Чтение онлайн

Бенедит не раз слышала, как больные от бессилия и отчаяния кричали на жен или мужей, приходивших к ним в санаторий.

–  Прости меня, Франсуа…

–  Плевать я хотел на их разрешения! И вообще мне осточертело мотаться по кругу, как идиот! Что ты думаешь? Вот возьму и в один прекрасный день куплю себе поле и гараж! Уж тамто мне никто не помешает гонять, сколько влезет!
– (Бенедит взирала на него с необычайной кротостью.) - Да, именно, сколько влезет!
– завопил Олэн.

Пистолет Бульдога оттягивал карман, за пазухой шуршала свернутая газета.

Олэну вдруг захотелось развернуть ее и бросить Бенедит. Пусть знает, что он не раб и не буржуа какойнибудь и что о нем еще услышат!

Вместо этого Олэн просто ушел. Бенедит еще долго смотрела на дверь, а потом решила нарисовать затуманенные глаза и недоступный им слабый желтый огонек.

На сей раз братья Шварц оказались на месте. Во дворе стояла пятиместная легковушка с какимто невзрачным типом за рулем.

Олэн поднялся на второй этаж. В углу валялись скомканные газеты. Шварцмладший примерял карнавальные маски и разглядывал коробку с гримом. Старший, поставив ногу на открытую дверцу комода, полировать башмаки.

Олэна с порога неприятно удивила новая жесткость их облика - волосы опять были черными. «Должно быть, я слишком долго видел их белокурыми», - подумал он.

–  Выходит, ты теперь самый умный, - не глядя на Олэна, буркнул старший.

–  Выходит, так, - отозвался тот.

Младший нацепил маску рогатого чудовища.

–  Как видишь, мы обзавелись шофером, - прогудел он сквозь картон.

–  Да, видел.

–  Мы подумали, раз у тебя башка вспухла от рекламы, ты и на это уже не годен, - пояснил старший.

–  И будешь локти кусать, потому как мы устроим фейерверк века, - пробурчал младший, запихивая маскарадный арсенал в сумку.

–  А ты тем временем можешь зад подтирать своими газетенками, - фыркнул старший, захлопывая ногой дверцу комода.

Олэн вытащил револьвер Бульдога и пару раз крутанул на пальце. Братцы замерли, не отводя глаз от пушки.

–  Знаете, чья это игрушка?
– спросил Олэн и, не ожидая ответа, продолжал: - Одного из ваших приятелей, красавчика, похожего на бульдога… При виде его рожи любая баба скинет без всякого аборта.

–  И что дальше?
– спросил старший, отодвигаясь от брата.

В такие минуты они предпочитали не скучиваться.

–  А то, что мне бы не хотелось никаких недоразумений между нами, - ответил Олэн с удивившим его самого хладнокровием.
– Надо малость притормозить с глупыми шуточками. Например, избегайте называть меня «О!», как в прежние времена. Я почувствовал, что большего этого не потерплю.

Во время этого монолога Олэн, словно забавляясь, пощелкивал собачкой «смит энд вессона».

–  Это угроза?
– поинтересовался младший.

–  Нет, просто я требую равенства.

–  Равенства и братства, - иронически бросил младший.

–  Нет, первого достаточно. Раз мы волейневолей вынуждены здесь сталкиваться, лучше не гнать волну. В наших же интересах. Здесь такой тихий уголок… Кстати, не таскайте сюда кого ни попадя, - он ткнул дулом в сторону двора.

–  Это не кто попало, - буркнул старший.

–  Поживем -

увидим. Я уже доказал, чего стою, - заметил Олэн (на сей раз он решил не скромничать).
– И не вам на меня жаловаться.

–  А мы тебя ни в чем не упрекаем, - проворчал старший.

–  Тем более.

Он сунул револьвер в карман, но руку не вытащил. Старший, казалось, о чемто напряженно думает.

–  Коль скоро ты шлепнул Шнейдера, мы готовы сделать тебе предложение, - наконец сказал он.

–  Шнейдера?

–  Ага, так звали типа с бульей ряшкой… Можешь занять его место. Всего нас пятеро - двое скоро подгребут из Германии. Встречаемся на Севере.

–  Я вовсе не говорил, что прикончил парня…

Братцы переглянулись. Это было выше их понимания.

–  Ты хочешь сказать, что полаялся со Шнейдером, отобрал у него пушку и отпустил на все четыре?… - спросил младший.

–  Точно. И готов продолжить объяснения, где и когда он захочет.

Братья с соболезнованием закивали - ни дать ни взять «друзья семьи» у выхода с кладбища.

–  Не самая удачная метода, - скривился старший.

Младший выразил горячее одобрение. Сами они всегда предпочитали радикальные меры, поэтому до сих пор оставались в живых. Следовательно, у обоих не было оснований меняться.

–  Даже будь у вас свободное место, я бы не поехал, - сказал Олэн.
– Предпочитаю действовать самостоятельно.

Старший, приподняв линялую занавеску, обнаружил под окнами «ДС19». Олэн тоже подошел к окну.

–  Это я взял напрокат, - почти стыдясь неказистой машины, объяснил он.
– Зато она надежна и не бросается в глаза.

Старший отпустил занавеску, и она грустно поникла. Все трое спустились вниз. Олэн замыкал шествие. На пороге он остановился. Младший уставился на странный номер «ДС» - 9966 ЮС 75 - и сел в «ягуар» последним.

Пока машина медленно разворачивалась, младший высунул голову в окошко.

–  И потом, у «ДС» - не дизельный мотор, - крикнул он Олэну.

Франсуа запер за ними деревянные ворота.

Брошеный заводик ему нравился. Здесь он чувствовал себя хозяином. Воображение рисовало моторы «лотосов», «триумфов» и прочих спортивных машин, развешанные на цепях вместо неоновых люстр.

Он включил свое «Кольцо24». Крошечные автомобили рванули с места. Каждый мчался по своей дорожке - здесь никто не мог сжульничать, зацепить соседа или подстроить аварию…

Вечером Олэн перебрал коллекцию галстуков и улегся поразмыслить о настоящем и будущем. Время от времени он перечитывал статью Спартака. «Быть может, Франсуа Олэн изобрел новую разновидность гангстеризма?»

Он вслух повторил вопрос. «Если и не изобрел, то, вероятно, займусь этим теперь». Во время объяснений со Шварцами он чувствовал себя совершенно спокойно. Даже когда убрал револьвер…

Олэн подумал о Бенедит. Наверное, она сейчас ужинает со своим Грецем. «Ну и прекрасно! Пусть не думает, что я позволю ей лезть в мои дела! Довольно опеки! Я еще не созрел для того, чтобы меня таскали на буксире. А не нравится - плевать!»