчением ответила собеседница. – Что-ж, Роман, теперь в наших общих интересах, встретиться как можно скорее. Выбирайся на трассу, и дуй в сторону Йошкар-Олы. Ты ведь туда и направлялся, верно? Я двину навстречу. По моим подсчетам, мы должны пересечься примерно через час. Только очень не усердствуй – в твоем районе, сильная гроза.
– Я заметил, – с сарказмом ответствовал Луговой, и с любопытством стал ожидать реакции начальства на первую отпущенную им «шпильку».
Девчонка отреагировала правильно – засмеялась, и сказала с подкупающей искренностью.
– Дело в том, что с этой минуты я отвечаю за тебя если не головой, то уж другой частью тела точно, и в случае любой осечки мне надерут ее так, что мало не покажется. Так что без обид, Роман, и действительно – давай поосторожнее, идет?
– Идет, – слегка прибалдев от услышанного, ответил свежеиспеченный Штирлиц.
– Вот и ладненько. Теперь – детали. Сам мне больше не звони, если только не будет ничего чрезвычайного. Как только твой мобильник приблизиться ко мне на пять кеме, я изготовлюсь и пробью тебе коротенький звонок – кстати, уже с другого номера. Отвечать на него не надо – просто с этого момента, будь наготове. Через несколько минут, прямо по курсу возникнет серебристый «Лансер» со спущенным колесом, вокруг которого будет суетиться молоденькая дурочка, то есть я. Ты останавливаешься, и как истый джентльмен, помогаешь даме. Далее мы знакомимся, и затем вместе движемся в Йошкар-Олу. Понятно?